Олег Простаков – Мир струн. Пришествие Монитора (страница 12)
– Навык конечно у тебя крутой! Водяное ядро получила с бонусом энергии. Дополнительно еще квест появился. – Радовалась она, поцеловав меня в губы – Спасибо тебе! А теперь давай посмотрим, что с гарпии выпало.
Положив руку мне на спину, по телу начало растекаться приятное тепло. Открыв Монитор, дождавшись заполнения резерва до 33, я вызвал оценку.
– «Кристалл стихии». Оценка: 330 энергии. Оценка с использованием действия цикла- 33 единица. Оценка не пройдена, не достаточно энергии, отсутствует активное действие цикла – Огласили звуки, дублируемые сообщением, а перед глазами расплылись разноцветные туманности, которые растягивались, формирую окно – Активирован «Дар струн вероятностей». Проведена оценка «Кристалл слепка». Активирован эффект «подчинение струн вероятностей», выберете предпочитаемый эффект: земля – укрепление 15%, воздух – облегчение 15%, скальная гарпия – заточка +10%, «перо» 1, «полет» +50%. Желаемый эффект присвоится со 100% вероятностью двукратного усиления.
Дополнительных описаний эффектов не значилось, как я не напрягал внимание, значить беру вслепую. Я выбрал знакомое слово «перо», надеясь, что кристалл поглотит Лиза и сможет более эффективно защищаться. Монитор мигнул.
– Кристалл слепка «Крыло скального вожака». Тип действия физический, дальний. Стихия: земля, вода, воздух. Эффекты: перо 3, полет +100%, заточка +10%, облегчение +5%. – За изменившимся сообщением размытая туманность стала менять форму, принимая очертания различного метательного оружия.
– Это, похоже, для дальнего оружия подойдет. Даже есть подсказки! – задумчиво сказал я и передал Лизе: – Посмотри, ты лучше в этом разбираешься.
– Ага! – сказала она задумчиво. Встав и погладив живот: – Всё, мистер Патиссон хочет сосисон!
Дождь усилился, прогнав нас с улицы в развалины дома. Тела гоблинов под струями капель начали обсыпаться. Прах, смешиваясь с водой, стекал ручейками, обнажая выпавшие зубы. Дед, накинув дождевик, осторожно собрал их в банку.
– 32 зуба! – Радостно сказал он – Хватит на 10 патронов.
Дети в доме веселились, оседлав огромного Ситха, катались по лестнице в подвал. На нижней кухне трудилась бабушка Тамара, жаря яичницу и варя кашу. Андрей с Мариной превратили спальную комнату в импровизированную столовую, принялись за еду. С потолка начало капать.
– Здесь оставаться больше нельзя. Прятаться у нас с бабкой в хате тоже не получится! Дом старый. – деловито сказал дед, обратившись к Андрею с Мариной. – У вас как?
– Уже думал. У меня дом панельный, легкий, его твари легко порушат. У Марины окна в пол – покачав головой, сказал Андрей – Можно соседние дома занять.
– Не вариант! – перебил его я – Оставаться здесь опасно. Мы выжили на чистом везении. Со следующей партией не справимся. Надо уходить!
– В город идти надо. – поддержал мои мысли дед – Ты говорил, там стрельба была?
– Не только. Я видел ещё вспышки пламени и разряды молний. На холме, в школе. Думаю, надо туда поехать, осмотреться.
– Надо всем ехать. У нас только двое условно здоровых, остальные раненые, плюс куча детей. И планируем не возвращаться.
Обдумав, мы все согласились. Уезжать надо было, взяв с собой все необходимое.
После обсуждения ехать решили на трех машинах: джипе Андрея, уазике деда и моей «Газели». «Целых» водителей было только двое: Марина, которая только училась, и дед. Я мог рулить одной рукой. Загружали машины мы долго, перебирая вещи, которые могли пригодится. Лиза с большим трудом оставила свой компьютер, с грустью обняв модную клавиатуру с подсветкой, жалобно смотря на меня.
– Давай в подвал уберем, вдруг еще понадобится? – оставил надежду я любимой.
– Смотри, что нашел! – сказал дед, показав странные цилиндры разного размера черного цвета – Это тигель графитовый, у меня их три вида: на 1, 3 и 5 килограммов. Кум стащил с завода в свое время. В нем можно металл плавить и ножи отливать.
– Да. Отлично! Можно будет попробовать переплавить вчерашние ключи и цепь на дробь или оружие – обрадовался я, взяв один, покрутил в руках. В голове промелькнуло воспоминание из школьной программы – А на дровах железо плавится?
– Нет! – ответил Андрей, сидевший на стуле рядом, массируя сломанную ногу – Угли с дуба максимум дают 900 градусов, а температура плавки превышает 1500, понадобится каменный уголь или газ.
Уголь нашелся у деда в сарае, со времен, когда он топил печь. Упаковав его в два мешка, загрузил в газель.
Ближе к полудню мы собрались. Ситх напоследок подкрепился остатками еды, сваленными в таз, и мы тронулись. Спереди на машине ехал дед с бабкой и лежащим сзади Андреем. Ситх в машину не поместился, увеличившись в размерах до крупного хряка. Он деловито бежал рядом с машиной деда, то и дело обгоняя его. Второй машиной управляла Марина со всеми детьми. Я с Лизой замыкал колонну на «Газелле». Проехав по улице, я дважды посигналил, прощаясь с родительским домом.
Глава 12 Давний друг
Дорога до города заняла около 30 минут. Обогнув склады и проехав по полю, мы заехали в город. Большинство домов пустовало, окна были разбиты, заборы повалены. Виднелись следы пожара. Тел на улице мы не встретили, но виднелись черные лужи крови и кучки праха. Поднявшись на холм, наткнулись на импровизированный блокпост, устроенный в магазине. Дорогу преграждал мусоровоз, а по обочинам стояли легковые автомобили, мешая объезду. Дед, не доехав 30 метров, остановился, посигналив. На крыше появился вооруженный мужчина, что-то крикнул. Мусоровоз отъехал в сторону, освобождая проезд. На посту сидели 3 человека. Худой жилистый парень, ловко спрыгнув с крыши магазина, подбежал к нам. Над его головой мелькнуло «Стрелок 3 уровень».
– Здорова. Митрофаныч? – крикнул он, улыбаясь. – Как сам!
Дед был знаком с парнем. Коротко обменявшись новостями, мы узнали, что днем в центре города спокойно. Полиция вместе с охотничьим клубом отбивались от гарпий и гоблинов первую ночь. А ко второй ночи, объединившись с военкоматом и пожарной службой, сумели организовать в ключевых местах посты с боевыми отрядами.
– Нас сейчас мало, но ночью на каждом посту будет по десятку человек. Езжайте в больницу, машину ставьте на вокзале и пешком идите. У вас, смотрю, тоже Монитор, так что вступите в самооборону. – Закончил он, попрощавшись. Двигаться к больнице пришлось через весь город. Она располагалась на противоположном краю, на берегу реки. Два схожих поста занимали сетевой магазин и заправочную станцию. Оставив машины у вокзала, мы дошли до входа. Больница была трехэтажная и, если смотреть сверху, имела форму буквы «П». Вдоль всего забора вокруг стояли прижатые друг к другу автомобили. На центральном входе стояла разбитая машина скорой, возле которой грызла семечки фельдшер.
– Подходим по одному. Запоминаем, что говорю. – Сказала она, бегло начав осмотр. – Беременная и открытый перелом проходит в приемный покой, остальные с детьми стоят на улице, ждут. За вами выйдут.
Фельдшер особо не церемонилась, у каждого на лбу цветными маркерами написав порядковый номер. Мне и бабушке Тамаре достался оранжевым «67», «68», а Лизе с Андреем красным «Б-65», «66». Во внутреннем дворе больницы, под открытым небом, стояли ряды скамеек и стульев. Больше сотни людей в окровавленных бинтах заняли двор. Вокруг слышались стоны и крики боли. Усадив бабушку с детьми в углу, я проводил Лизу и Андрея в приемный покой. Широкий холл больницы был заставлен кушетками и носилками, частично занятых ранеными. Пол покрывал сплошной ковер окровавленной одежды и бинтов. Тошнотворный запах из смеси пота и крови ударил в нос. Над одной из кушеток, склонившись, работал пожилой хирург с медсестрой, пытаясь остановить кровотечение из раны на груди молодой женщины.
– Пироговы ряды! – Сказал Андрей. – После Чечни не думал, что когда-нибудь их увижу.
– Леня! Может уйдем? – спросила Лиза. Её лицо побледнело, а пальцы вжались в руку.
К нам подскочила женщина в чистом белом халате, с блестящими безумными глазами, схватив Лизу за руку, потащила за собой.
– Беременная! Поднимаем в первую очередь! – голосила она.
– Меня здесь оставьте! – крикнул нам вслед Андрей, присев на свободный стул. На лестнице нас встретила толстая женщина в синем медицинском костюме, проведя на 2 этаж. Через минуту мы зашли в гинекологию. Отделение было чистым и полупустым. Оставив меня у кабинета, Лизу завели. Из палат вышли три женщины, увидев меня, испуганно спрятались обратно. Медсестра вышла, и над её головой мелькнула надпись «Целитель 2 уровень».
– Так, папа. Не бойся! С ней всё хорошо. Гинеколог осмотрит, сделает УЗИ и заполнит карту. По лестнице спускайся на первый этаж, сам обследуйся – сказала она, настойчиво вытолкнув меня из отделения.
Вернувшись к деду, я оторопел. С ними сидел Жорка, мой лучший друг детства.
– Леня, ну где еще я мог тебя встретить? – радостно заголосил он, обняв. Он был высоким крепким парнем с русыми короткими волосами и опрятной бородой. Перебинтованное лицо светилось от радости, а широкие мускулистые руки сжались на мне, подняв над землей.
– Раздавишь! – закряхтел я от боли, вновь вспыхнувшей в плече и ребрах. – Жора, драть тебя в загривок! Пусти!
Он отпустил, но радости на его лице не убавилось. Завопив на всю улицу, вызвал недовольные возгласы.