Олег Рой – Соратники (страница 47)

Обитатели подводного царства

К роме Водяного и его семьи в подводном царстве живут ещё русалки, тритоны и мавки. Русалки и тритоны – мифические существа, женщины и мужчины с человеческим телом и чешуйчатым хвостом вместо ног. Они родились под водой и проводят здесь всю жизнь. Мавки – бывшие люди, утопленники и утопленницы. Согласно договору Водяного с Чернобогом некоторые из них после смерти не отправляются в Навь, а поселяются в подводном царстве.

История Водяного

Когда-то давным-давно Водяной не был ещё морским царём, а был обычным человеком, рыбаком по имени Ивар. Жил он в деревне на берегу большого холодного озера и, как все другие обитатели деревни, ловил рыбу и этим кормился.

Мать Ивара Хильда, когда он ещё мальчиком был, утонула в озере. Отец горевал недолго, женился вскоре на другой женщине, а та невзлюбила пасынка и жестоко обращалась с ним. Спасаясь от мачехи, мальчик сбегал на берег озера, где тайно встречался со своей родной матерью – после смерти та стала мавкой, приплывала иногда к сыну и помогала ему, загоняя рыбу в его сети. Ни у кого в деревне не было такого щедрого улова, как у Ивара. Да ещё Хильда связала из водорослей заговорённую рубаху, которую ни меч, ни копьё не брали, и подарила сыну.

Как-то раз на озеро приземлилась стая перелётных журавлей. Была среди них берегиня Журавушка – получеловек-полуптица, но никто, конечно, не знал об этом. Стали журавли лакомиться рыбой из садка, петь, танцевать и резвиться. Наблюдали за этим из кустов дети из рыбацкой деревни. Покуда журавли пели и танцевали, ребятишки сидели в кустах тише мыши, но как только птицы стали выбирать из садков самую жирную рыбу, дети тут же бросились на них с камнями и палками, пытаясь отстоять улов. Попал один камень в Журавушку и подбил ей крыло. Жаль стало Ивару раненую птицу, подобрал он её, выходил и уже собирался отпустить, когда та вдруг обернулась девушкой, рассказала, кто она такая, поблагодарила за спасение и пообещала при случае отплатить добром за добро.

Однажды случилось несчастье – бог Перун разгневался на людей, метнул молнию, и та попала в озеро. Погибло несколько рыбаков, в том числе и отец Ивара. Да к тому же ещё и вода в озере вскипела, рыба всплыла кверху брюхом, и люди во всех деревнях по берегам остались без пищи. Тогда Ивар воззвал к Перуну, упрекнув его за то, что он обрёк людей на голодную смерть, и предложил биться до тех пор, пока один из них не признает себя побеждённым. Перун явился на его зов, удивляясь дерзости и смелости рыбака, и обратил внимание на одну из живших в деревне девушек – а это была невеста Ивара, звавшаяся Сваной. Услышав вызов, брошенный простым смертным, Перун захохотал и сказал, что в случае победы заберёт Свану себе.

Вышли бог и простой рыбак на поединок. Силён был Перун, но Ивар в той битве выстоял, – ведь защищала его не только ру баха заговорённая, но и любовь матери и невесты. Тогда Перун приказал сбросить Ивара в озеро, а его невесту привести к нему. Рассвирепел Ивар, ведь пошёл Перун супротив слова своего, и вновь поднял свою острогу на Перуна. Пробила острога доспехи Перуновы, ударила бога в грудь, и пошатнулся Перун и упал на одно колено.

Бросилась Свана к жениху обняла его, и в это время поразила их обоих молния, которую разъярённый Перун метнул в Ивара. Ивар и его невеста упали в озеро и скрылись под его водами. И тогда жители деревни не стерпели. Раз Перун слово своё не сдержал, так не будут они ему поклоняться! Взяли они факелы и пошли капище Перуново жечь и идолов его из земли своей вон выносить.

Но в этот момент опустилась с неба Журавушка, обернулась женщиной и пристыдила Перуна за несдержанное слово. Ведь не признал себя Ивар побеждённым. И понял Перун, что тяжкий грех совершил он, преступив слово своё. Тогда стукнул он посохом оземь и провозгласил, что отныне будет Ивар его Соратником, станет зваться Водяным Царём и владеть всей водой во всём свете, и все жители морские и все, кто на воде окажутся, будут отныне в его власти.

И стало так. С тех пор Водяной поселился в своём подводном царстве с матерью – мавкой Хильдой, Сваной, женой своей вер ной, и появившимися у них детьми. Ведал он всей водой – от маленьких ручейков до огромных океанов. И стал настолько силён, что никого не боялся, однажды даже схлестнулся с самим владыкой Царства мёртвых и одержал победу в той битве. А ещё Водяной был единственным, кто знал тайну источников живой и мёртвой воды. Многим нужна была та вода, вот только добыть её было нелёгкой задачей…

Глава 15

Явь

Затишье перед бурей

Из оцепенения Ваню вывел надтреснутый голос Кощея:

– Эй, парень? Живой?

Сухая и костлявая, точно у скелета, но невероятно сильная рука без особых церемоний встряхнула за плечо.

– Да… – не сразу сумел откликнуться Ваня. – Я в порядке.

– Не ранен?

– Нет.

Теперь, в спокойной обстановке, когда утихли и битва, и буря, луна, а вместе с нею и Вещая звезда снова стали видны на расчистившемся от облаков небе, Ваня наконец смог разглядеть Кощея получше. Пожилой, можно даже сказать – старик, неестественно худой и жилистый. Сверкающие доспехи снова скрылись под широким чёрным плащом, то ли шёлковым, то ли бархатным (не разбирался Ваня в таких тонкостях), переливающихся в складках багряным оттенком. На лысой голове поблескивал тонкий золотой обруч – такое чувство, что раньше его не было, или Ваня просто не замечал? В чертах узкого лица Кощея было что-то восточное. Чёрные глаза, в которых отражался твёрдый и решительный характер, всматривались в Ваню с жестоким любопытством. Так исследователь смотрит на распятую на столе ещё живую лягушку, которую собирается препарировать.

– Ты, я вижу, везунчик, – усмехнулся Кощей. – В такой сече побывал, – и ни царапинки. А ведь всего лишь человек…

На это Ваня ничего не ответил. Насчёт «ни царапины» тот, кому Алёнушка поручила его охранять, конечно, здорово преувеличил, вернее, приуменьшил. Царапин Ваня получил более чем достаточно, как и синяков, но по сравнению с тем, чем всё это действительно могло обернуться, мелкие травмы казались ерундой. Да так, собственно, и было. Физически Ваня отделался более чем легко, но вот о своём психологическом состоянии он такого сказать не мог. Нападение Монстров в аллее, появление Змея Горыныча, рассказ Алёнушки, расставание с ней – каждое из этих событий, даже отдельно взятое, само по себе ввергало в состояние шока. И всё за одну ночь! А потом ещё, финальным аккордом, и этот махач… Разумеется, то была не первая драка в жизни Вани, даже далеко не первая. Но сцепиться с кем-то настолько жёстко ему ещё никогда не доводилось. И уж точно он ещё ни разу в жизни никого не убивал. Во всяком случае, до сегодняшней ночи. Когда выяснилось, что убивать-то, оказывается, не так уж и трудно… Это осознание пугало по-настоящему. Впрочем, в момент драки всё казалось в порядке вещей, он и не думал ни о чём таком, помнил только, что Алёнушка в опасности и нужно защитить её любой ценой. Вот и отправил на тот свет… сколько? Пять Монстров? Десять? Сам, своими руками… Конечно, это были не люди, и настоящим убийством считать его удары самодельным топором никак нельзя. Сражения с Монстрами всё равно казались чем-то таким, что гораздо ближе к видеоигре, чем к настоящей жизни. Пусть это и очень-очень правдоподобная игра, покруче, чем в самых навороченных VR-очках. Хотя гибель Дианы при этом была самой настоящей… Нет, что хотите с ним делайте, он никак не может уложить всё это в голове и относиться к происходящим событиям как к чему-то нормальному! Параллельный мир, где живут герои фильмов и книг… Алёнушка, оказавшаяся тамошней правительницей… Её отец профессор Колесов, оказавшийся ни много ни мало богом Перуном… Переметнувшиеся из виртуальной действительности в нашу персонажи компьютерной игры, которые убивают людей совершенно по-настоящему… Кощей Бессмертный, назначенный к нему, Ване, в охранники… Он сам, рубящий Монстров в капусту топором, переделанным из лопаты под руководством Змея Горыныча… И с этим со всем теперь придётся как-то жить!

Больше всего на свете хотелось закрыть глаза, а открыв их, обнаружить, что всё случившееся было сном, и только сном. Что нет никаких Монстров, нет никаких параллельных миров с вымышленными персонажами, никаких Вещих звёзд и никаких Повелительниц. А есть только солнечное утро за окном, и можно написать сообщение чудесной и любимой, но самой обычной девушке Алёнушке, спросить, как ей спалось, и получить ответ, что у неё всё хорошо, только она уже страшно соскучилась и хочет поскорее увидеться.

Но Ваня прекрасно понимал, что отныне такое невозможно.

В тщетных попытках хоть как-то восстановить душевное равновесие, он так и продолжал сидеть на траве под деревом, сжимая ладонями виски. Отвлечённо, будто это происходило не в реальности рядом с ним, а где-то на экране бубнящего фоном телека в кафе, Ваня смотрел, как Перун, вскинув руку к небу, вызвал поток молний и сжёг им тела Монстров.

«Ну да, верно… – пронеслось где-то на периферии сознания. – Сюда же утром, – то есть, получается, уже совсем скоро, – придут люди… Не нужно, чтобы они видели трупы чудовищ. Так что Илья Петрович, то есть Перун, всё делает правильно…»