Олег Ростов – Эшелон (страница 8)

— Поясни? — Артём уже не улыбался.

— Первый серьёзный косяк, ошибка, недоработка выявилась чуть раньше. Смотри, на самой первой платформе у нас стоит ДШК. А этого мало. Это конечно крупнокалиберный пулемёт, но… Представь если кто-то двинет нам навстречу локомотив, чтобы застопорить нас? Представил такую ситуацию? И как останавливать будем? Самое главное чем? Пулемётом? Не остановим. А если локомотив набрав максимальную скорость врежется в нас? Как минимум две платформы с краном и броневагон просто улетят с насыпи. Остальные если не улетят, то сойдут с рельс однозначно. А что это? А это трындец нам. Ничего исправить не сможем. Даже целые вагоны поставить назад на рельсы не сможем. Так как кран будет повреждён критически, да и сам будет валятся в кювете. Поэтому вместо «Дашки» надо ставить что-то более существеннее. Даже пулемёт Владимирова не подойдёт. Минимум, двадцати трёх миллиметровый или тридцати миллиметровый автомат. А у нас их нет. Только на технике. И одна ЗУшка, в конце эшелона, в качестве средства ПВО.

— А танковая башня на броневагоне?

— Не пойдёт. Там ей сектор стрельбы частично перекрыт краном. Если бы она могла свободно стрелять по ходу эшелона, тогда эта проблема была бы снята. А так надо что-то там ставить. А что, я ума даже не приложу. Вся артиллерия буксируемая, а там только её можно воткнуть, всё равно большая. Гаубицу нашу не поставишь, не влезет. «Рапиру», сто миллиметровую пушку тоже. Остальные орудия ещё больше. Даже если мы найдём арсенал, по типу нашего Артиллерийского или воинскую часть с артиллерией, ни одно орудие нам оттуда не подойдёт.

— Хреново. Надо искать хотя бы ещё одну ЗУ-23–2.

— Надо. Хотя могли об этом позаботиться ещё дома. Но хорошая мысля, приходит опосля. Сейчас ещё одна проблема нарисовалась.

— Какая?

— Вот смотри. Если эшелон подвергнется атаки с воздуха. Чем защищаться будем? У нас из средств ПВО, как я сказал, только одна зенитка и то в конце эшелона.

— А ты думаешь, что мы можем подвергнуться атаки с воздуха? Да ну нафиг.

— А почему бы и нет? Ты думаешь все пилоты померли? Навряд ли. И самолёты с вертолётами есть. В том числе и боевые. Насчёт самолётов не знаю, смысла в их использовании нет, хотя сбрасывать со счетов нельзя. Но вот вертолёты вполне могут применить. И одна ЗУшка мало нам сможет помочь, особенно если это будет «Ночной охотник» или «Аллигатор». Нас разнесут в хлам. Ведь одно дело завалить вертушку на подлёте, другое дело, когда он уже выйдет на линию открытия огня. А как ты его обнаружишь? Пока визуально не увидишь, он с тобой может сделать всё, что угодно. А такие ребята, особенно матёрые умеют это делать мастерски. А у нас даже ПЗРК переносных нет. Вот и думай. Я это только сейчас понял, когда «Панцирь» увидел.

— То есть, нужно брать хотя бы один, вот такой «Панцирь»?

— Надо. Но есть два но.

— Каких?

— Первое, а у нас есть те, кто хоть раз работал в армии на таких комплексах? И второе, как его отсюда снять? Хотя есть и третье. Уверен, аппарат стоит без боекомплекта. Хотя вон там вагоны. Может там есть? Если поставим на платформу всего одну такую машину, мы будем полностью защищены с воздуха в радиусе 18–20 километров. Попробуют подойти ближе, будут обнаружены.

Артём почесал затылок.

— М-да, Марк. Задал ты задачку.

— Знаешь, Артём, я даже не знаю сколько таких недочётов ещё вылезет.

— Марк, всего не предусмотришь. Не кори себя. Главное, что они, эти недочёты выявлены, до того, как могли негативно сказаться на всех. А значит есть время и возможность устранить их. Я с тобой согласен, насчёт этого «Панциря». А что делать? Будем его снимать.

— Эшелон стоит неудобно. Видишь же, его с двух сторон поджимают товарняки.

— Значит, будем вытаскивать. Оттащим немного назад, туда, где будет возможность скатить его с платформы.

— А зачем с платформы скатывать? Проще саму платформу отсоединить и на стрелке убрать на другой путь. А потом подцепить к нашему эшелону. Вот только надо платформу с «Панцирем» встроить в середину эшелона.

— Ну вот тебе и решение первой проблемы, с решением второй. — Усмехнулся Артём.

— Не понял… А, всё понял. Если ставим у себя «Панцирь», тогда снимаем ЗУ с турели на последнем вагоне и переносим её на первую платформу с краном, вместо пулемёта?

— Конечно.

— Да, наверное, так будет лучше. — Связался по рации с нашим машинистом. — Георгич, что там у вас?

— Скот выгнали. Вагоны только что помыли. А что такое?

— Работа есть для тебя. Нужно тут будет составы подвигать.

— Не понял? Что свободного пути разве нет?

— Не в этом дело. Станция узловая, так что пути найдём. Нашли тут кое-что для нас полезное. Но придётся попотеть. Короче, надо, чтобы ты приехал. Я за тобой «Бардак» отправлю. Пока там они скот выгуливают, сюда приедешь. Заодно нам обед привезёте.

— Понял. Ладно, жду колесницу. Как там в Уяре?

— Да хрен его знает. Мы в сам город не совались. На станции вроде тихо. Но держим ушки на макушке.

Глава 2

Пришлось попотеть. Оттащили манёвренным тепловозом воинский эшелон к стрелке. Там отсоединили часть эшелона, до одной из платформ с «Панцирем». Потом Георгич, бежал садился на другой маневренный тепловоз. Их, кстати, тоже пришлось искать, сразу два, чтобы работать с обоих концов эшелона и не гонять туда-сюда одни тепловоз. После оттаскивали ту часть эшелона, которая оставалась на прежнем пути назад на прежнее место. Отцепляли платформу с ЗРПК от другой части эшелона. Закатывали на соседний путь. Переводили стрелку и загоняли оставшуюся часть эшелона назад, на его законное место, ко второй половине. После платформу с находкой оттаскивали назад за стрелку. Почему так? Потому, что это был свободный пусть, по которому должен был пройти уже наш эшелон. Набегались, одним словом. Время было к вечеру. А ночевать здесь вблизи города я как-то желанием не горел, хотя вроде никаких эксцессов пока не было. И Стас постоянно поддерживал связь. У них тоже всё хорошо было.

Наконец, подошёл наш эшелон. На стрелке отцепили часть бронепоезда, как раз за вагоном-рестораном. Георгич немного протащил головную часть эшелона вперёд. Дальше было делом техники. Загнали платформу с «Панцирем» на наш путь. Перевели стрелку. Георгич стал сдавать назад. Сначала стукнулись сцепки вагонов с платформой с ЗРПК. Сцепку закрепили. Потом вновь Георгич стал сдавать пока не упёрся во вторую часть эшелона. Вновь закрепили сцепку. За это время парни распотрошили несколько вагонов этого же военного эшелона.

— Марк! Куда боекомплект к «Панцирю» грузить? — Крикнул мне кто-то из парней. Твою дивизию. Как же я не подумал, идиот.

— Марк, у нас вагон для боеприпасов забит под завязку. Ящики в проходах и тамбурах простых вагонов стоят. — Сказал Артём.

— Я знаю. Вот нет, чтобы раньше сказать.

— Ты о чём?

— Да всё о том же, о вечном. По идее надо было и вагон с боекомплектом ещё отцепить.

— Ни хрена себе. Что опять всё тягать? — Артём почесал затылок, глядя на железнодорожные пути с составами.

— Да куда уж. Нам до темноты свалить отсюда надо. Здесь к нам, с любой стороны, подобраться будет без проблем. Ладно. Парни, слушай сюда. Ящики с БК к тридцатимиллиметровым автоматам грузите на платформу с «Панцирем», столько, сколько войдёт. И ракеты для него, на одну зарядку. Остальное, в основном ракеты будем распихивать по другим платформам и вагонам. В техвагон грузите, в баню, в прачечную.

— Не дам! — Услышал голос мамы. — ты что, сынок, с ума сошёл? Как это в баню, в прачечную??? От твоих ящиков и так пройти невозможно. А ты ещё? А где стираться будем? Где мыться? Давай ещё в столовую их затащим.

— Надо будет, мама, я и в вагон-ресторан затащу. На костре готовить будем пищу. Чай не баре. Мама, эти ящики наша жизнь и безопасность. Извини.

— Марк!

— Мама, это временно. Нам до темноты убраться надо отсюда. Запихаем сейчас куда только можно. А завтра разберёмся, распихаем уже более предметно.

Загрузили на платформу ящики с выстрелами к тридцатимиллиметровкам комплекса. Контейнеры с ракетами распихивали по другим платформам с техникой. Затащили часть в техвагон. Георгич смотрел на это безобразие и недовольно качал головой.

— Что, Георгич?

— Марк, это не дело. Если что случиться, поломка какая, как исправлять будем?

— Исправим. Давай всё завтра решать?

— Ладно. Как скажешь. Бабы недовольные. У них постирушки и чесание языками в бане и прачечной. А ты их такого удовольствия лишаешь.

— Они что мало языками чешут?

— А им что ещё делать? Едут хорошо. Тепло, безопасно, сыто. За детьми смотрят, постирушки устраивают, чаи гоняют, да языками чешут. Лиши их этого, они же озвереют. Не все такие, как твоя Ольга, хвостиком за тобой с винтовкой бегает. Хоть бы кино какое им. Сериалы любовные, тогда вообще красота. И чем длиннее сериал, тем лучше. Жаль не озаботились. А то поставить им Санту-Барбару, там серий двести или триста. И вообще не жизнь, а малина, меньше мозги выносить будут.

— А что уже началось?

— Пока нет. Но сам пойми, уединиться тут просто не реально, народу много, да ты и сам знаешь. По сути делать им особо нечего. Ну стираются, прибираются в вагонах. Но для них это ничто. Да и детям тоже мультики бы.

— Да, что-то мы прогнали. Но я подумаю.

— Подумай. Поверь, сериал бабам поставишь, можно многих проблем избежать.