Олег Ростов – Княжна (страница 22)

Народ на меня смотрел потрясённо. Женщины качали головами осуждающе. А мужики и парни начали посмеиваться, отпуская сальные шутки по поводу богини и гномов.

— В итоге говорю Перуну и Одину, — продолжил свой рассказ, — давайте так, если я вам двоим по очереди проиграю, то женюсь на ней. Сказал это, а у самого мурашки по коже и блевануть хотелось, особенно как представил, что мне её целовать придётся. — Дружинники заржали. — А если выиграю, то не женюсь и вы мне что-нибудь отдадите. «А что ты хочешь?» — спрашивает меня Один. Смотрю. А там оружие у них к стенке прислоненное. А вот его мне отдадите. Оба дядьки даже вскочили со своих тронов. «Ты с ума сошел? Это оружие Рагнарека и судного дня!» Я пожал плечами, говорю, ну как знаете. Или так или ни как. Посидели они посоветовались. Смотрю им сыграть очень охота, азартные они оба. Наконец согласились. Ну, я с ними и сыграл. Сначала с Одиным, потом с Перуном. В итоге остался при своём, плюс оружие заполучил. Вот только они меня под конец обманули, причём оба! Не домой отправили, а сюда. А с Фрейей всё выяснилось. Скандал был жуткий, но сор из избы выносить не стали, нашли ей придурка Ода и выдали замуж. Правда, он потом всё равно узнал об этом, гномы, наверное, ему во всех подробностях рассказали, — я засмеялся, — и сбежал от Фрейи. Так Гуннульв? — Тот, молча, кивнул. — Вот такая история!

— Как твоего отца зовут? — неожиданно спросил Гуннульв.

— Василий. — На автомате ответил я.

— Ромейских императоров зовут васильевсами, то есть императорами.

— Всё правильно! — как все в масть легло. Я даже обрадовался. — Их так зовут по имени моего отца.

Глянул вновь в окошко. Мстислава улыбалась. Классную я лапшу им на уши повесил. Небо уже давно затянуло тучами и вдруг раздался оглушительный гром. В тучах сверкнула молния. Все с испугом посмотрели на небо. Гроза начинается, мать её. Потом все как по команде посмотрели на меня. Чего пялятся? Ладно, мы и это используем для своего имиджа. Посмотрел вверх на тучи.

— Да, ладно! Что не правда что ли? — Крикнул я. — И я вас не просил меня сюда забрасывать! Вы меня домой должны были отправить, да ещё бессмертия лишили! Проигрывать нужно достойно!

В ответ опять грохнуло и сверкнула молния.

— Ярослав! — Боян был бледен. — Не спорь с богами!

— А я не спорю с ними. Просто всё по честному нужно!

— Ярослав! — Услышал голос княжны. В нем был страх. — Прошу тебя не спорь с ними, ладо мой! Иначе они заберут тебя. А я не хочу.

Мелкая мне в любви признаётся? Это приятно.

— Почему, Мстислава?

— Потому, что ты суженный мой.

Блин. Суженный, ряженный. Не может просто сказать что ли, что влюбилась! Ну ладно, пока и этого достаточно.

— Эй, народ, что приуныли? На пир идём или как?

— Идём! — зашумели все. — Воздадим там хвалу богам, глядишь, они и успокоятся.

На меня посматривали с опаской и с восторгом. Особенно молодые дружинники из младшей дружины. И пацанва! Увидел Вторушу, смотревшего на меня с обожанием.

— Вторуша, ну-ка подь сюда. — Приобнял за плечи. — Пошли на пир. Будешь рядом со мной стоять. Делать то, что скажу. Согласен? Не устанешь?

— Не, княже. Не устану.

Облачившись в одно из красивейших платьев, отделанного каменьями и вышивкой, выглянула в окно на собиравшийся внизу народ, на подошедшего суженного, на Гуннульва, которому было очень интересно узнать, что же за меч такой у сокола моего ясного. Я-то уже знала, как смертельно быстро это оружие, поэтому лишь улыбнулась и кивнула одобряя затею суженого. Это будет отличная демонстрация, он покажет, поселит страх и уважение в души тех, кто в нём сомневается. Как и ожидалось, после того, как мой ладо продемонстрировал своё оружие, простой люд, дружинники — наши и нурманы, были удивлены. В их глазах был страх и благоговение. Я горжусь своим суженным! Улыбаясь, чисто и открыто, слушала рассказ Ярослава. Но, чем дольше слушала, тем больше поражалась. Сперва он удивил меня тем, что сам лично встречался с богами, даже играл с ними, а потом, что его чуть не женили на одной из самых красивых богинь. В этот момент казалось, что время остановилось. Я ожидала, услышать, всё что угодно но не этого, я действительно испугалась, что мой ладо окажется не моим, что он женился на Фрейе. Но, дослушав его до конца, выдохнула с облегчением и убрав сжатые пальцы с оконного проема, до самого конца ловила каждое произнесённое им слово. Ярослав он необыкновенный, посланный нам богами — мне. Я все больше и больше понимаю, что не ошиблась, и чтобы не произошло, я не отпущу своего суженного. Как доказательство всего, сказанного над головами прогремел гром, а мой ладо, словно насмехаясь, выкрикивал в небо опасные слова, за которые боги могут покарать. Наверняка, я сейчас побелела, не гоже играть с богами. Им принято поклонятся, приносить дары, высказывать уважение, возносить почести, тогда возможно боги будут благосклонны и подарят благодать на наши земли. На долю мгновения испугавшись, не только гнева божьего, но и потери суженного, попросила его не спорить с ними. На меня посмотрели с искренним любопытном и вопросом почему? Ответ был прост и искренен, но мне почему-то показалось, что Ярослав ждал чего-то другого, вот только чего?!

Спустившись вслед за Ярославом, пошла на пир, а там сидя рука об руку, изредка подкладывала самые вкусные кусочки, то рыбку, то мясца. То служку его вовремя нагнать, чтоб подал питье, да хлеба принес. Так и кушали, за столом напряжённая атмосфера отошла на задний план. Уже не делясь на своих и чужих, мои дружинники и нурманы ели и пили, обнимались, Гуннульв привез заморские вина. Я выставила медовуху на травах и сбитень со жгучим перцем и пряностями. Но попробовав сама своего, лишь один глоток сбитня, кашлянула, горло приятно обожгло, а в животе поселилось теплое ощущение. Кушая и изредка поглядывая на суженного, как он непринужденно разговаривает с нурманами, как раздает распоряжения, улыбнулась. Поймав мою улыбку, Ярослав, нагнулся ко мне пониже и прошептал:

— Княжна моя светлая, как ты смотришь на то чтобы потанцевать?

Смотря на него, хлопала глазками, не понимая про какие танцы он говорит.

Тихо, что бы слышал только он шепнула:

— Я не умею.

На что Ярослав лишь озорно улыбнулся и встал. Высмотрев в толпе гусляров, подозвал к себе поближе и стал напевать, медленную красивую мелодию. Подхватив ритм на гуслях, дудках, свиристелях и бубенцах, музыканты заиграли похожую мелодию, а Ярослав развернулся ко мне. Не дойдя одного шага, мужчина поклонился и протянул руку со словами «не окажете ли вы мне честь, юная княжна, став моей ведомой в танце?» Засмущавшись, под всеобщими взглядами, протянула дрогнувшую ладошку и пошла рука об руку в середину, где нам уже освободили место, а люд готовился ловить каждый наш жест и шаг. Шёпотом, стараясь выглядеть как можно безмятежное, спросила:

— Ярослав, ладно мой, а что мы будем танцевать?

— Вальс, моя хорошая, я буду учить тебе танцевать Вальс.

— Вальс? Но как же так, Ярослав? Я не знаю такой танец. Это же нужно было заранее учится, как же мы перед всеми, будем танцевать, я же не умею…

Улыбнувшись, мужчина взял мою ладонь в свою руку, а другую положил на талию, притягивая неприлично близко. Зарумянившись от его действий, подняла глаза, встречаясь с его и ловя каждое сказанное им слово:

— Не бойся, тут ничего сложного. Главное позволь себя вести, двигайся за мной и рядом со мной, положись на меня и верь мне.

Зазвучали первые переливы мелодии. Держа мою руку в своей и смотря глаза в глаза сделал первый шаг, я за ним, потом ещё, и ещё. Он повторял — молодец, шаг сюда, ещё шаг, ещё, умница моя драгоценная! Не заметно для себя, погрузилась в чарующие движения, доверяя всю себя умелым рукам Ярослава. Глаза в глаза, и улыбки как отражения друг друга, позабыв о неумении и робости, готовая идти за своим ненаглядным, доверяя ему полностью, не только в танце, но и во всём, готовая идти за ним на край света. Мы закружились с ним как две снежинки в метель. Это было как волшебство. Я не знаю сколько мы танцевали, но стоило нам остановится, заметила, что кружится голова, а мой суженный немного качается или это я? Не отпуская меня и прижав к себе, смотрели друг на друга, не замечая тишины стоявшей на пиру, взглядов, несводимых с нас людом. Все были в шоке, ни кто ещё такого не видел, для них наш танец стал чем-то, божественно красивым. Первый шок прошел и дружинники, сидящие за столом, что мои, что нурманы разразились воплями:

— За князя Ярослава, до дна!!!

Под гомон и крики, весёлый смех, Ярослав довел меня до места, помог сесть и налил в кубок воды. Залпом его осушив, поблагодарила мужчину. Прислушиваясь к беседе.

— Ярослав тебя так боги научили танцевать? — спросил Гуннульв.

Улыбнувшись, мой суженный ответил:

— Да, Гуннульв, сами боги. Мы с детства учим божественные танцы, что бы покорять сердца очаровательных красавиц. — Взглянув прямо на меня, заставил смутиться и взять стоящий рядом со мной кубок со сбитнем.

Осушив его до дна, не поняла, что сотворила, лишь после того как у меня начался лёгкий смех, прикрыла ладошкой лицо и посмотрела на Ярослава. Боги, как он красив, какие скулы, а губы такие мягкие, коснувшись его губ, пробовала их на мягкость. Аккуратно отведя мою ладошку от лица, мой суженый оглядел меня ещё разочек, а я… я потянулась к нему всем свои естеством, нет не поцеловать, а потрогать — так ли тверды его мышцы, так ли мягки губы и гладки щеки. Перехватив мои руки, мой ладно, подхватил меня на руки и понес в терем, а позади раздавался свист и весёлый смех. Не зная, куда деть смущённый взгляд, думала, как же быть дальше, как же так? Ярослав, мой храбрый войн, своими поступками ломает наши традиции, уже какой раз мой суженый позволяет себе слишком многое. Излеченные им коленки и задранное мной платье, слишком близкое нахождение при помывке и его объятья, а теперь вот танец, выбивающий дыхание заставляющий летать, смотрю на своего любимого как на божество. А теперь он вообще несёт меня на руках! Божечки, как же это волнительно до мурашек по коже и пылающих щек, до жара в груди и стремления касаться. Занеся меня в светлицу, мой суженный, уложил на кровать, собираясь уходить. Схватила его за руку, прося остаться. Сев на краю кровати и смотря куда-то мимо меня, сжимал кулаки, а я, я просто любовалась. Решаясь на давно мучавший меня вопрос: