Олег Мушинский – Ангелы постапокалипсиса: Чума (страница 28)

— Если кто и выжил, то он — там, — сказал Хорь, указав на здание вокзала. — И оттуда обзор гнезда лучше. Если сможем подойти незаметно.

— Если… — с сомнением в голосе повторил Лось.

Пустошь между нами и вокзалом не внушала оптимизма на этот счет. Впрочем, брошенные на путях вагоны могли послужить каким-никаким, а укрытием, однако же не только нам.

— Полагаю, штурмовики уничтожили большую часть охраны и мы сможем завершить начатое, — сказал Факел.

Прозвучало это достаточно уверенно, особенно в той части где про "завершить начатое". В этом весь Факел. Сжечь всех к чертям собачьим, и сим победим.

— Вот оттуда и глянем, — сказал Хорь. — Если, конечно, координатор миссии не возражает.

Он оглянулся на меня, давая понять, за кем тут формально последнее слово. Координатор в моем лице был всецело согласен с Лосем: авантюра это. Как есть авантюра, и погореть мы может запросто. Но Хорь прав. Если кто-то выжил, а с поправкой на характер штурмовиков это практически однозначно тяжелораненые, оставленные товарищами в более-менее безопасном месте, то только там.

— Осмотрим вокзал, тогда и решим, — сказал я.

— Выдвигаемся, — коротко скомандовал Хорь. — Проверяем вокзал.

Я напоследок еще раз окинул взглядом через оптический прицел всё поле боя. В развалинах позади вокзала мелькнула какая-то тень, но толком никого я так и не разглядел. Скорее всего, это был просто отсвет пожара. Больше ничего.

Мы быстро прошли всё здание. Лось первым выглянул в дверной проем. Разведчик где-то с минуту всматривался в окружающий пейзаж. Факел нетерпеливым взглядом буравил его спину. Наконец, Лось сделал рукой сложный знак, который Тень шепотом перевела как "можно идти спокойно, но осторожно", и опять же первым вышел наружу. Мы все последовали за ним.

Мимо здания проходили железнодорожные пути. На них стояли вагоны. Некоторые были разбиты в хлам, другие казались совершенно нетронутыми. Рельсы под ними проржавели. Сквозь насыпь проросла трава. Столбы покосились, а некоторые и вовсе завалились на вагоны. Порванные провода обросли какой-то рыжеватой гадостью, похожей на колючий мох. Лось шепотом посоветовал к ней не прикасаться.

Хорь рукой показал вперед. Первым двинулся Лось, мы — за ним. Я то и дело поглядывал в сторону завода. Там было тихо. Так тихо, что слышно было, как вдали падальщик хрустел костями. Мы прошли уже больше половины пути, когда на Тень с крыши вагона прыгнул падальщик.

Этот был заметно меньше первого, но и заметно шустрее. Только "шорх" по крыше, и он уже взвился в воздух. Я послал ему пулю в голову. Попал в глаз, но падальщик по инерции продолжил полет и врезался в Тень, сбив ее с ног.

Из-под вагона вынырнул еще один падальщик. Тоже мелкий, размером с крупную кошку, но у этой "кошки" половина объема — зубастая пасть. Лось развернулся и метким выстрелом перебил падальщику переднюю лапу. Факел рванул было вперед, но тотчас сообразил, что с его огнеметом там не развернешься, и опустился на колено, открывая обзор мне. Пуля из мосинки Хоря щелкнула по костяному наросту на плече твари. Падальщик широко разинул эту пасть. Тень сунула в нее ствол карабина и нажала на спуск. Раздался приглушенный бабах. У твари от башки одни челюсти остались. Остальное разметало по стенке вагона. Тень торопливо спихнула с себя дохлую тварь. Мы огляделись по сторонам. Больше никаких тварей поблизости не наблюдалось.

Я протянул Тени руку. Она ухватилась и легко поднялась на ноги, мимоходом успев шепнуть мне "спасибо" и подарив свою улыбку. Улыбка у нее была очаровательная, но очень уж быстро сошла с лица, снова уступая место суровой сосредоточенности.

— Уходим, — хмуро бросил Хорь.

А то ведь еще неизвестно, чье внимание привлекла наша стрельба. Дальше, за вокзалом, раскинулся целый городок. Сейчас он лежал в руинах, но в них наверняка обосновалась мелкая нечисть, недостойная проживания в гнезде, да и само гнездо пока было рановато сбрасывать со счетов.

На углу вокзала прилепилась квадратная трехэтажная вышка. Наверное, какая-нибудь диспетчерская или вроде того. Внешне она выглядела абсолютно целой, однако когда мы заглянули внутрь, нашим взорам предстало полное разрушение. Этажи обрушились вниз, и только крепления лестницы торчали кое-где из стен, да наверху сохранился кусок перекрытия между вторым третьим этажом. С него, кстати, можно было выглянуть в два окна.

— Думаю, я смогу туда подняться и осмотреться, — сказал я.

— Отлично, — тотчас отозвался Хорь. — Заодно нас сверху прикроете, а мы пока осмотрим вокзал, чтобы не терять попусту время.

Я закинул винтовку за спину.

— Бог в помощь, — сказал Факел.

— Тебе тоже, дружище, — отозвался я.

Факел коротко кивнул. Хорь тем временем быстро распределял задания:

— Лось — за тобой платформы. Господин Факел, вас я попрошу прикрыть нас по правой стене.

Факел снова кивнул. Себе и Тени Хорь назначил центральный проход. Все должны были сойтись у дальнего торца здания, где по схеме, которую Хорь держал в голове, должен был быть подъем на второй этаж. Если последний, конечно, уцелел. В отличие от башни, вокзал даже со стороны выглядел побитым бойцом. Сквозь пустые окна и проломы в стенах виднелись груды мусора.

Я подергал ближайшее крепление. Оно держалось крепко. Ну и славно. Цепляясь за них, я полез наверх. Пару раз крепление сломалось под рукой, но я вначале проверял, а только потом переносил на него свой вес, так что поднялся без приключений и даже без лишнего шума.

Уцелевшая часть перекрытия держалась как влитая. Я огляделся. Сверху была крыша, справа и слева — широкие окна. Их рамы, приборы, мебель — всё давным-давно пожрал огонь, оставив после себя копоть и почерневшие металлические остовы. Правое окно выходило на вокзал. Его внутренности были видны отсюда как на ладони. Крышу у вокзала снесло напрочь, да и второй этаж большей частью лежал грудами мусора на первом. Я поднял винтовку и взглянул через оптический прицел. Наши как раз заходили в здание. Лось перебежал до угла и осторожно двинулся вдоль платформы, заглядывая на ходу в широкие окна вокзала.

От гнезда его надежно прикрывал сгоревший остов пассажирского поезда, но его мы пока не проверяли и один Бог знает, какие твари могли там прятаться. Я пробежал взглядом по остову. Никакого движения. Ладно, пока будем считать, что ничего критичного. От одинокого падальщика Лось и сам отобьется, тем более что между ними железнодорожный путь и платформа — на такое расстояние к опытному разведчику так просто не подберешься.

По другую сторону здания шел Факел. Шел как всегда открыто. На мой взгляд, огнеметчик был бы куда более полезен в здании. С другой стороны, если бы враг зашел во фланг по ущелью, то Факел встретил бы его потоком огня, а не одиночным выстрелом из карабина. От меня был виден лишь дальний склон ущелья, а по ближнему запросто мог подойти незаметно целый батальон какой-нибудь мелочи. Пока там было тихо.

Как и в здании вокзала. Хорь с Тенью прошли уже больше половины. Разведчица держалась чуть позади своего командира, словно была готова не только прикрыть его, но и прикрыться им. Вполне разумная стратегия. Я проводил девушку взглядом, и поднял прицел повыше. Второй этаж, как я уже говорил, большей частью обрушился, но всяких перекладин и немногих уцелевших участков всё же хватало, чтобы там притаилась какая-нибудь гадина. Кое-где, куда ветер нанес земли, даже какая-то чахлая растительность произрастала. В одном кустике шебаршилась крохотная пичужка. Я перевел взгляд дальше и замер.

Хорь прошел под стыком трех балок, а из стыка — точнее, из углубления в нём — к небу тянулся крохотный кустик. Я бы не обратил на него внимания: слишком уныло он выглядел, подрастеряв почти все листочки, но на одной из веточек распустился бело-золотой цветок. Его я узнал сразу, хотя и видел второй раз в жизни. Передо мной была роза-ангел!

Я торопливо моргнул, словно боясь, что чудесное видение окажется миражом, и снова впился взглядом в цветок. Изогнутые, словно крылья, белоснежные лепестки, с золотистой каймой по краям и едва уловимым сиянием вокруг, едва уловимый приятный аромат, который я ощутил в тот же миг, когда разглядел цветок — да, это точно был ангел.

— Слава тебе Господи, — прошептал я.

Теперь понятно, почему здесь чисто — из-за цветущего ангела. Демоны, мутанты и прочая нечисть на дух не переносили его аромат. Причём чем здоровее тварь, тем хреновее ей было при встрече с ангелом. Будь такая роза у каждого штурмовика за спиной, мы бы в два счета загнали демонов обратно в Ад, но увы! Ангелы — самая большая редкость на старушке Земле. Встречались они крайне редко и всегда ангел был один. Хотя, казалось бы, потом они друг с дружкой отлично уживались. Вот базу центрального командования три ангела опекали, и никаких проблем.

— Да, сегодня определенно мой день, — прошептал я.

Наградой за ангела была почетная отставка вкупе с переводом в полярный мегаполис. Там, конечно, адский холод, зато нет адских тварей. Совсем нет. Даже одержимых. Я сглотнул слюну. Почетная отставка, спокойная жизнь, мирное небо над головой — всё это произрастало буквально в двадцати метрах передо мной. И проблема была только одна: один ангел — одна почетная отставка. Ангел был один, а нас пятеро…