Олег Платонов – Почему погибнет Америка (страница 4)

Четыре больших блока должны будут оградить нас и одновременно продвинуть далеко на Восток Европу: Великая Финляндия, Прибалтика, Украина, Кавказ. При этом приняты во внимание политическая цель, национальная принадлежность и современные границы внутри СССР, которые нельзя изменить немедленно.

Рейхскомиссариат Прибалтики будет иметь 4 генеральных комиссариата, которые будут соответственно подразделены. Граница проходит западнее Петербурга, южнее Гатчины к озеру Ильмень – затем на юг в 250 км западнее Москвы. Граница продвинется далеко на восток, с одной стороны, потому что в этих областях живут остатки древних эстонцев и латышей. Это разумно и с другой стороны, так как мы планируем здесь серьезную германизацию и освежение крови.

Между Эстонией и Россией будет создана полоса, населенная благонадежными эстонцами и латвийцами, жизненные интересы которых связаны с Германией и которые всегда будут сопротивляться русскому влиянию. Непосредственно к этому району примыкает белорусская территория как центр сосредоточения и классификации всех неполноценных и социально опасных элементов. Эта территория будет содержаться подобно заповеднику, но со временем получит право на некоторую автономию.

Украинские границы охватывают собственно Украину, включая области Курска, Воронежа, Тамбова, Саратова. Россию нужно лишить плодородных земель, поэтому Черноземная область может быть спокойно отнесена к новой Украине, которая будет разделена на 8 генеральных комиссариатов с общей территорией в 1,1 млн кв. км.

Границы Кавказского района протянутся восточнее Нижней Волги и немного южнее Ростова. Южные границы Кавказа по-прежнему будут проходить вдоль Турции и Ирана, если фюрер не вознаградит Турцию за ее возможную помощь в разгроме сталинского государства.

Остальная территория является собственно Россией. Она займет территорию в 2,9 млн кв. км с населением не более 60 млн человек. То, что мы должны сделать, чтобы сохранить эти перечисленные области в должном состоянии, является задачей, которую наше поколение не сможет решить окончательно. Это будет задачей столетий».

«Целью германской восточной политики по отношению к русским является то, чтобы первобытную Московию вернуть к старым традициям и повернуть лицом снова на Восток. Мы не берем на себя никакого обязательства по поводу того, чтобы кормить русский народ из изобильных областей ликвидированного Советского Союза. Необходимо будет провести большую эвакуацию. Насколько нами должна быть оставлена промышленность России, это определится позднее.

Если русские будут изолированы от Запада, то они, возможно, вспомнят о том пространстве, к которому принадлежат. Все люди, которые едут в эту примитивную страну, должны учесть, что они приняли на себя годы тяжелейшей колонизаторской работы».

Первым практическим шагом к осуществлению политических установок по уничтожению русского народа была подготовка плана вторжения в СССР, получившего название «Барбаросса» (подписан Гитлером 18 декабря 1940 года). Согласно ему германские вооруженные силы должны разбить Россию в ходе кратковременной кампании еще до того, как будет закончена война против Англии. В числе соучастников вторжения предполагались Румыния и Финляндия, а также военные части из Франции, Италии, Испании, Голландии, Венгрии. Все приготовления к нападению должны были быть закончены к 15 мая 1941 года. «Решающее значение, – указывалось в плане „Барбаросса“, – должно быть придано тому, чтобы наши намерения напасть не были распознаны».

Черная туча мирового заговора нависла над Россией.

22 июня 1941 года германские вооруженные силы в составе 103 дивизий, в том числе 10 танковых, вторглись на территорию России. Общая численность их насчитывала пять с половиной миллионов человек, из которых более 900 тыс. составляли военнослужащие западных стран-союзников Германии – итальянцы, испанцы, французы, голландцы, финны, румыны, венгры и др. Этому вероломному западному интернационалу было придано 4300 танков и штурмовых орудий, 4980 боевых самолетов, 47200 орудий и минометов.

Секретный меморандум Черчилля

Героическая борьба Русского народа с германским нашествием усложнялась двуличной политикой, которую вели против России США и Великобритания.

Отношение правящих кругов Запада к СССР было самым вероломным. Они хотели, чтобы СССР и Германия обескровили друг друга, дабы США и Англия впоследствии уничтожили бы их обоих. Глава американских масонов, будущий президент США Г. Трумэн на следующий день после нападения Гитлера на СССР заявил, что если они увидят, что выигрывает Германия, то следует помогать России, а если – Россия, то надо помогать Германии, и, таким образом, пусть немцы и русские убивают друг друга как можно больше. Влиятельная американская газета «Нью-Йорк дейли ныос» изобразила СССР и фашистскую Германию в виде двух змей, образовавших клубок и пожирающих друг друга. Под рисунком – надпись: «Не мешай им съесть друг друга»¹⁴.

Абсолютное большинство западных политиков считало, что СССР долго не продержится в схватке с Гитлером. Прежде всего, так думал У. Черчилль.

Американский президент-масон Рузвельт говорил своему сыну: «Я знаю, насколько верит премьер (Черчилль) в возможность России выстоять в войне». И, щелкнув пальцем, показал ноль¹⁵.

В июле 1941-го помощник Рузвельта Г. Гопкинс посетил Сталина со специальным заданием президента. На Гопкинса произвели неотразимое впечатление личность Сталина и его непоколебимая уверенность в победе. Как вспоминал Г. Гопкинс: «Он (Сталин) ни разу не повторился. Речь его напоминала стрельбу его армий – уверенно и прямо в цель. Он поприветствовал меня несколькими словами по-русски. Коротко, крепко и гостеприимно пожал мне руку. Он тепло улыбнулся. Он не тратил попусту ни слов, ни жестов… Он не заискивал. Не сомневался. Он убеждал вас, что Россия устоит перед наступлением немецкой армии. Он подразумевал, что и у вас тоже нет никаких сомнений».¹⁶

Свою убежденность в победе Сталин сумел внушить Гопкинсу, а тот Рузвельту. По настоянию Сталина и при поддержке Гопкинса был смещен целый ряд антисоветских лиц в американском представительстве в Москве.

В августе 1943 года президентский комитет по вопросам СССР докладывал Рузвельту: «Поскольку Советская Россия является решающим фактором в войне, ей должно быть предоставлено всевозможное содействие и должны быть предприняты все усилия для установления с нею дружеских отношений. Развивать и поддерживать с Россией дружеские отношения крайне важно и потому, что она, без сомнений, будет главенствовать в Европе после победы над фашистами». Тем не менее, позиция США в годы войны носила вероломный характер. Советская разведка получала на этот счет множество доказательств. Однажды в советское консульство в Нью-Йорке пришел бывший полковник русской армии, в свое время эмигрировавший в США. Он сообщил, что его сын, работавший в Управлении стратегических служб (американская разведка), рассказал ему, как сотрудники этого ведомства проводят беседы с русскими и украинскими эмигрантами, собирают информацию о портах на Дальнем Востоке, севере и юге Советского Союза, об имеющихся у них там родственниках и знакомых. Сын полковника также сказал, что «американцы готовятся к возможной высадке войск в России, якобы на тот случай, если сопротивление Красной Армии будет сломлено и Восточный фронт развалится».

Доживающий на чужбине свой век русский патриот дрожащим, прерывающимся голосом заключил: «Такого вероломства со стороны американцев я не ожидал. Это же готовится удар ножом в спину России. Остерегайтесь американцев!»¹⁷.

Во время войны американское правительство запрещало своим компаниям продавать СССР ряд стратегических материалов, и прежде всего никель, необходимый для работы советских авиационных заводов. Впоследствии руководитель КГБ генерал Ф.Д. Бобков отмечал: «Видимо, руководителям США было выгодно превосходство немцев в воздухе, а на земле – они отлично это знали – Германии нас не так-то легко победить».¹⁸

Стараясь использовать войну в своих интересах, англо-американские союзники всеми возможными способами стремились, с одной стороны, как можно дольше затягивать открытие второго фронта, рассчитывая на окончательное истощение главных воюющих держав, а с другой – убедить советское руководство отвести войска с тех территорий, которые Англия и США считали сферой своих национальных притязаний (Закавказье, Иран, Приполярье). В этих стремлениях Англии и США совершенно отчетливо чувствовалось их желание ослабить как можно сильнее не только Германию, но и СССР. США, например, стремились вступить в войну лишь в тот момент, когда обе стороны будут измотаны до крайности или одна из них станет решительно побеждать другую. Роль США в войне, стоившей России огромных жертв, американский президент Ф. Рузвельт рассматривал в категориях азартного игрока, для которого жестокие страдания десятков миллионов русских людей ничего стоили. Он цинично объяснял своему сыну: «Ты представь себе, что это футбольный матч. А мы, скажем, резервные игроки, сидящие на скамье. В данный момент основные игроки – это русские, китайцы и в меньшей степени англичане. Нам предназначена роль игроков, которые вступят в игру в решающий момент… Я думаю, что момент будет выбран правильно»¹⁹.