Олег Палёк – На дне пустыни (страница 7)

Внезапно в тишине возник Сетер. Он прошел сквозь стену, игнорируя просьбы Имбы пользоваться дверью. Для бадавиев приватности не существовало. С отцом был Кронос – боевой наставник, словно высеченный из темного камня стен.

Имба вскочил с кровати, чувствуя, как давно копившееся отчаяние прорывается наружу.

– Я больше не могу! Я должен вернуться к Ладе. Она ждет меня! – Его голос сорвался, став почти криком.

Сетер лишь устало вздохнул.

– Имба, ты молод и горяч. Твоя любовь ослепляет тебя.

– Любовь – это не слепота, а сила, отец! Она дает мне надежду! – возразил Воин, чувствуя, как гнев и боль сжимают горло.

– Мир изменился. Церковь… она стала другой. После подавления восстания и смены власти ты стал для них нежелательным элементом.

Сердце Имба болезненно сжалось.

– Что ты хочешь сказать?

– Они считают тебя угрозой. Ты мой сын и отец наследника, кто предсказан Черной Книгой. Носитель древних знаний, потенциальный лидер. Они не хотят, чтобы ты вернулся в Колонию и снова разжег пламя недовольства. – Сетер сделал паузу, и тишина повисла тяжким грузом. – Ла Да… она теперь во главе Церкви и занята укреплением своей власти, подавлением любых ростков инакомыслия. Ей нет дела до тебя.

Эти слова обрушились на Имбу, как обвал породы. Арасуль – Верховный Жрец? Он не мог в это поверить. Лада, чьи прикосновения казались единственным якорем в реальности, теперь часть этой бездушной машины, которую он когда-то пытался сокрушить?

– Да, теперь она Глава Церкви, – подтвердил Сетер. – Прежний Верховный лег в криосон. По нашим данным, вряд ли он проснется живым.

– Я должен увидеть ее, хотя бы одним взглядом! – в его голосе звучала уже не надежда, а агония.

Сетер медленно покачал головой.

– Твоя настойчивость граничит с безумием. Ты не понимаешь, во что ввязываешься. Колония – это лишь пепелище былого величия. Церковь не изменилась после подавления восстания Динмода. Она по-прежнему контролирует все: ресурсы, информацию, а теперь даже мысли людей. Ты все еще смотришь назад, Имба и цепляешься за тень. Но тень не может дать тебе жизни. Только пустыня настоящая. И только приняв ее, ты найдешь то, что ищешь. Даже если это будет не то, о чем ты мечтал. – Он повернулся к Кроносу. – Включите Имбу в состав каравана, который отправляется в Аванпост Колонии. Пусть поговорит с горожанами. Увидит все своими глазами.

Кронос удивленно поднял густые, выцветшие брови, его взгляд стал неодобрительным.

– Отец, вы уверены? Это рискованно… для него и для всех нас.

– Риск – это воздух, которым мы дышим, – отрезал Сетер, не повышая тона. – Иногда, чтобы сделать шаг в будущее, нужно позволить прошлому умереть у тебя на глазах.

Как будто услышав решение Отца, в жилище вошла Лака. Ее шаги были бесшумны, а взгляд глубок и спокоен. Она подошла к Имбе и положила руку на плечо.

– Имба, твое сердце жаждет вернуться к тому, что ты потерял, – сказала она, и ее голос звучал как шелест песка за стенами. – Но помни: прошлое – это якорь, который тянет тебя на дно. Если хочешь плыть, его нужно отпустить.

Ее слова вторили тому, что сказал отец. Они были правы: его одержимость Ладой, его тоска по шуму Колонии, по друзьям, застилали ему глаза. Но как отпустить то, что стало частью твоей плоти? Как вырвать из груди образ, который согревал в холодные ночи?

Слово снова взял Сетер, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на усталую нежность.

– Иди, Имба. Поговори с людьми в Аванпосте. Узнай, что происходит за стенами Обители. И постарайся не совершать глупостей. – Он замолчал, и пауза повисла между ними, густая и значимая. – Возвращение в Колонию… это путь в туман. Будь осторожен. Зрение может обмануть, а слухи убить надежду.

Имба нахмурился, не в силах вымолвить ни слова. В груди бушевала странная, противоречивая буря – страх сплетался с надеждой. Он покидал Обитель бадавиев, оставляя позади и свою клетку, и свои наивные грезы. Впереди ждал Аванпост – уродливый рубец на теле пустыни. Встреча с Ладой. Счастье… или полное крушение иллюзий.

Глава 4

Бог, созданный человеком, первым усомнится в своем создателе.

Дверь в комнату Кердака скрипнула под рукой Чипки, когда он осторожно просунул голову в щель. В полумраке, разбавленном лишь тусклым светом настольной лампы, за столом сидел бывший генерал Ордена Знаний, склонившись над хаотичным ворохом проводов и микросхем. Его лицо, покрытое морщинами, казалось в этом свете почти прозрачным.

– Генерал? – тихо позвал Чипка, чувствуя, как комок подкатывает к горлу от вида одинокого старика. Он приложил два пальца к виску – старый жест почтения к старшему и мудрейшему. Кердак передал свою должность Умнику, но память уже начала изменять старику, и Чипка обращался к нему по-прежнему.

Кердак медленно поднял голову. Его глаза, когда-то проницательные, теперь были затянуты дымкой болезни. Он с трудом приподнялся на стуле, опираясь на дрожащие руки.

– Чипка? Что привело тебя ко мне? – голос звучал хрипло, почти беззвучно.

– Я… хотел показать вам свои расчеты, – Чипка нервно провел пальцами по краю стола. – Они кажутся мне… нелогичными.

Бывший генерал показал на стул напротив.

– Садись. Показывай.

Чипка достал листы бумаги, испещренный плотными строчками формул и цифр. Он объяснял свои сомнения, водя пальцем по участкам, где результаты противоречили друг другу, образуя странные, не стыкующиеся узоры. Кердак слушал внимательно, его взгляд скользил по строчкам, иногда задерживаясь на особенно запутанных фрагментах. Наконец, он откинулся на спинку стула, и тяжелый вздох вырвался из его груди.

– Ты прав, – произнес он тихо, почти шепотом. – Здесь есть ошибка. Небольшая, но она искажает все, что следует за ней.

Чипка облегченно выдохнул – будто с плеч свалилась гора.

– Я чувствовал! Но не мог понять, где именно…

– Квантовые компьютеры… они непредсказуемы по своей природе, – пробормотал Кердак, снова погружаясь в свои мысли, словно говоря больше с самим собой. – Определенный уровень ошибок заложен в самой их архитектуре. Они никогда не дадут стопроцентный ответ, даже если спросить, сколько будет дважды два. Их предсказания… хаотичны. В одних вопросах – уверенность, в других – неопределенность. – Он указал дрожащим пальцем на таблицы коэффициентов. – Видишь эти скачки? Это не твоя оплошность. Это дыхание самих машин.

– Может… интерференция? – осторожно предположил Чипка. – Два компьютера пытаются решить одну задачу одновременно?

Кердак мотнул головой, и на мгновение в его глазах вспыхнул знакомый огонек понимания.

– Скорее всего, так и есть. Квантовые процессоры взаимодействуют, создавая помехи – словно два расстроенных голоса, пытающихся говорить в унисон. – Он снова опустил голову, и усталость накрыла его, как тяжелый плащ. – Но… знаний о том, как они работают… больше нет. Вернее, их и не было в Колонии. Все осталось там, на Земле.

Чипка почувствовал, как холодная волна отчаяния подступает к сердцу.

– Можем ли мы… общаться с ними? Договариваться?

Кердак медленно покачал головой.

– Не знаю. Данных нет. Я не могу сказать тебе, на что они способны, и уж тем более – как ими управлять. – Он поднял на Чипку усталый, почти беспомощный взгляд. – Тебе придется разобраться в этом самому. Понять возможности твоего компьютера… и его взаимодействие с другой машиной… с тем, что называют Голосом бога.

Тишина повисла в комнате, густая и тягучая, нарушаемая лишь монотонным гудением вентиляторов где-то в стенах. Чипка ощутил, как тяжелый груз ответственности оседает на его плечах. Ему предстояло разгадать тайну этих машин, найти способ обуздать их силу и не допустить катастрофы, которая грозила вспыхнуть, если что-то вырвется из-под контроля.

– Я постараюсь, – твердо сказал он, поднимаясь со стула. – Я не подведу вас.

Кердак слабо улыбнулся, и в этой улыбке было больше печали, чем радости.

– Мне уже все равно, как видишь. Не подведи своих друзей… все человечество.

Он снова склонился над своими схемами, погружаясь в мир проводов и микросхем, словно надеясь отыскать там ответы на вопросы, которые уже никто не задаст. Когда Чипка уже взялся за ручку двери, старик встрепенулся, и голос его прозвучал неожиданно ясно:

– Чипка, у тебя есть девушка?

Чипка обернулся.

– Да, генерал, есть. И мы уже поженились.

Кердак одобрительно кивнул, и его взгляд стал далеким, будто смотрел сквозь стены в другое время.

– Вот и правильно. Я всю жизнь провел среди вот этих железок, – он дрожащей рукой обвел хаос электронных деталей вокруг себя. – И это все, что останется после меня. Не повторяй моей ошибки. Давай жизнь не только машинам.

Слова прозвучали как прощание, тихое и окончательное. Сердце Чипки на мгновение замерло. Он смахнул предательскую слезу уголком халата и вышел, не решаясь сказать больше ни слова.

После посещения учителя он направился в святая святых Ордена Знаний – в компьютерный класс, где собирал новый квантовый компьютер. По дороге встретил майора Оп Тана, который когда-то учил его программированию.

– Как дела? – дружелюбно спросил Оптан.

Еще недавно преподаватель откровенно подтрунивал над новичком, считая его образование недостаточным. А потом Кердак, в нарушение всех правил, назначил генералом Ордена не его, опытного офицера, а этого зеленого юнца. Назначение поддержала сама Верховный Жрец, а с Ладой шутки были плохи. Оптан сам видел, как в ее присутствии зависали компьютеры, а уж что творилось с людьми… С таким покровителем Чипка был как за каменной стеной.