Олег Рудаков – СМЕРТНЫЙ ПРИГОВОР (страница 1)
Олег Рудаков
СМЕРТНЫЙ ПРИГОВОР
Глава 1
На втором этаже лаборатории сверхбыстрых частиц, который все сотрудники называли балконом, собралась половина учёных и все рабочие, занятые в этом эксперименте.
Это был понедельник. Понедельник, потому, что все важные эксперименты начинались именно в первый день недели и продолжались до тех пор, пока они не закончатся. А это был важный эксперимент. Если не сказать, что самый важный.
Вторая половина сотрудников находилась внизу на своих постах, внимательно наблюдая за работой гигантского устройства на своих экранах. Устройство размещалось в огромном ангаре, который и был, вместе с балконом, научно-исследовательской лабораторией.
Алексей Николаевич восседал на своём законном месте за столом. Стол, как и весь балкон, был защищён толстенным бронированным стеклом. Сквозь стекло хорошо просматривалось всё устройство, а что не было видно, транслировалось на экраны на столах учёных.
Каждый учёный отвечал за свою часть исследовательской программы и внимательно следил только за тем, в чём он сам участвовал, и что ему поручили. Только Алексей Николаевич, будучи ответственным за всю программу, следил не только за этим гигантским устройством, но и за людьми, ему подчинёнными, за разнообразными информационными устройствами, за стенами этого здания, да мало ли ещё за чем. В том числе, чтобы еду вовремя привезли.
– Ну что, поехали, – сказал Алексей Николаевич, – ворота, открывайтесь!
Ворота, сделанные из стали метровой толщины, медленно и бесшумно открылись наружу. За ними обнаружилась громадная яма, соединённая с полом лаборатории наклонным пандусом, а вверх уходила труба большого диаметра.
Раздался громкий щелчок, который предварил шум переливающейся жидкости, затем шум прекратился, раздался ещё щелчок, потом что-то загудело, и со стороны ворот появился небольшой синий факел.
Вдруг из ближней к балкону секции установки стал выползать метровый фиолетовый шар. Он выполз, поднялся метра на два и неподвижно завис над устройством.
Через секунду из следующей секции установки стал выползать такой же шар.
Установка состояла из 15-ти секций, каждая из которых была окружена бронированными капсулами и их них по очереди неторопливо выплывали фиолетовые шары. Когда последний шар встал на одну линию с остальными шарами, он резко двинулся к предыдущему шару, соединился с ним, стал в два раза больше и с огромной скоростью полетел к следующему шару, где снова увеличился.
За неизведанным процессом, с открытыми ртами наблюдали все сотрудники лаборатории, включая и заместителя начальника заведующего лабораторией.
Добравшись до последнего шара и увеличившись в размерах в четырнадцать раз, гигант начал медленно, с аппетитом поглощать и пятнадцатый. Когда он его поглотил, раздался неимоверно мощный взрыв. Осколки бронированного стекла, столы, регистрирующие приборы, люди – всё сгорало в адском пламене, превращалось в пепел и с диким шумом вылетало в вертикальную трубу за тяжёлыми стальными воротами.
Через три часа всё кончилось. В лабораторию на балкон вошла спасательная команда. Лаборатория была чиста. Первозданно чиста. И только в углу балкона в белом, без единого пятнышка халате, лежал человек.
Глава 2
В зале судебного заседания всё было готово к заключительному слушанию. Заинтересованные и незаинтересованные лица расселись по своим местам. В зал зашли два прокурора и два защитника и тоже сели на свои места – друг напротив друга. У стены, рядом с местом судьи, была установлена клетка для подсудимого. На самом деле это была вовсе и не клетка, а параллелепипед из бронебойного стекла, но, по привычке, его называли клеткой. Она была пуста. В зал вошли два полицейских, которые вели закованного в наручники седого мужчину к той самой клетке. На входе в клетку они сняли с него наручники и закрыли за ним стеклянную дверь.
– Суд идёт, – произнёс вошедший в зал секретарь суда. Все встали в ожидании, когда вошедший из потайной двери судья поднимется на постамент и сядет на свой трон. И только потом остальные, в том числе и подсудимый, стали усаживаться на свои стулья. Кроме полицейских.
– На сегодняшнем заседании будет рассмотрена апелляция подсудимого о замене назначенной смертной казни на пожизненное заключение, – сказал судья и сквозь очки внимательно осмотрел зал судебного заседания. Никто не шелохнулся.
Судья откашлялся. Видимо заседание будет долгим. Так и есть – судья, неизвестно откуда, достал том дела, откашлялся ещё раз и приступил к чтению содержимого. Читал он долго и нудно, изредка протирая запотевшие круглые очки.
– Подсудимый, защита не предоставили в суд дополнительных материалов, – судья помолчал и продолжил, – Том первый. Подсудимый Бочаров Алексей Николаевич, будучи заместителем заведующего лабораторией сверхбыстрых частиц, убил огромное количество сотрудников и признан виновным в массовом умышленном убийстве сотрудников указанной лаборатории. Судом предыдущей инстанции подсудимый Бочаров Алексей Николаевич признан виновным по всем пунктам обвинения и приговорён к смертной казни. Суд рассмотрел апелляцию подсудимого, проверил доводы прокуратуры.
Судья сделал внушительную паузу, осмотрел зал судебного заседания и продолжил читать.
– Выслушав обвиняемого, стороны защиты и стороны обвинения Суд не нашёл смягчающих обстоятельств в деле, – сказал судья.
– Суд уходит на совещание, – судья встал. Встали все в зале судебного заседания, а судья скрылся за потайной дверью.
Прошло минут тридцать и потайная дверь начала открываться.
– Суд идёт, – произнёс вошедший в зал секретарь суда.
Из дверного проёма появился судья и все стоя стали ждать, когда он доберётся до своего трона. Судья сел. Вслед за судьёй сели все – подсудимый, прокуроры, адвокаты и заинтересованные и незаинтересованные лица.
– Рассмотрев апелляционное заявление подсудимого, суд постановил: оставить решение суда низшей инстанции в силе и признать подсудимого виновным со дня вынесения приговора судом низшей инстанции. Решение обжалованию не подлежит.
Голова осуждённого опустилась на грудь, плечи поникли. Казалось, что и ростом он стал чуть ниже. Адвокаты тоже были хмурыми. И только прокуроры чувствовали себя более чем уверенно. Ведь они хорошо подготовились к судебному заседанию.
В это время в зал вошла группа вооружённых малогабаритными автоматами людей в чёрном. Чётким шагом они подошли к судейской трибуне, и, судя по всему, старший отдал судье записку. Судья долго изучал бумажку, даже надел очки, затем наклонился к уху подателя и что-то прошептал. Старший развернулся и вместе с группой направился к клетке. Полицейский посмотрел на судью, ожидая одобрения, затем открыл дверь и надел наручники на заключённого.
– Теперь он ваш, – сказал полицейский. В зале не понимали того, что происходит и только адвокаты и прокуроры могли предположить, что произошло нечто необычное и противоречащее Уголовному кодексу.
Судья попросил не покидать зал ещё пять минут и через пять минут зал опустел.
Глава 3
Его вели по длинному сырому, слабо освещённому коридору. Звук цепи, соединяющей кандалы на ногах, цепи, соединяющей цепь кандалов на руках, был омерзителен и впивался в мозг заключённого болезненными иглами. Кандалы, цепи – всё это было тяжёлым, ржавым и грязным. Они шли и шли куда-то по нескончаемому коридору.
В конце концов, колонна людей, возглавляемая старшим, дошла до конца коридора. Справа была запертая дверь с огромной цветной фотографией планеты. Старший обернулся к осужденному и, кивнув на фотографию, коротко сказал: – Марс.
– Я надеюсь, что за дверью не Марс? – грустно пошутил осуждённый. Ответа он не получил.
Они стояли перед дверью минут пять и наконец, замок щёлкнул и дверь открылась. За ней никого не было. Очередной коридор не казался бесконечным. Он был ярко освещён невидимыми источниками света и упирался в огромную цилиндрическую конструкцию, простиравшуюся вверх на очень большую высоту. Группа с автоматами стала подниматься по винтовой лестнице и, когда дошла до первой же площадки, остановилась у двери.
– Входите, – сказал старший заключённому, – здесь Вы поживёте некоторое время, – снимите с него кандалы, – приказал он своим подчиненным.
Заключённый попытался что-то спросить, но старший сказал, – Никаких вопросов, никакой информации. Ничего.
Заключённый зашёл вовнутрь, и дверь за ним закрылась.
Стало темно и осуждённый стал шарить рукой по стене, пока не нашёл выключатель. Свет медленно разгорелся и он увидел, что находится в огромной комнате квартиры. На дальней стене располагалось чёрное, без каких либо отражений и отблесков, окно. Оно было от пола до потолка и от стены до стены. И его смутила только бесконечная глубина черноты за стеклом. Он не стал подходить к окну и поискал глазами, куда можно присесть. Диван. Он направился к нему. Диван был кожаный и накрепко привинчен к полу. Как в тюрьме. Наполовину, правда. Там кожи нет и в помине.
Свет был приглушённый и не мешал ни спать, ни бодрствовать. Однако осуждённый уже через некоторое время не смог сказать, сколько же он здесь находится – день, два, три, может быть месяц. Не было никаких меток, не за что было зацепиться. Осуждённый подошёл ко входной двери и хотел было постучать в неё, и он даже поднял руку, но тут перед его мысленный взором предстала бесконечная вертикальная шахта, винтовая лестница с редкими горизонтальными площадками и с надёжными стальными дверьми, закрывающими тех, кто за ними находится.