Олег Никитин – Инженер – повелитель гномов (страница 11)

– Что вылупились, словно слизь на изумруды? Между прочим, это не я, а вы должны рассказывать мне о современных политических технологиях, о важности пиара и о том, как с помощью простых и нехитрых приемов можно внушить огромному количеству народа все, что душенька пожелает, – чем дольше маг говорил, тем больше слышалось в его голосе неприкрытой горечи. – Это же вы поколение айфонов и айподов, это же вы строите государство с помощью фейсбуков и, прости меня, Владыка, не к ночи будет помянуто – твиттеров! Вот и расскажите мне, что сейчас делать будем. А я над вашими словами поразмышляю. По-своему, по-стариковски.

Павел Анисимович замолчал и демонстративно скрестил руки на груди. Явно смущенные столь эмоциональной речью мага, представители поколения высокотехнологичных средств связи начали робко оправдываться. Инженер пространно разглагольствовал о том, что он практически не пользовался твиттером, а установил его себе на компьютер исключительно для деловых разговоров особой важности и просмотров политических новостей. Шипулин же особо напирал на то, что он никогда и не помышлял о фейсбуке, а для общения с живущими на Украине родственниками юзал исключительно отечественный продукт. В качестве неоспоримых доказательств своей невиновности доблестный воевода приводил в пример такие социальные сети, как «Одноклассники» и «ВКонтакте».

В полной мере насладившись блистательным триумфом, маг милостиво разрешил воеводе поднять с пола кресло и, поудобней устроившись в нем, деловито произнес:

– Сейчас мы приготовим краткую речь, которую король произнесет перед началом песенного праздника. Надо по-быстрому набросать тезисы, – Нагибин завозился в кресле, явно что-то высматривая на столе. – Проклятый мрак! Бумаги-то нет, причем вообще.

Не успел инженер протянуть руку к лежащим на столе картам, а маг уже пронзительно заверещал:

– Не трогай! Даже не думай об этом. А то запущу тебе между ног огненным шаром, убить, конечно, не убью, но недельки три ходить не сможешь. Вернее, сможешь, но только под себя. А народу сообщу, что это на тебя Владыка рассердился за непочтительное отношение к историческим реликвиям королевства.

Испуганный Осипов немедленно отдернул предательски задрожавшие конечности от драгоценных пергаментов и попытался сделать вид, что его вообще нет в кабинете. Самое удивительное, что это ему практически удалось.

– Слуга пергамент принесет. У меня еще два чистых свитка осталось, – сурово сверкнув глазами, маг подскочил к двери и подергал ручку. Дверь даже не пошевелилась.

– Не понял. Что за шутки такие? – Павел Анисимович вцепился в ручку и с силой потянул на себя. Каменная дверь, обитая широкими железными полосами и умело обшитая крашеным деревом, жалобно скрипнула, но и не подумала открываться. Лишь тонкие синие искорки пробежали по слегка поржавевшим полосам. Отступив от непокорной двери на три шага, маг задумчиво погладил бороду, проделал пару весьма замысловатых пассов руками и неожиданно хлопнул себя по лбу:

– Надо же! Это я исхитрился наложить на дверь чары нерушимости, – Нагибин почесал затылок и недоуменно протянул: – Самое интересное, что я этого заклятия не знал, лишь читал о нем в старинных книгах. Ладно, потом разберемся, что там и как.

Почтенный маг вытер пот со лба, резко провел перед собой рукой, словно очерчивая круг. Дверь на мгновенье вспыхнула ярко-красным светом и со страшным грохотом рассыпалась на несколько частей. Из дверного проема раздался бешеный рев, и в комнату ворвались трое воинов. Они походя сбили мага с ног и, дико крича, с топорами наперевес бросились к королю. Воевода сорвался с места и ринулся им навстречу. Нагибин, лежа на полу, извернулся, словно дикая кошка, вытянул вперед руки и широко растопырил пальцы. Перед королем возникла прозрачная стена, словно высеченная из чистейшего горного хрусталя. Нападавшие не успели ни уклониться от нее, ни затормозить. Со всего разбега они ударились о стену и, звонко бряцнув доспехами, повалились на пол. Воевода подскочил к ближайшему неподвижно лежащему телу, схватил топор и, широко расставив ноги, угрожающе зарычал, водя из стороны в сторону блестящим лезвием.

Из коридора, шумно гомоня, хлынула новая волна атакующих. Не успевший подняться маг с удивлением увидел в первых рядах нападавших почтенного Ламбарта. Правда, вид у хранителя королевской кирки был вовсе не воинственный, скорее донельзя обеспокоенный.

– Что здесь происходит? – властный голос короля мгновенно перекрыл грохот, царивший над местом схватки. И столько мощи звучало в этом голосе, что все находящиеся вокруг Шлюксбарта гномы мгновенно замолчали и замерли на своих местах, словно обласканные нежнейшим взглядом медузы Горгоны. Наступившую тишину нарушало лишь слабое потрескивание магической стены да протяжные стоны гномов, столь неожиданно с ней познакомившихся.

– Я повторяю, что здесь происходит? – король обвел взглядом притихшую толпу, разглядел в ней Ламбарта и резко вытянул руку вперед. – Ты! Отвечай!

Хранитель, ловко маневрируя между живописно лежащими на полу телами, подошел к королю:

– Ваше Величество! С вами все в порядке?

– Абсолютно. Отвечай на вопрос.

По лицу почтенного хранителя пронеслась легко читаемая гамма чувств. От явной радости до осознания того, что, возможно, лично у него возникнут некоторые проблемы. С трудом сглотнув и нервно потеребив окладистую бороду, Ламбарт медленно заговорил:

– Ваше Величество мудро распорядилось оповестить себя за полчаса до начала песенного соревнования. Ровно в назначенное время я в великом усердии постучался в двери, но, к моему ужасу и ужасу всего королевства, они, как обычно, не засветились приятным сиянием. Беспокоясь за сохранность здоровья Вашего Величества и явно опасаясь за Вашу жизнь, столь ценную для королевства, было принято решение немедленно ломать дверь и спасать Ваше Величество.

– И как долго ломали? – вмешался в разговор маг. Он поднялся с пола и встал по правую руку короля. Крайне возмущенный столь бесцеремонным поведением мага, Ламбарт вскинул голову, но, увидев легкий кивок короля, сразу успокоился и ответил елейным голосом:

– Достопочтенный верховный маг. С помощью боевых топоров и тяжелых кирок дверь пробивалась…

Тут хранитель королевского шанцевого инструмента сделал эффектную паузу и победно посмотрел на мага, всем своим видом показывая, что он не какой-то там простой проходчик штроб, а все понимающий придворный, чутко улавливающий даже легчайший ветерок политических перемен, особенно исходящих лично от короля.

– Так вот, дверь пробивалась ровно треть полчаса!

Неизвестно чему улыбнувшийся Осипов благосклонно взглянул на хранителя:

– Все понятно. Благодарю вас, почтенный Ламбарт, за столь похвальное усердие, проявленное в этой ситуации. Также благодарю всех, принимавших участие в моем спасении. На самом деле ничего страшного не произошло. Просто уважаемый верховный маг применил мощнейшее охранное заклинание, которому научился в чертогах Владыки. А вы, наверно, подумали, что сюда прорвались огненные демоны?

Главный хранитель королевской кирки, донельзя довольный похвалой государя, согнулся в низком поклоне:

– Наш долг защищать Ваше Величество в любом случае.

Король, опасливо косясь на постепенно теряющую материальность хрустальную стену, осторожно обошел ее и слегка наклонился над пострадавшими гномами. Николай уже давно узнал в них воинов своей личной охраны.

– Позаботьтесь о раненых и наведите здесь порядок. А мы немедленно отправляемся на площадь, – и правитель королевства шагнул к выходу.

От дома мага до места проведения праздника обычному гному топать не более пяти минут. Нужно пройти два коротких туннеля, пересечь небольшую пещеру с ровно стесанным полом и украшенную двумя рядами витиеватых колонн. Перейти по каменному мостику через весело журчащий между серых, замшелых валунов ручей и подняться по лестнице в десять ступеней на площадь. Но то обычному.

Королевская процессия двигалась по маршруту с толком и расстановкой. Впереди степенно вышагивала четверка слуг с факелами в руках. Причем проделывали они это с таким важным видом, что несведущий наблюдатель легко мог предположить, что это и есть правители королевства гномов. За факелоносцами колонной по два двигался отряд стражи. В блестящих доспехах, с топорами на плечах охрана смотрелась весьма грозно. Но основную часть массовки составляли многочисленные хранители королевской кирки и прочие приближенные ко двору, наподобие безземельных Хозяев Замков. В глубине столь разношерстной процессии начисто потерялся король со своим ближайшим окружением.

Его Величество, с трудом переставляя ноги и тяжело дыша, вел тихий разговор со своими спутниками. Слева от него с отбойным молотком на плече шагал воевода, а справа со шкатулкой под мышкой семенил маг. В суматохе торжественного отбытия королевского кортежа из его дома Нагибин не смог отдать слугам столь горячо им обожаемые карты. Так и шел, крепко прижимая к себе шкатулку с бесценным содержимым. Находящиеся ближе всего к королю придворные, изо всех сил вытягивая шеи, пытались в подробностях услышать беседу, но довольствовались лишь отдельными словами и долетавшими до них обрывками фраз. Так что им пришлось ограничиться лишь созерцанием невиданной весьма странной булавы, с которой воевода не расставался ни на секунду. Между тем маг, вплотную наклонившись к уху короля, шипел сквозь зубы: