Олег Пет – Иной :Грань (страница 2)

— Они не остановятся, — сказала она. — Они отправят военный корабль. Они будут искать тебя. И если они найдут тебя, они сделают всё, чтобы забрать то, что принадлежит им.

Элина смотрела на неё, и в её голове всё вставало на свои места. Она знала, что это правда. Она знала, что Корпорация не оставит её в покое, пока не получит то, что хочет.

— Что мне делать, ДНК утеряна? — спросила она.

Орлова посмотрела на неё, и в её глазах был тот же свет, что и у неё.

— В любом случае мы должны найти способ остановить их, — сказала она. — И мы должны сделать это до того, как они найдут нас.

Элина кивнула, и в её груди была тишина. Не пустота, а покой, который приходит после того, как ты принимаешь то, что должно случиться.

Она знала, что это не конец. Но это было начало. И она была готова.

---

Глава третья. Симптомы

Сантьяго проснулся с головной болью. Она была глухой, тягучей, как вода в застоявшемся пруду. Она не проходила, она просто была, как фон, на котором начинался новый день.

Он лежал на койке, смотрел в потолок и слушал, как гудит вентиляция. Гул был ровным, как дыхание спящего зверя.

Сантьяго закрыл глаза, но боль не ушла. Она стала глубже, плотнее, как будто кто-то сжимал его череп изнутри.

Ночью он проснулся от того, что его собственная кожа начала зудеть. Он провёл рукой по груди и почувствовал под пальцами странную бугристость — как будто под кожей проросли мелкие твёрдые шарики. Он вскочил, включил свет и посмотрел на себя в зеркало.

На его груди, чуть ниже ключицы, проступал тёмный контур — что-то вроде вен, но они пульсировали, и под ними явно что-то двигалось. Он дотронулся до этого места, и вдруг почувствовал, как под кожей что-то дёрнулось — живое, тёплое, длинное, как червь. Он отдёрнул руку, и на его пальцах осталась липкая слизь. Из пор сочилась тонкая чёрная жидкость, пахнущая гнилью. Он попытался стереть её, но она въедалась в кожу, и через секунду он увидел, как его пальцы начали темнеть, ногти удлиняться, становиться острыми, как когти. Он зажмурился, и когда открыл глаза — всё исчезло. Кожа была гладкой, пальцы нормальными. Но он знал, что это было реально. Он слышал, как в глубине его живота кто-то смеётся — негромко, с хрипотцой, словно ребёнок, играющий в темноте.

Он сел, чувствуя, как комната плывёт перед глазами. Встал, подошёл к умывальнику, открыл воду. Она была холодной, и он плеснул её в лицо, надеясь, что это поможет. Но когда он поднял глаза и посмотрел в зеркало, он увидел их.

Сначала ему показалось, что это просто тень, игра света. Но он пригляделся, и его дыхание перехватило. Его глаза были чёрными. Не серыми, а — абсолютно чёрными, как пустота за иллюминатором, как та тьма, которая ждала их на Геенне-9.

Он моргнул, и они снова стали серыми. Он моргнул ещё раз, но они не изменились. Они были нормальными, как всегда. Он выдохнул, чувствуя, как сердце колотится в груди, и прислонился к стене, пытаясь успокоиться.

— Это просто галлюцинации, — сказал он тихо. — Просто усталость.

Сантьяго умылся, оделся и вышел в коридор. Он шёл по коридору, и свет ламп был тусклым, как свечи перед угасанием. Стены дрожали, как кожа больного животного, и в этом дрожании было что-то, что он не мог объяснить. Он остановился, прислушался. Тишина.

Но под тишиной, как под тонким льдом, он слышал движение. Оно шло не снаружи, не из вентиляции, не из-за стен. Оно шло изнутри. Из его собственного тела. Голоса все сильнее и настойчивее: «Не бойся, не бойся, не бойся…»

Сантьяго подошёл к зеркалу, которое висело в конце коридора, и заглянул в него. Сначала он увидел только своё лицо — бледное, с тёмными кругами под глазами. Но когда пригляделся, он увидел их. За его собственным отражением, в глубине, за стеклом, стояла фигура.

Она была чёрной, как смола, и её глаза горели в темноте, как угли в пепелище. Она смотрела на него, и в её взгляде не было ни злобы, ни страха — только ожидание.

Он отшатнулся, но фигура не исчезла. Она стала ближе. Она подошла к стеклу и положила ладонь на его поверхность. И в этот момент Сантьяго почувствовал, как что-то касается его груди изнутри. Тёплое, живое, пульсирующее. Он опустил глаза и увидел, что под его кожей, на месте сердца, движется тёмный силуэт. Он смотрел на это, и его дыхание перехватило.

Сантьяго моргнул, и видение исчезло. Он снова стоял в пустом коридоре, один, и только тишина была вокруг него. Но он знал, что это не галлюцинация. Сантьяго знал, что это было реально. И он знал, что это только начало.

Он пошёл в столовую, где уже сидели Робертс и Элина, и сел за стол, чувствуя, как голова начинает болеть снова.

— Ты выглядишь неважно, — сказал Робертс. — Спал плохо?

— Нормально, — ответил Сантьяго. — Просто приснился плохой сон.

— Какой? — спросила Элина, и в её голосе была та же настороженность, что и тогда на Геенне-9.

— Не помню, — сказал он, отводя взгляд. — Что-то про планету.

Она хотела спросить что-то ещё, но Сантьяго покачал головой и взял чашку с остывшим кофе. Он не хотел говорить об этом. Он не хотел думать об этом. Он просто хотел, чтобы всё прошло.

Но оно не прошло.

Ночью Сантьяго опять проснулся от того, что слышал голос. Он был тихим, почти ласковым, и он исходил не снаружи, а изнутри — из самой глубины, где не было никакой защиты.

«Ты должен вернуться», — сказал голос. «Ты должен вернуться домой. Не бойся…».

Сантьяго сел на койке и обхватил голову руками. Он слышал его так же ясно, как слышал гул вентиляции, как слышал биение собственного сердца. Он слышал его, и не мог сделать ничего, чтобы заставить его замолчать.

Он встал, вышел в коридор и пошёл по пустому кораблю. Шаги его были тихими, как будто он боялся разбудить кого-то. Сантьяго не знал, куда идёт, но ноги сами несли его вперёд, в глубину корабля, туда, где было темно и влажно.

Он остановился у дренажного отсека. Он не знал, зачем пришёл сюда. Сантьяго просто стоял и смотрел на закрытую дверь, и в его голове звучал голос, который говорил: «Открой».

Он протянул руку, но в этот момент свет включился, и он повернулся. За ним стояла Элина. Она смотрела на него, и в её глазах был тот же свет, что и всегда — смесь усталости и беспокойства.

— Сантьяго, — сказала она, — что ты здесь делаешь?

Он не знал, что ответить. Он просто стоял и смотрел на неё, и в его глазах была пустота, которая начинала заполняться чем-то другим.

— Я не знаю, — сказал он. — Я просто... я слышал голос.

— Какой голос?

— Голос Матриарха, — сказал он, и его голос дрогнул. — Она зовёт меня.

Элина подошла к нему, взяла его за руку, и он почувствовал её тепло.

— Ты — человек, — сказала она. — Ты Сантьяго. Ты не должен слушать её.

Сантьяго хотел сказать что-то ещё, но в этот момент его глаза снова стали чёрными. Он почувствовал, как его тело начинает дрожать, как голос становится громче, как он начинает терять контроль.

— Она внутри меня, у меня в голове — сказал он, и его голос был чужим, как будто он говорил не он. — Она не уйдёт, пока я не вернусь.

Элина смотрела на него, и в её глазах не было страха — только усталость.

— Мы вытащим её из тебя, — сказала она. — Я обещаю.

Сантьяго смотрел на неё, и его глаза медленно стали серыми. Он выдохнул, и его тело перестало дрожать.

— Спасибо, — сказал он.

Она кивнула и увела его обратно в каюту. Он лёг на койку, и она села рядом, и они сидели в тишине, слушая, как гудит корабль. В этой тишине не было ни страха, ни надежды — только принятие, которое приходит после того, как ты понимаешь, что не можешь изменить то, что должно случиться.

И в глубине её сознания звучала мысль, которую она не могла заглушить: «Если он не выживет, я должна буду убить его».

Она закрыла глаза и попыталась забыть эту мысль. Но она не уходила. Она просто ждала, как и всё остальное

---

Глава четвёртая. Анализ

Они стояли в медицинском отсеке, и капитан Орлова смотрела на экран сканера. Её лицо было бесстрастным, как у человека, который видел слишком много, чтобы удивляться.

— В его крови есть что-то чужеродное, — сказала она. — Мы не знаем, что это, но оно растёт. Медленно, но неумолимо.

Элина подошла к экрану и увидела. Там, среди красных и белых кровяных телец, была тёмная структура, похожая на эмбрион. Она пульсировала, как сердце.

— Личинка, — сказала она. — Она была внутри него всё это время. Она просто ждала.

— Вы знаете, что это? — спросила Орлова.

— Да, — сказала Элина. — Это Глубинный. Он заразился, когда мы улетали с Геенны-9.

Она повернулась к Сантьяго, который сидел на койке, обхватив голову руками. Его плечи дрожали.

— Почему ты не сказал нам? — спросила она.

— Я не знал, — сказал он. — Я думал, что это просто кошмары. Я думал, что это пройдёт. Но потом я начал слышать голос. Она говорит мне, что я должен вернуться.

— Ты не вернёшься, — сказала Элина. — Мы вытащим это из тебя.