Олег Рой – Вкус жизни (страница 4)

– Ускорит? – удивилась Наташа. – Ты куда-то торопишься?

– Я хотел сказать – упростит, – неловко поправился он.

Потом Алексей говорил что-то еще. Пытался согласовать удобное для нее время, когда сможет забрать свои вещи, чтобы не травмировать ее зрелищем перебора ящиков и шкафов и хождением грузчиков. Наташе было решительно все равно. Хотелось одного: чтобы этот тягостный разговор как можно скорее прекратился. Чтобы Алексей наконец оставил ее в покое. Чтобы ушел – тогда можно будет лечь и попытаться представить себе, что весь этот ужас ей просто приснился. Раз уж нельзя сделать так, чтобы его и вправду не было.

Поняв, что она его не слушает, он замолчал и вышел из комнаты. Через минуту хлопнула входная дверь, и в квартире воцарилась тишина. Медленно-медленно, словно не веря, что ноги готовы ее держать, Наташа дошла до кухни. Машинальным движением выключила газ под кастрюлей с перекипевшим рассольником. Огляделась по сторонам, села на табурет у окна. Сложив на подоконнике руки, уронила голову на сгиб локтя.

Вот и все. Ее бросили. Хуже того – променяли. Она стала ненужной. Пенсионеркой и болотом.

И как же теперь жить дальше?

Глава 2

Остаток дня был сущим кошмаром. Наташа то заливалась слезами, то бесцельно кружилась по огромной квартире, то надолго замирала в какой-нибудь комнате у окна, глядя пустыми глазами на свинцово-серую воду, что плескалась вдоль кромки гранитной набережной, отделяющей реку от потока машин. В голове теснились вопросы. Их было множество, самых разных: от нелепо-беспомощных, а потому совершенно бессмысленных «За что? Как же так?!» до сугубо-практичных «Ну и кто эта дрянь, интересно?».

Хотя считать последний вопрос безответным было нельзя. Имени счастливой соперницы Алексей благоразумно не стал называть, но Наташа и так догадалась. Ясно как день – это Арина. Именно она лучше всего подходила под определение «молодой коллеги, амбициозной и дерзкой», как описал ее муж. Кажется, Арина работала коммерческим директором в компании Алексея… Заглянув на корпоративный сайт компании, Наташа тут же нашла ее фотографию. На снимке в разделе «Наши кадры» Арине на вид было слегка за тридцать. Неестественно прямая осанка, уверенный взгляд, точно отмеренная легкая полуулыбка: в меру – доброжелательности, в меру – профессионализма, в меру – уверенности в себе. Наташа долго разглядывала это молодое, ухоженное лицо, обрамленное целой гривой упругих темных локонов, вьющихся крупными кольцами. Интересно – свои такие? Или продукт парикмахерского искусства? В любом случае не чета Наташиной нынешней коротенькой стрижке. Хотя похвастаться подобной роскошной шевелюрой она и в молодости не могла.

Тщательно изучив фотографию счастливой соперницы, Наташа набрала ее ФИО в поисковике и сразу наткнулась на какой-то профессиональный сайт, видимо специально созданный для самопрезентации бизнес-специалистов. Целая страница информации об Арине, чередуя дифирамбы с непонятными англоязычными терминами, рассказывала про головокружительный карьерный рост, про дерзновенные проекты и аналитический склад ума, приведший к доселе в мире невиданным результатам. Кривясь от отвращения, Наташа наискосок проглядела эту пафосную трескотню, но кое-что полезное все же сумела из словесного мусора извлечь. Как оказалось, Арина родилась в Петербурге, окончила престижный факультет одного из технических университетов и уже почти семь лет работала в компании Алексея. Начинала с довольно скромных позиций и быстро делала карьеру, а попутно училась на всяческих курсах, тренингах и семинарах, ездила в командировки, продвигала новаторские приемы и самые передовые технологии, не имевшие аналогов у конкурентов… Словом, беспрерывно улучшала и развивала дело всей жизни чужого мужа. И, как выяснилось, улучшала и развивала не только профессиональную сторону его жизни.

Вновь нервно всхлипнув, Наташа отбросила телефон. Сквозь слезы уставилась в стену.

Ну и дрянь! Новаторские идеи она, видите ли, продвигала. Вот и допродвигалась до чужой постели.

Но, если уж говорить откровенно, настоящей, ошеломляющей новостью эта информация для Наташи не стала. За тридцать с лишним лет брака они с мужем прошли большой путь – от искренней юношеской любви (как Наташе поначалу казалось) до откровенного охлаждения чувств, очевидного им обоим. Со стороны семья Добрыниных долго выглядела почти идеальной – ровная, спокойная атмосфера без конфликтов и явных противоречий, постоянно растущий достаток, порядок и чистота в доме… Но все главное, что делает людей счастливыми – искренняя привязанность, дружеское отношение, взаимный интерес, радость быть вместе, удовольствие от внимания друг к другу и желание проводить время вместе, – ушло довольно давно.

Да и было ли вообще? Теперь Наташа и в этом сомневалась.

Все эти грустные изменения накапливались исподволь, долгие годы. К тому моменту, когда сын собрался наконец покинуть родительский дом (и без того задержавшись там гораздо дольше, чем его более самостоятельная старшая сестра), Наташа с Алексеем уже давно жили скорее как вежливые и по-доброму расположенные друг к другу соседи, а не как муж и жена. С отъездом же Костика Алексей, сославшись на обоюдное удобство такого решения, и вовсе завел себе отдельную спальню и перебрался в бывшую комнату дочери. Наташа повздыхала, но убедила себя, что ничего в этом страшного нет. Это нормально, в их годы многие пары именно так и живут. А у огромного числа женщин и вовсе нет мужа…

И вот несколько месяцев назад она сначала почувствовала, а потом и поняла почти что наверняка, что у Алексея появилась другая женщина. Не мимолетное увлечение, а именно – появилась другая. Женщины обычно догадываются о таких вещах на основании всевозможных мелочей, которых мужчины даже не замечают. И дальше – одно из двух. Кто-то из жен реагирует бурно: принимается следить, рьяно ищет улики, закатывает сцены ревности и требует выяснения отношений. Ну или просто без всяких слов выставляет неверного супруга за дверь. А кто-то так и живет с этим знанием, но не подает виду, имея на то какие-то собственные причины: боится потерять мужа, надеется, что все пройдет, считает ниже своего достоинства устраивать разборки или просто сама не дорожит семейными отношениями.

Наташа избрала второй путь, и его причиной была все та же пресловутая неуверенность в себе: а вдруг я все это просто выдумала? Вдруг и впрямь главе успешной компании внезапно стало необходимо так часто ездить в командировки?

И вот теперь иллюзия кончилась, стало окончательно ясно, что Алексей действительно фактически жил на две семьи. И решил отказаться от той, где роль хранительницы домашнего очага играла Наташа.

Прежней жизни, которая ей самой пусть и не нравилась, но и явных страданий не доставляла, у нее больше нет. Она рухнула, погребя под собой определенность сегодняшнего и уверенность в завтрашнем дне.

Что впереди? Полнейшая неизвестность.

И ведь эта мерзавка еще и беременна!

Вспомнив, как об этом говорил Алексей – сверкая глазами, с улыбкой, пусть и короткой, но явной, с неприкрытой гордостью за свое более чем «зрелое» надвигающееся отцовство, – Наташа вновь всплеснула руками и закружилась по дому. Ему ведь уже шестьдесят! В таком возрасте нормальные люди разве что внукам радуются, а не собственных новоявленных младенцев растят!

Зачем, ну зачем ему это?!

Для этой самой Арины подобная выходка как раз и неудивительна. Отличный способ привязать к себе чужого мужа вдвое старше себя – дать ему возможность вновь почувствовать себя молодым, полным планов, сил и энергии. Не она первая, не она последняя, кто выбрал такой подлый, такой бессовестный способ увести мужика из семьи. Да чтоб ей, этой Арине…

На этой мысли Наташа зажала себе рот ладонью и прикусила язык. Ну уж нет, желать зла беременной она точно не станет. Эдак вообще неизвестно, до чего можно допсиховаться. Хватит. Пора взять себя в руки и попытаться хотя бы немного успокоиться. Еще сердечного приступа не хватало.

Позвонить, что ли, Кате? Или Танюшке? Поделиться, так сказать, свежими новостями…

Это были ближайшие Наташины подруги, с которыми она хоть и виделась нечасто, но старалась поддерживать телефонный контакт. Друг друга Таня и Катя слегка недолюбливали, поэтому «дружбы на троих» не сложилось, но это не мешало Наташе регулярно общаться и с одной, и с другой.

Нет, пожалуй, не стоит. А то получится, что она сама забегает вперед. Вдруг Алексей еще передумает? Вот смеху-то будет… Кто, правда, будет при таком раскладе смеяться – неясно. Ни ей, ни ему точно будет не до веселья.

Мимолетно представив, как ее осанистый и представительный муж бочком входит в квартиру, как старается не смотреть ей в глаза и прошмыгивает в свою комнату, она невесело усмехнулась. Нет уж, все это глупости, разумеется. Алексей Добрынин не тот человек, который сначала болтает, а потом думает, что наболтал.

Все кончено. Он не вернется.

Ночь прошла тяжело. Наташа без конца то засыпала, то вновь просыпалась. Думала о случившемся, вспоминала их с Алексеем жизнь. Неужели все то, что самой ей казалось лишь неотъемлемой частью их возраста – охлаждение, отдаленность, погруженность в собственные заботы, – он воспринимал серьезнее и болезненнее, чем она? До такой степени, что не захотел с этим мириться? Встряхнулся, взял себя в руки – и влюбился в молоденькую? Или все было в точности до наоборот, и теперь Наташа, образно говоря, ставит телегу впереди лошади: не встряхнулся и не влюбился наперекор надвигающейся старости, а потерял голову, старый дурак, и ринулся крушить устоявшуюся жизнь, прельстившись вниманием ровесницы собственных детей?