Олег Ростов – Кома. Выжившие (страница 2)
Вероника вздохнула и направилась в корпус. Что бы не случилось, но пока она может, она будет заботиться о своём мальчике…
Дизель-генератор неожиданно взвыл, в нём что-то застучало, и он умолк. Вероника замерла. Она как раз вскапывала грядку. Потом бросила лопату и побежала в корпус клиники…
…В какой-то момент я осознал себя вновь. Осознал себя как личность. Я думаю! Сразу же возник первый вопрос — кто я и где я? Я был в полной темноте, вне времени и пространства. Всплыли воспоминания. Меня зовут Марк. Мне 28 лет. Я оперативник ОРБ (оперативно-розыскное бюро) ГУ МВД России. Мы выехали на задержание. Двухэтажный барак. Ворвались в квартиру на втором этаже. Ствол пистолета, направленный на меня. Я выстрелил и… всё. Дальше воспоминаний нет. Почувствовал жажду. Пить, вот что сейчас самое главное. Потом почувствовал своё тело. Руки, ноги. Попытался открыть глаза. Стало светло. Но всё было каким-то мутным и расплывчатым. Закрыл глаза. Потом опять открыл. Стало лучше, но всё равно всё размыто. Несколько раз закрывал глаза и потом спустя некоторое время опять открывал. Пошевелил сначала одной рукой, потом другой. Они меня слушались, но как-то не очень хорошо. И самое главное — слабость в теле. Наконец, взгляд сфокусировался. Я в какой-то комнате. Белый потолок, белые стены. Рядом со мной какая-то аппаратура, к которой я подключён трубочками и проводами. Увидел капельницу. Понял, что я в больнице. Попытался позвать кого-нибудь, но из моего рта раздался только слабый хрип. Нестерпимо хотелось пить. И ещё, я обратил внимание, что на экранах аппаратов, к которым был подключён, ничего нет, ни ломаных линий, ни каких звуков. Они не работали. Закрыв глаза, расслабленно полежал. Сделал несколько глубоких вздохов и попытался подняться, сесть. Мешали провода и трубки. Стал их обрывать. Вытащил иглу от капельницы из правой руки. Руки были слабыми. Я пытался на них опереться, но они подгибались. Но я не переставал делать попыток. Наконец, мне это удалось. Я сидел, при этом меня качало. Услышал звук заработавшего двигателя. Потом неожиданно вся аппаратура ожила и тут же заголосила тревожным сигналом. Потом, услышал топот ног. Кто-то бежал к моей палате. Дверь распахнулась и в проёме двери застыла женщина. Очень знакомое, родное лицо. Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Ладошкой закрыв рот.
— Марк! Мальчик мой. Господь услышал мои молитвы. Родной мой, ты очнулся, сынок. — Услышал я её голос. Мама! Эта женщина моя мама! Она подбежала ко мне. Обняла. Стала целовать мою голову, моё лицо.
— Мама. — Прохрипел я. Она плакала, продолжая целовать меня. Почувствовал, как у меня самого побежала слеза. — Мама… пить.
— Конечно, мой мальчик. Ложись назад. Ты очнулся. Значит всё будет хорошо. Сейчас. — Она выбежала из палаты и вскоре вернулась. В её руках была кружка. Мама приподняла мою голову и приложила кружку к моим губам. Напившись, я откинулся на подушку. Сил больше не было. Утолив жажду, я понял, что очень голоден. Мама сидела рядом со мной и гладила меня по руке.
— Мама… Есть… хочу.
Она счастливо улыбалась.
— Конечно, сынок. Потерпи немножечко, я сейчас куриный бульон сварю. Тебе пока нельзя обычную пищу есть. Только бульон. А пока я готовлю, попытайся уснуть, хорошо?
Я закрыл глаза. Неверное я уснул, так как когда проснулся, то увидел, что горит лампа ночника. Был уже вечер. Рядом с моей больничной постелью сидела мама. Увидев, что я открыл глаза она улыбнулась.
— Проснулся, мой хороший? Сейчас я тебя покормлю. Я сварила бульончик.
Она что-то сделала с изголовьем моей постели, и я принял полулежачее положение. Потом мама кормила меня из ложечки. Руки были слабые и я бы сам всё пролил. Она кормила меня как когда-то в детстве. Приговаривала, за маму, за папу, за бабушку. Глотая бульон, я улыбался. А она улыбалась мне в ответ. Потом вытерла платочком мне губы и подбородок.
— Ну вот, Марк, пока достаточно. — Хоть я и съел, вернее больше выпил, совсем немного бульона, но почувствовал тяжесть в животе. Накатила сонливость. — Давай сынок поспи. Тебе теперь нужно набираться сил. Хочешь я тебе спою колыбельную, как в детстве?
— Спой. — Прошептал я.
Тихо запела мама, поглаживая меня по руке. Я закрыл глаза и поплыл по волнам её голоса, как когда-то в далёком детстве.
На следующее утро я проснулся рано. Мама спала в моей же палате на диванчике. Я некоторое время лежал и смотрел на неё. Наверное, она что-то почувствовала, открыла глаза. Я ей улыбнулся. Она в ответ тоже.
— С добрым утром, мама. — Поговорил я.
— С добрым утром, сынок. — Она встала. На ней были спортивные штаны и майка. — Ты давно проснулся?
— Недавно. Мам, помоги мне встать. Я в туалет хочу.
— Хорошо.
Я чувствовал себя гораздо лучше, чем вчера. Мама помогла мне. Я на неё опёрся. Встал на ноги, меня качнуло. Она обхватила меня за туловище.
— Давай, пошли потихонечку. — Проговорила она и я сделал первый шаг. Ноги слушались плохо, но слушались. И ещё, я был полностью голый.
— Мам, мне бы прикрыться чем-нибудь.
— Сейчас в туалет сходишь, потом в ванную и я тебе дам одежду. Или ты меня стесняешься?
— Ну я же всё-таки взрослый уже мужчина у тебя.
— Взрослый, конечно. Вон какой вымахал, выше мамы. Весь в отца.
Так разговаривая, мы дошли до туалета. Я облегчился. Потом сидел на стуле. Мама сказала, что вода сейчас нагреется в водонагревателе.
— Мама, а что душ не работает?
— Горячей воды нет. Водонагреватель использовать нужно. Здесь стоит на 80 литров. Сейчас подожди чуть.
Когда вода нагрелась, помогла мне помыться. Фактически это она меня мыла, а я просто сидел на табуретке в душевой. Вымыв, насухо протёрла и принесла мне трусы, майку и больничные чистые штаны. Когда она кормила меня мясным бульоном, спросил её:
— Мам, а почему так тихо? Только шум мотора какой-то приглушённый?
— Это дизель-генератор работает. А почему тихо, так нет никого здесь, кроме нас двоих.
— Я заметил, что никого нет. А где мы вообще?
— Частная клиника. Она загородом находиться в сосновом бору. Когда тебя ранили, то сначала привезли в военный госпиталь. У тебя было ранение головы. Тебе сделали операцию. Жизнь тебе спасли, но ты, во время операции впал в кому. Я одного из лучших в нашей стране нейрохирургов к нам привозила. Тебя осматривали и не один раз. Сказали, что ничем помочь не могут. Что ты либо выйдешь из комы, либо так и останешься до конца жизни. Потом я выкупила половину этой клиники. Тем более, как раз всё это начиналось.
— Что всё, мама?
— Пандемия.
— Что за пандемия?
— Я не помню, как вирус называется, по-научному, но в народе его прозвали «бич дьявола».
Покормив, мама помогла мне пройти назад в палату и лечь. Я чувствовал слабость. Мама устроилась рядом с моей постелью в кресле.
— Сколько я был в отключке?
— Восемь месяцев, родной мой.
— Расскажи мне всё, что произошло?
— Откуда появился вирус, я думаю до конца так никто и не понял. Но основная версия — это то, что вирус породила вакцина. В прошлом году международная группа ученых вирусологов и иммунологов, разработала вакцину против СПИДа. Не знаю, слышал ты это или нет?
Я вспомнил. Перед глазами встали последние часы перед акцией по задержанию преступников…