Олег Мир – Колдун (страница 92)

Вставил карточку, секунда ушла на вспоминание кода, и вот уже пальцы лихо отбивают нужные цифры, далее нажал кнопку проверка баланса. Ух ты две тысячи, семьсот сорок три. Неплохо так, а я как дурень заначки потрошу. Снял две сотни, на расходы и, прикупив продуктов, потопал домой. Нужно хорошо поесть и выспаться, завтра предстоит дальняя дорога и трудовые будни.

С утра все же пришел к мнению, сперва нужно доделать начатое, поэтому отправился по проверенным адресам. Первые полдня прошли относительно нормально. Так и или иначе все принимали помощь, кто с сухим спасибо, кто, просто молча выслушивая инструкции, и забирал оберег. Энтузиазма и желания бороться со злом у людей не было, делали все по инерции сказали, значит надо. Будто не им нужна помощь, а мне. В обед нарвался на озлобленную парочку. Забрав заклятие, принялись угрожать, что засудят меня, если у них хотя бы одна курица сдохнет. А если у хозяюшки хотя бы прыщ соскочит, то они меня из-под земли достанут и накажут сурово и беспощадно. Но что больше всего удивило, когда прибыл в родную деревню, там меня встретили, мягко говоря, не радостно. Матом не обложили, но и помощь приняли только двое. Остальные грубо отказались, я же настаивать не стал. Когда увидят, что у тех, кто обзавелись оберегами, жизнь налаживается, сами придут. Эту публику я знаю, как облупленную.

Уже на выезде, увидел своего кота. Выглядел он колоритно, отъелся, став чуть ли не в два раза больше прежнего. А шрамы нагоняли жути, но никак не сострадания. Прям гроза всех котов и частично собак. Хозяин ни дать, ни взять. Хм в деревне ему самое место. Вот и пусть и остаётся.

Спешно поужинал на заправке бургером, отправился по адресам, что дал Волков. Выстроил маршрут так, чтобы к ночи дома быть.

В уютном двухэтажном доме, с живой изгородью вместо забора, меня встретила женщина лет сорока, со следами бурной попойки. После согласия на осмотр дома, выяснил уже привычное скопление скверны. Предложил почистить дом она, кажется даже не услышала меня, кивнула. Потратил почти час, пока закрепил заклятие по углам. Напоследок спросил: давно ли пьет? На что получил ответ уже как неделю. В запой ушла как раз, когда переехала на природу отдохнуть. Ну, это и не удивительно. Сейчас проспится и снова в город укатит.

Уже к часам одиннадцати, проезжал мимо еще одного адреса c загадочной пометкой «кресты». За день накопилась усталость отчаянно хотелось спать, и есть. Я едва заборов лень, завернул на проверку. Нечего пестовать в себе смертный грех, иначе пожрет и не заметишь как.

Обычный дом из силикатного кирпича, с боку пристроен сарай, с другого чуть в стороне находился гараж, между ними забор, выкрашенный в едко синий цвет. В окнах за занавесками виднелся свет и тени фигур. На звук мотора никто не вышел. Выбрался на вычищенную от снега площадку, подошел к забору, прикидывая как достучаться до домочадцев. Ага, тут на стенке в серой рамке виднеется красная кнопка, удавил ее большим пальцем, подождал пару секунд ничего не произошло. Ладно, дернул ворота закрыто, лезть через забор не хотелось, но ехать сюда завтра хотелось еще меньше. Я уже примерялся как бы половчей преодолеть ограду, как в крыльце вспыхнул свет, и едва слышно хлопнула дверь. Человеческая тень растеклась по окнам, мягкий стук открывающейся щеколды и наружная дверь отворилась, прикрыв собой хозяина.

— Чавое енто надо, — кто-то прошамкал голосом, неуловимо схожим с Бабай-Ягой из советских сказок.

— Ээээ здрасти, — растеряно, отозвался я.

— Здрасти-здрасти, — продолжил голос за дверью.

— Можно зайти, чтобы…

— Давай-давай, огурчика соленого изопьёшь, — перебил меня невидимый собеседник.

Такое поведение меня насторожило, но делать нечего надо заходить.

— А как калитку открыть?

— А ты палец в щель просунь, да лямку подними. И будет тебе счастье. Давай-давай.

Ох, и странно все это. Выполнил инструкции дяденьки. Но прежде вернулся к машине, выключил свет и заглушил мотор, но закрывать не стал, в случаи чего смогу быстро удрать. То бишь тактически отступить. После яркого света фар, почти на ощупь добрался до ступенек крыльца, подсвечиваемых тусклым светом изнутри. Немного помялся и, решив, что проверка будет не лишней, начертил заклятие выявления скверны, чисто, словно в мужском монастыре. Ладно, надо паранойю унять, а то привык везде плохое искать. А как столкнулся с нормальным так все не славу Богу.

Зашел в избу и, несмотря на приятный запах жареной курицы, волнение никуда не ушло. В большие кухни скорей всего совмещенной с гостиной, находилось четверо. Две женщины возрастом за пятый десяток, в простых халатах, и с причёсками абы волосы в глаза не лезли, обе полные. Та, что ближе и в шерстяных носках, слеповато щурились на меня, другая же с усилием выдавливала улыбку радушной хозяйки. Мужики же сидели за столом вполоборота ко мне, один полноватый с начинающейся лысиной, другой с шикарными усами аля Чапай на смотринах, и в ярко-голубой рубахе.

— Здрасти. Не помешал?

— Нее. Садись гость. Ну, давай-давай, — полноватый призывно махнул рукой, на свободный стул.

Я запоздало обтер ноги о коврик и, растягивая пальто, уселся на указанное место.

Мне тут же была поставлена рюмка, и усач, качнулся в сторону, со скрипом открыл дверцу, стоящего с боку секретера. В руках у него оказалось пол литра «столичной». Бережно скрутив пробку, налил всем по пол рюмки, точно хоть уровень прикладывай, и убрал горькую обратно за дверку.

— Вань, — неожиданно, крякнул полный.

— У, — отозвался второй.

— Ты в огонь зайдешь?

— Не.

— А коня остановишь?

— Не.

— Тогда давайте выпьем за то, что мы не бабы, — они вскинули рюмки, я же ведомый паранойе сначала проверил водку на наличие чего-то вредного для организма, по типу яд. На мои манипуляции смотрели молча с пониманием.

Выпил. И машинально потянулся за закуской, взял кусок хлеба и шустро накидал на него несколько кусков селедки. Закусил. Вкусно. Стол вообще был богат разносолами, тут и курица жареная, и селедка и сало с луком, и салат с капусты и грибочки маринованные. Всего помаленьку как раз на закусь. Умеют люди отдыхать.

— Это у нас с Ванькой тост такой первый. Меня Сеня зовут, его Иван Павлович, для тех, кто пригубил с нами просто Ваня. Те две тетки Маринка, и Фекла. Жены наши злые, что ведьмы, — при этом он скривил карикатурную гримасу, более всего схоже с Бармалеем из мультика. Пластичное лицо много эмоций отображает, на каждое слово своя.

— Умолкни балабол, — встрепенулась улыбчивая женщина, — чушь не мели. А вы уважаемый чего к нам пожаловали.

И вот готов поставить свой «пассат» против рваных валенок она уже знала ответ, и вся это комедия была лишь прелюдия. Подвод к неприятной части разговора.

— Мне сказали, что вас кресты какие-то беспокоят.

— Да что там за беспокойство, стоят себе и стоят, в кровать не лезут, кошек не отпугивают, — снова заговорил Семен, — а ты значит следователь?

— Я колдун, — все отреагировали спокойно, будто фельдшером представился, только Фекла рукой дернула, чтобы перекреститься, но вовремя спохватившись, сделав вид, что поправляет прическу.

— Хм. Ваня, — он развернулся к соседу справа и несколько раз тыкнул пальцем в плечо, — накапай нам по второй. Марин у нас гость имеем права.

Блин как все странно, так и хочется выбежать на улицу, с криками да какого хрена тут происходит. Тревога уже сплелась в тугой комок и вовсю давила на самообладание. А ведь не каких признаков опасности.

Рюмки наполнились две пары глаз выжидающе уставились на меня.

— Давай за нас, потому что без нас, за нас никто не выпьет, — выпалил я единственный тост что знал.

Выпили в этот раз я опробовал курочку.

— И каким же образом вы хотите нам помочь? — не дав мне доживать, спросила Марина.

— Цыц баба, ведёшь, мы тут беседуем, а ты все лезешь и лезешь, не чтобы ночью так в койку лезть, а то к стене и спать, а я сам все делай. Так Иван.

— Кх, — неопределенно отозвался собутыльник.

— Для начала посмотреть бы на эти кресты. А там уже по обстановке.

— О! — воздев палец, вверх сказал Сеня, — наш человек главное ввязаться в драку, а там будь что будет. Иван.

Дверка заскрипела, бутылка пробежала над рюмками, оставляя внутри ровное количество водки.

— Отец нам еще молиться, — всполошилась Фекла.

— Все крайняя. Тут товарищу колдуну, по морозу бегать, а вы все причитаете. Цыц. Одному пить, бога хулить. Ну, давай как там тебя?

— Женя.

— Ну, давай-давай Женя свет батькович.

На этот раз закусил грибами и салатом, да и селёдки честь отдал. Откуда не возьмись, навалился голод, вроде и ем, а насытиться не могу.

Сеня крякнул, хлопнул себя по коленям и с трудом поднялся, держась правой рукой за спину, поковылял к комоду. Не похоже, что образ отыгрывает, видно и в самом деле проблемы со спиной. Болтун извлек огромный фонарик, коей без преувеличения можно было бы назвать прожектором.

— Держи. Там в сад выйдешь, все и увидишь. Но лучше ты это под ноги свети. Луна большая видать далеко. Верующий? — я на автомате кивнул, — тогда с богом. Дверь только плотней прикрой.

Забрав фонарь, вышел в крыльцо, слушая как, Фекла что-то бормочет озабоченно.

Фу на улице сразу полегчало, я даже задышал полным ртом, пренебрегая опасностью застудить горло. Чувство удушливости и голода отступило, в голове сразу прояснилось. И тут полезли детали, что ранее мозг игнорировал. В углу висели иконы, тщательно вымытые, и с множеством свечей, торчащих в палке, чуть ниже. Мебель вся старая, если не сказать, что древние. И не следа электроники, кроме фонаря да лампочки под потолком. И видно, что кроме кухни другие комнаты не обжиты, справа через дверной проем видно было сваленная куча тряпок, между печкой и стеной, валялись какие-то ведра и лохани.