Олег Мушинский – Беспокойные помощники (страница 49)
Тощий что-то прорычал в ответ и застыл, изображая пенек огненного дерева. Давно усохшего, но еще пламенеющего в астрале. Ташасы задерживаться не стали. Они бежали, пока брань тощего не стихла вдали. Потом, по совету Дагона, сделали поворот и пробежали еще немного. Там, укрытый высокой травой, весело журчал ручей.
Первым его обнаружил Хитрец, нырнув в него с головой. Следом почти сразу влетели волшебный шар и кативший его Толстяк. Остальные, предупрежденные писком и всплесками, успели остановиться.
- Ну что там еще? – недовольно пропищала Лохмушка.
- Да просто ручеек, - отозвался Дагон. – Очень кстати.
- Уверен? – ворчливо осведомилась Лохмушка.
Балаболка сходу взобралась юноше на плечо, глянула сверху на отчаянно барахтавшихся ташасов и пронзительно заверещала прямо в ухо:
- Достань их скорее!
Поморщившись, Дагон мотнул головой, протянул руки и вытащил сразу обоих.
- Ох ты йешки-барабошки! – пропищал Хитрец, отфыркиваясь. – Мог бы и предупредить, что здесь вода. Тебе же сверху виднее.
- Извини, не успел.
Юноша аккуратно усадил спасенных ташасов на травку. Те фыркнули и дружно встряхнулись, забрызгав тех, кому купания не досталось. Лохмушка отскочила назад и возмущенно заверещала. Балаболка гневно пискнула. Ей, сидевшей на плече юноши, досталось меньше всех, но ведь досталось же! Умник с боевым писком взвился в воздух и плюхнулся в ручей. Глубина у самого берега была небольшой, но брызг хватило всем с лихвой. Снова пискнув, Умник поспешно выскочил обратно на берег.
- Эй! – возмутился уже Хитрец. – Мы же не специально, а ты специально.
- А мне, думаешь, от не специально не так мокро?!
- И вообще вы первые начали, - добавила Лохмушка. – А ты, Умник, и меня обрызгал.
- Да если бы не они… - зашелся зеленый ташас.
Толстяк под градом обвинений обиженно надулся. Хитрец запальчиво ответил. Не дослушав ответ, ответил снова и скоро все пятеро – Толстяк не смог остаться в стороне – возмущенно пищали друг на дружку.
- Да ладно вам, развоевались, - добродушно вмешался Дагон.
Он вытащил из воды волшебный шар, аккуратно смахнул с него воду и добавил:
- Вот и шар не разбился. И, вообще, никто же не утонул.
- Мы не тонем, - с ноткой гордости сообщил Умник. – Мы – существа магические.
- Тем более. Было бы из-за чего шум поднимать.
- А вода все равно холодная, - проворчала Лохмушка.
- Ну разве что, - согласился Дагон. – Наверное, тут родник рядом.
Умник заинтересованно насторожил ушки.
- Если родник, то и магический источник может быть, - пропищал он.
- Запросто, - согласился Дагон.
- Там и поедим, - пробасил Толстяк. – А то из-за этих типов мы без завтрака остались.
- Я, кстати, тоже, - с грустной улыбкой сообщил Дагон.
Он еще не договорил, как вся компания с воодушевленным писком умчалась вверх по течению. Юноша торопливо умыл лицо. Вода действительно была на редкость холодной, но после такого тяжелого забега это было даже приятно. Кое-как утершись руками, Дагон подхватил волшебный шар и поспешил следом.
Источник действительно существовал, или, точнее, влачил жалкое существование. Слабый, основательно запущенный и почти забитый остаточной магией от самопроизвольных вспышек, но все еще действующий. Он относился к стихии воздуха. В реальном мире его почти и не было видно. Только воздух дрожал над самым родником. Там крутился вихрь, но такой чистый, что его присутствие скорее ощущалось, чем было заметно.
Зато в астрале было на что посмотреть. Там источник выглядел как группа прозрачных сталагмитов, выраставших прямо из водной глади. Отблески энергий блистали на его гранях. Пятна сероватого инея отмечали места, где остаточная магия напрочь забила выходы энергетического потока. Некоторые пятна еще колыхались, сопротивляясь натиску изнутри. Другие, потемнее, уже застыли неподвижно. Пятен было много. Абсолютно чистыми оставались всего две грани. Остальные в той или иной мере были покрыты инеем. Некоторые были скрыты им целиком.
Ташасы сунулись было в сам источник, но вода оказалась на редкость холодной. Прямо ледяной. Не имей этот холод магической природы, родник бы точно покрылся льдом. Ворча и потирая неосторожно намоченные лапки, ташасы расселись по краю, рядком напротив чистых граней. С них срывались особенно яркие, блистающие искорки воздушной энергии. Они выкристаллизовывались на грани, а затем отделялись от нее и отравлялись в свободный полет. Вихрь подхватывал искорки и закручивал их в себя. Ташасы перехватывали искорки у него перед носом, и притягивали к себе. Вкуса не было. Только в животиках вместе с ощущением наполненности появлялась легкая, бодрящая прохлада. Хотелось сделать что-нибудь этакое. Хитрец поглядел по сторонам, подумал и вспомнил, что они хотели пообщаться с Создателем.
- Эй, а где шар?
- Здесь, у меня, - донеслось сзади.
Хитрец обернулся. Там сидел Дагон. Скинув рубашку, он с удовольствием умывался холодной водой. Хитрец даже поежился. Волшебный шар лежал поверх рубашки, с двух сторон зафиксированный рукавами, чтоб не укатился. Умник протопал по рубашке и заглянул в шар. Тот отозвался мягким переливающимся сиянием.
- Настроишь его на Создателя? – спросил Хитрец.
- Угу.
Зеленый ташас наморщил лобик, положил лапки на шар и погрузился в астрал. Чужие схемы выглядели запутанными, колючими и неприветливыми. Умник их стер, чтобы не отвлекали. Потом сосредоточился, вызывая в памяти узор Создателя. Прописан он был четко, но засунут куда получилось. Когда узор четко проступил в астрале, Умник потянулся к источнику. Можно было бы обойтись и своей энергией, но тогда пришлось бы заново завтракать. Зеленый ташас счел это не интересным. Подтянув ворох звездочек, он сложил из них тоненькую, практически прозрачную пластинку. Еще раз не спеша все проверил, и наложил узор сверху. Шар мигнул. Узор погрузился в глубины его памяти и там застыл в ожидании вызова.
Долго ему ждать не пришлось. Умник активировал узор сразу. Из шара послышалась тихая, волшебная музыка сфер. Ушки ташасов повернулись к источнику звука.
- Уже Создателя вызвали? – удивилась Балаболка. – Как вы быстро.
- У его созданий беда прямо, а он музыку слушает, - тихо, под нос себе проворчала Лохмушка.
- Не, это мы музыку слушаем, - отозвался Умник. – Пока Создатель не ответит.
- А зачем? – спросила Лохмушка.
Умник пожал плечами.
- Так заведено у высших магов, - авторитетно заявил Хитрец. – Чтобы все не как у простых существ. Тех вызвал, и говоришь. А этого вызвал, и вначале музыку слушаешь. Порядок такой.
Лохмушка фыркнула, но спорить не стала. Толстяк вырвал сочную на вид травинку, пожевал и сплюнул. Должно быть, бяка.
- Совсем никакого вкуса, - пожаловался красный ташас. – Одна вода.
- Какой источник, такая и трава, - отозвался Умник. – Они взаимосвязаны.
Толстяк насупился и потопал прочь от источника, срывая по дороге приглянувшиеся травинки. Уже за сидящим на земле Дагоном безвкусная водянистость пошла на спад, и Толстяк, усевшись на траву вдумчиво приступил к дегустации. Лохмушка и Балаболка баловались тем, что перехватывали искорки друг у друга. Умник с интересом ковырялся в шаре. Тот переливался всеми цветами радуги и периодически вспыхивал, демонстрируя свое отношение к неумеренному любопытству ташаса. Дагон умылся и с удовольствием вытянулся на траве.
Наконец, музыка смолкла.
- Ну кто там еще так не вовремя? – недовольно проворчал Квадрун Ворчливый.
Ташасы, испуганно притихли.
- Ну, говорите, раз уж от дела оторвали, - еще недовольней проворчал Квадрун Ворчливый.
Хитрец набрался храбрости и один за всех пискнул:
- Это мы, Создатель.
Волшебный шар помигал, перестраивая восприятие. Хитрец покосился на Умника. Тот отрицательно покачал головой. Мол, не я это, Создатель с той стороны перестраивает. Хитрец даже слегка преисполнился гордости. Вот какой у них Создатель. Может перестроить с той стороны защищенный шар. Вот что значит высший маг! Словно в ответ, вокруг шара, в астрале, закрутился зеленый вихрь земляной магии, стирая всю защиту напрочь. Великому алхимику некогда было с ней возиться.
Волшебный шар мигнул напоследок зеленым и защита пала. Внутри, в обрамлении мерцающих зеленых звездочек появилась нижняя половина лица Создателя. Верхняя была надежно укрыта обвисшими полями красной шляпы. Ташасы дружно помахали ему лапками.
- Вижу, вижу, - проворчал Квадрун Ворчливый. – Что вы еще натворили?
Ташасы переглянулись. Создатель, как положено, зрел в корень.
- Ну, в двух словах не расскажешь… - осторожно начал Хитрец.
Квадрун Ворчливый тяжело вздохнул.
- Я же говорил, что все это плохо кончится. Человеческие жертвы были?
- Не-ет, - испуганно протянул Хитрец. – Только рыбки. Мы яму с водой взорвали. Там еще это существо было, про которое вчера говорили.
- Его тоже? – буркнул Квадрун Ворчливый.
Хитрец мелко закивал.