Олег Ростов – Глеб и Аврора. Брак по расчету (страница 11)
— И ты никогда не жалела, что вышла за папу замуж? Может с кем-нибудь другим ты была бы более счастлива? Разве тебе никто из парней не нравился?
— Нравился один мальчик. Я ему даже стихи написала, правда так и не отправила и не прочитала.
— Серьёзно? — Я был сильно удивлён.
— Ещё как серьёзно.
— И где они?
— Нет их. Я сожгла стихи перед своей свадьбой. А счастливой я и так была. Я любила Антона. Родила от любимого мужчины детей. У меня всё в жизни было. Я ни о чём не жалею. Жалею только, что Антон ушёл так рано. Сейчас, я думаю, он был бы очень доволен. Он и так радуется за нас, там. — Мама посмотрела вверх.
— Но тебе же нравится этот…
Мама кивнула, улыбнувшись.
— Нравится. Жизнь идёт своим чередом, сынок. Твоего отца уже давно нет в живых. Я выполнила свой долг перед семьёй. И дедушка благословил меня на новые отношения.
— Ничего себе! Я удивлён.
— Не удивляйся. Твой дед очень мудрый мужчина. Я очень хочу, чтобы ты, Глеб, стал таким же как твой дед.
Мама глянула в окно.
— Пойдём, сын. Приехали сватовья, привезли твою невесту. Пожалуйста, Глеб, будь мужчиной. Аврора должна стать не просто частью семьи, она должна стать твоей половинкой. Тогда у вас всё получится.
— Почему именно Аврора?
— Так решил дедушка. Почему? Это только ему известно, Но, я согласилась с ним. Глеб, твой дед практически никогда не ошибается, знаешь почему?
— Почему?
— Потому, что перед тем, как принять то или иное решение он всё очень хорошо обдумывает. Просчитывает на два и даже на три шага вперёд. Он очень хорошо разбирается в людях. Пойдём, гости уже собрались. Из ЗАГСа уже приехали. Скоро всё начнётся.
— Пойдём, мама.
— Глеб, цветы возьми. Авроре их подаришь. — Она протянула мне красивый букет.
Церемония прошла штатно, как я и предполагал. Мы оба высказали желание вступить в брак. Аврора была спокойна и холодно-равнодушна. Это хорошо, а то сверкала бы своими злыми глазами. Родственники и гости сидели на стульчиках, наблюдая за нами. Согласно сценарию, невесту ко мне подвёл её папаша. Передал её руку мне. И мне даже показалось, что он облегчённо вздохнул, как грузчик сбросивший со спины мешок с мукой! Всё верно, теперь мне тащить этот груз. Давай негр, работай, солнце ещё высоко, плантация большая и белый хозяин недоволен, поэтому можешь огрести плетью на хребтине и пинок под зад. Несмотря на тёплую погоду, ладошка Авроры была холодной. Это ничего, зато моя горячая.
Потом нас поздравляли. Первым был дед, толкнувший речь о долге и семье. Пожелания о детях, продолжателях рода Белозёрских. Я поглядел на Аврору. Она была бледноватая. Я чуть усмехнулся. Не слабо её колбасит. Привыкай детка. Будешь рожать родовитых графьёв в полный рост! Не зря же тебя сюда привели, как кобылку за уздечку. Посмотрел на её губы. Отлично, сегодня опробуем, насколько они рабочие. Даже почувствовал возбуждение. Аврора старалась на меня не смотреть. Ну и наплевать. Могу в спальне даже глаза тебе завязать.
Банкет. Веселье, расслабон, танцы. В какой-то момент около меня нарисовалась сестра. Ксюша ухмылялась.
— Глебушка, братик мой! — Проговорила ласковым голосочком маленькая стервоза, держа бокал с шампанским. — А чего твоя молодая жёнушка такая зажатая? Словно ей кол в зад воткнули? Ты уж постарайся братик, расслабь её. А то как-то даже нехорошо.
— А тебе что, Ксюша, не нравится?
— Да она как кукла. Улыбается вроде, а такое ощущение, что паночка помЭрла и ты имеешь дело толи с манекеном, толи с трупом.
— У тебя бурная фантазия, сестричка.
— Глеб. Как я понимаю, дед тебя готовит на своё место?
— Правильно понимаешь, мелкая!
— Глеб, надеюсь, ты ничего не имеешь против того, что центр будет мой?
— «Клеопатра»
— Да.
— Посмотрим на твоё поведение, душа моя! Будешь борзеть, поедешь к своему лягушатнику.
— Что значит борзеть?
— Ксюш, я пошутил. О чём мы сейчас с тобой будем разговаривать? Ещё ничего нет. Вот когда будет, тогда и поговорим. А так, это просто пустые разговоры.
— Ладно, Глеб, я запомню.
— Запомни.
К вечеру мне уже всё надоело. Настроения не было вообще никакого. Увидел, как из дома вышел дед. Он отдыхал, оказывается, пока шёл тусняк. Подошёл ко мне с Авророй.
— Ну что молодые, — проговорил он, — думаю вы за день устали. Остальные пусть дальше веселятся. А вы идите отдыхайте. — Увидел улыбку у деда на губах. Я ему кивнул. Взял за локоток Аврору и повёл её в дом. Она шла молча. Вообще за весь день сказала очень мало слов.
Завёл её в спальную комнату. Закрыл дверь на замок. На столике стояла бутылка шампанского и фрукты в чашке. Скинул пиджак, открыл бутылку и налил в два бокала. Один протянул Авроре.
— Будешь? — Она кивнула. Мы выпили. Поставил пустой бокал на столик и расслабив, снял галстук. Потом расстегнул рубашку и скинул её. Посмотрел на молодую жену. Она глядела на меня, нервно вертя в руках пустой бокал.
— Аврора, а ты что стоишь? Раздевайся. Брачное ложе нас ждёт.
Девушка поставила бокал рядом с моим. Дерзко посмотрела мне в глаза.
— Если ты думаешь, что я достанусь тебе невинной, то ты ошибся.
— Серьёзно? И кто же он? Или был не один?
— Это был мой любимый человек.
— Значит один?
— А какое это имеет значение?
— Да никакого. Мне наплевать, сколько их у тебя было. Ну раз не девочка, что же. Надеюсь, ты уже многое умеешь? И тебя разработали. Посмотрим. Покажи мужу класс, как нужно любить! А я посмотрю, оценю, может даже завтра тебе что-нибудь на шею куплю или в уши. Типа украшения с бриллиантиком. Но для этого, тебе нужно постараться.
— Засунь себе знаешь куда, свои бриллианты?
— Грубо, Аврора. Я хотел по хорошему. Но, вижу ты по хорошему не понимаешь… Разделась резче. — Последнее рявкнул так, что она вздрогнула.
Глеб стоял передо мной по пояс раздетый. Когда он рявкнул, я вздрогнула. Но раздеваться не собиралась. Сердце у меня колотилось как сумасшедшее. Подумала, что он сейчас меня ударит. Сделала шаг назад от него. Но Глеб неожиданно усмехнулся.
— Упрямая? Это хорошо. Значит, говоришь, любимый мужчина у тебя есть? Тоже хорошо. Просто отлично! Вижу, дед допустил ошибку! Даже не верится! — Он засмеялся. Потом отвернулся от меня, взял рубашку и стал её надевать. Я даже обрадовалась, значит он не будет меня брать силой!
Надев рубашку и застегнув её, заправил в брюки. Потом надел туфли.
— Пошли. — Взял меня за руку.
— Куда? — Вопрос вырвался непроизвольно.
— Как куда? Вниз. Я отведу тебя к твоим родителям. Надеюсь, они ещё здесь и передам им. Вот и всё. И всем будет хорошо! Тебе не надо будет раздвигать ноги передо мной и стараться ублажить ненавистного тебе мужчину. Мне не надо будет спать с тобой. Прибежишь к своему милому и на радостях попрыгаете с ним на батуте. Что-то не так?
Я замерла, глядя ему в глаза. Конечно, это было бы просто замечательно. Вот только… Что будет с мамой, отцом и сестрой? Вырвала свою руку из его.
— Я никуда не пойду.
— Не понял, Аврора? В постель со мной ложиться не хочешь и валить отсюда тоже не хочешь. А чего ты хочешь?
— Глеб, пожалуйста.
— Что?
— Я знаю, что должна лечь с тобой в постель. Но я не люблю тебя. Понимаешь? Я люблю другого человека.
— Ну так и люби его на здоровье! Пожалуйста, иди. Завтра подадим заявление в ЗАГС и разведёмся. Подарки, которые нам надарили, вернём гостям назад. Скажем, ошибочка вышла.
— Глеб, но я не могу просто так уйти. Ты же понимаешь, что тогда будет с моей семьёй.