Олег Мир – Колдун (страница 80)

— А где голова? — встревожился я.

— Возле забора лопатой прикрыта, — ответил следователь.

— Вы парню премию дайте и медаль какую-нибудь за подвиг, — немного ошарашено, сказал я.

— Уже не беспокойся. Что нам с трупом делать?

— Тут заройте, и только руками не трогайте, подцепите, что нехорошее.

— Не, не выйдет, вызов зафиксирован, — разочаровала меня Лена, — мы его в крематорий отвезем. Завернем в труповой мешок и отвезем. Так сойдет.

— Так даже лучше. Только руками не трогайте.

— Ага. Семенов, зови Кузю, тело будем грузить, — прокричала бывшая оперуполномоченная, отходя от нас.

— Надо на парня глянуть, — запоздало сообразил я.

Подошли к герою, внешне парень не впечатлял, щупловатый, лицо вытянутое, левое ухо заметно оттопыривается и красное, но это скорей последствия схватки с вампиром. Плед почти спал на поясницу, голову же опустил, ниже плеч, смотрит в землю между ступней ног. Явно в шоке, и тут скорей уже не столько психологическая проблема, сколько мистическая. Эти кровососущие твари могут и без прямого ущерба энергетику подпортить, так что из депрессии выйдешь только через окно на шестнадцатом этаже. Ладно, мы сейчас подправим ситуацию. Снова придётся колдовать в неурочный час, никаким образом ни подготовив руку. Но и парня бросать в таком состоянии тоже не дело.

Положил ладонь на лоб младшему сотруднику внутренних органов, растянул пространство, начертил символ выжигание скверны. Парень встрепенулся, словно ему в лицо воды плеснули, рассеянно за озирался, столкнулся взглядом со следователем, хотел было подскочить, но был остановлен начальственной рукой.

— Сиди Максим, отдыхай, — успокаивающе проговорил Владимир.

— Господин следователь вы не поверите, — тут же затараторил он, — это не человек, человек так быстро двигаться не может.

— А он и не двигался, — не удержался я от комментария, не с целью блеснуть знаниями, а, чтобы парня успокоить, приземлив возможности твари, — он тебе голову пудри, замедляя твое восприятие. С десяти метров ты бы его расстрелял, словно мишень в тире. А так сумел собрать волю в кулак вот и зарубил его в подходящий момент.

— А кто это был? — Псих с паранормальными способностями, — не дав мне ничего сказать, быстро ответил Владимир, — гипнозом давил.

Ну да в эту хрень куда проще поверить, чем в вампира. И правильно, нечего парню жизнь ломать.

— От меня что-то еще надо? — обратился я к Волкову.

Он задумался и если судить по лицу, то явно терзался каким-то внутренним вопросом, но все же сказал.

— Внутри дома посмотрите?

— Да конечно, — охотно согласился я, мысленно радуясь, что самому не пришлось проситься на обследования лежки твари.

Сбоку послышались приглушенные матюги. Двое санитаров в расстёгнутых куртках, палками закатывали тело в черный пластиковый мешок для перевозки трупов. Их начальница лопатой гнала голову в ту же сторону. Картина на грани абсурда и дисциплинарного взыскания, если кто со стороны увидит.

— Идем, — меня поддернул за рукав Владимир.

Стоило переступить черту дверного проема как все запахи поглотила вонь гнилого тряпья. Я постарался дышать ртом, но стало только хуже. Респиратор купить что ли? Хотя вонь тут не столько физического плана, сколько энергетического. На службе помниться нам выдавали специальные значки, блокирующие вонь потустороннего. Жаль сам такие делать не умею.

Прошел дальше в полумрак крыльца, перешагнул высокий порог, ведущей уже в жилое помещение. Взялся за ручку, утопил большим пальцем самодельную полукруг из металла. С той стороны сработал рычаг, поднимая щеколду, тем самым отпирая дверь. Архаичный замок я уже и не думал, что они где-то сохранились.

Внутри оказалось светло, да так что глаза чуть заслезились, виной тому два мощных прожектора. Один светил в закопчённый потолок другой за печь. При нашем появление два молодца в бронежилетах лениво оглянулись, увидев начальника, без лишней спешки встали, не зная куда дальше себя деть. Из-за печки выглянул, судя по всему судмедэксперт. Дяденька лет под сорок с большим носом, и обившими усами, в сером халате, застёгивая пластиковый пакет пальцами, облачёнными в белые перчатки.

— Никитин закончил? — неожиданно громко прогудел следователь.

— Да где там, только начал по-настоящему.

— Сходи, покури с парнями.

Бойцы, получив приказ, почти бегом выскочили наружу, обдав меня снисходительными ухмылками, мол, начальство чудит, а мы так стороной. Никитин же проходя мимо стянул перчатку и протянул руку следователю, тот без слов вложил пачку сигарет в сухонькую ладонь.

Не мудрствуя лукаво начал осмотр с лежки вампира, что располагалась за печкой. Мощный прожектор на штативе давал достаточно света, чтобы в полной мере рассмотреть логово. Состояло оно из нагромождения всевозможного мусора, начиная от металлических спинок кроватей, заканчивая стекловатой, и ветошью. И весь этот хлам был сплетен каким-то маловразумительным способом, но чувствовалось, тварь на создание лежки положила кучу сил. И разобрать это нагромождение не представляло никакой возможности, только спалить. Насколько я понял вход на лежку располагался возле стены, и как ни странно воняло тут поменьше, чем при входе. Может, притерпелся, не знаю.

— И что? — не вытерпел Волков.

— Он тут точно был один, не больше недели, добычу не притаскивал, — сухо отчитался я, — к слову, эти твари любят жить поодиночке.

— А чего так?

— Прокормиться легче, появись тут еще один, могут и заметить. А стаю засекут уже через месяц, даже полиция. Да и по своей сути почти все потусторонние твари эгоисты.

— А на кой ему такое логово? — Владимир явно утолял свое любопытство.

— А кто их знает, живого еще никто ни разу не поймал. Оборотня да… — прикусил язык, я сболтнул лишнего, покосился на следока, тот вроде как не обратил внимания на мои слова, но готов поставить рубь на сто, что все услышал и запомнил.

— Залейте все ацетоном или соляркой, да не жалейте. Ладно, что дальше?

— В комнате, есть сумки с вещами, все разного размера явно на пять человек, — Владимир махнул рукой в сторону белой двустворчатой двери.

В комнате на массивном круглом столе лежали вещи, рассортированные по группам. Я помялся, но все же сотворил знак, рассеивания. Ничего, обычные шмотки.

— Это принадлежит людям, — и предвосхищая вопрос, ответил, — может, притащил прислужников. Но сомнительно, если долго находиться рядом с вампиром человеку становиться плохо, дикий сушняк, боль в печени и другие малоприятные симптомы.

— Тогда что это?

— Без понятия, — пожал я плечами. — От меня еще что-то надо?

— Нет, можете быть свободны. Спасибо за сотрудничество, — после паузы ответил Владимир.

Пожали на прощание друг-другу руки, разошлись. Я завернул за угол и по памяти набрал номер Надзора. Вот всякую хрень помню, а нужные номера вылетаю из головы, что пули из обоймы.

— Здравствуйте Евгений Александрович рада, что вы про нас не забывает, — раздался кокетливый голос в трубке.

«Про вас забудешь», — мысленно огрызнулся я, и вслух сказал.

— Тут вампир обнаружился. Надо бы приехать на месте разобраться в ситуации.

— Где вы его обнаружили? Каков статус нежити?

— Э, — я напрочь забыл название деревушки, — адрес СМСом скину. Статус мертвый.

— Поздравляю с успешно выполненным заданием, — радостно вскрикнула девица.

— Слушай, — закипая от злости, зашипел я, — это не я его, а местный участковый. Короче неважно. Вы должны приехать и во всем разобраться.

— Зачем? — а ведь она искренне не понимает.

— Вашу мать, тут вампир объявился. Да пошли вы, — я обрубил связь.

Подошел к машине, отбил об колеса снег с ботинок, попутно снизив накал злости. Закурил, усевшись на капот. Вот же долбанные бюрократы. Проблема устранена и нечего трепыхаться, и меня уже в штатные сотрудники, небось записали, без зарплаты на волонтерской основе. Но ведь важно узнать, откуда он к нам заявился зачем, и кто еще причастен к его появлению. Вот так просто кровосос не объявляется, всегда есть веская причина. Из меня исполнитель народных танцев чувашии лучше будет, чем следователь по-сверхъестественному.

Пока курил и успокаивал нервы, осматривал округу, и чем больше я вглядывался, тем мрачнее становились мысли. С первого взгляда, вот так проскочить деревню транзитом, то все более-менее презентабельно, аккуратные заборы, прилично облицованные здания, заасфальтированные подъезды к домам. А вот если присмотреться, то всплывают неприглядные нюансы, в нескольких домах высажены окна и если судить по снегу, то, как минимум неделю. На еще в одном кто-то красной краской написал матерное слова, и тоже без всяких видимых признаков очистки. Такое чувство, что люди еще недавно собирались тут обосновываться, а затем резко все бросили и уехали. А те, что остались, принялись заниматься вандализмом на территории бывших соседей. Это быстрая смерть села, она не так страшна и мрачна, как медленное агонизирующее умирание, когда дома дряхлеют вместе с них обитателями.

— Фу слава КПСС еще не уехал, — из-за калитки выглянул Владимир.

— Коммунист что ли?

— Отец был, от него и нахватался, — виновато ответил он, словно сознаваясь в преступлении перед народом, — тут такое дело.

Он почесал пальцами левую бровь, смотря куда-то в сторону, затем четко и уравновешенно проговорил.