Олег Михайлов – Светлое Будущее (страница 5)

Горин вешает сырое пальто в шкаф, включив на ней режим «просушка». Подходит к окну, закрывает форточку и кладет обувь сушиться на батарее. Луна висит высоко и наблюдает, затем, как город медленно готовится к ночной жизни. Черная вуаль дождя накрывает уютный двор. Окна напротив подсвечены приступами нервной бессонницы: напротив тускло горит свет, но он различает фигуру художника, пишущего кистью на холсте портрет девушки.

Он задергивает занавески и усаживается на мягкий диван. Включает старый телевизор. По нему показывают спортивную передачу зрелищного поединка в экзоскелетах с участием сербского бойца Ратко Аврамовича против своего американского оппонента Тима Болтона. Сейчас в Варшаве проходит чемпионат этого нового вида спорта, популяризируя в массы использование технологических имплантов в человеке. «Может скоро уже станет нормально ходить с бионическими руками и ногами по улицам? Но наша общественность и Церковь скорее всего не одобрит. В Китае же дела обстоят иначе. Он давно уже является авангардом в медицинской инженерии в этой области. Для людей шестеренок нужны вечные батарейки. Кстати нужно зарядить свой телефон», – размышляет Горин.

Роман ныряет в содержимое рюкзака, подсоединяет ноутбук в розетку, на которой сразу же отражается число потребляемых ватт, кладет свой глассфон и наушники на глянцевую черную панель на столе. Она издает сигнал, который означает, что устройства заряжаются, и отправляется с тем, что осталось от шавермы на кухню.

Заходит по пути в крохотную ванную комнату, вымывает руки и собирается уже взять полотенце, как замечает, что на нем сидит паук.

– Брат, это не твой мир, – досадно качает головой. – Здесь живут люди.

Роман смахивает многоглазого в раковину ванны и включает воду, и тот отправляется в долгий и тернистый путь в недра Васильевского острова.

На кухне висит старый квадратный телевизор, пол вымощен плиткой в шахматную зелено-желтую доску, белый холодильник, раковина и чистый стол с зеленой клеенкой. На стене висит белый радиоприемник «Победа 270» с отмеченной на нем картой некогда существовавшей цивилизации – СССР.

Истомин стоит к нему сутулой спиной и заваривает чай на газовой плите.

– Обжились? – спрашивает он с улыбкой, оборачиваясь к нему.

– Ну, можно сказать и так, – Роман входит на кухню.

– Какие планы на завтра? – неподдельно интересуется собеседник.

Роман, молча, берет первую попавшуюся красную кружку из кухонного шкафа.

– Вижу, устали вы с дороги, вот возьмите в чай свой дольете. Вкуснее будет.

Хозяин протягивает ему бутыль с какой-то настойкой.

– Спасибо. Я разогрею еще вот это? – показывая прямоугольный сверток с едой, произносит Роман.

– Да, конечно. Я эту штуку тут и варю, – он показывает на стену, где висит мудреный аппарат по производству алкогольной жидкости.

– Ну, как тут Питер?

– Никак не могу понять эту погоду. Пять дней назад был снег.

Роман, смотрит в потолок. «Да, в Петербурге все разговоры начинаются, как и раньше, с прогноза погоды», – улыбается Роман и замечает занятную деталь: лампы красиво задекорированы в зеленых бутылках из-под вина.

– Вчера было плюс четырнадцать, а сегодня вот гроза, – произносит Истомин и смотрит в бездну окна.

– Дождь – это хорошо, хоть пыль к асфальту прибьет и в зубах меньше крошек остается, – говорит он, скребя зубами.

– И не говорите, совсем перестали город убирать. Даже стыдно, что ли перед уважаемыми гостями, – виновато произносит Даниил. – А круто этот Ратко Тима ушатал? Поделом. Янки гоу хоум.

«Слышимость тут отличная. Скучно тут точно не будет», – Роман отпивает и улыбается, с добавкой от Истомина получается действительно вкуснее.

– Будь как дома, путник.

Горин возвращается свой номер, напевая фразу, которую произнес на последок Даниил, и падает безмолвно на кровать. Приземляясь, ощущает, что в кармане чем-то колит. «Я же купил свежие сны!», – вспоминает Горин и подходит к столу, на котором в прямоугольном черном футляре хранятся очки дополненной реальности. Вставляет в них карту.

– А будь, что будет.

Он проглатывает таблетку и закрывает свои уставшие глаза очками.

– Добро пожаловать господин Горин. Рады приветствовать, – предстает пред ним девушка в фирменном деловом багряном костюме. – Какой сон вы выбираете «Лес в Карелии» или «Запретные плоды»?

Роман делает паузу.«Этот дилер перепутал сны получается», – улыбается.

– «Запретные плоды», – садится на кровать.

– Загрузка началась.

Реальность расщепляется на пиксели. Сознание исчезает из крохотной комнаты на Васильевском острове и… попадает в пустоту.

Комната не имеет цвета. Кругом темнота. И сначала он думает, что программа недогрузилась или ему продали битую копию снов. Кусает палец.

– Программа перезагрузись.

– Комната загружена без ошибок. В перезагрузке отказано.

В темноте в ответ слышатся размеренные шаги.

– В этой симуляции действительно ошибки нет, – звучит, словно о то всюду голос с акцентом.

Горин оглядывается по сторонам, но никого нет.

– Кто вы?

– Вопрос, кто такой господин Горин.

– Я знаю, кто я, но я не знаю кто вы. Вы, что мой личный агент из ФСБ?

– Нет. Впрочем, мы схожи в некоторых аспектах.

От голоса, идущего о то всюду, веет холодом и тревогой. Горину становится не до шуток.

– Может, вы уже явитесь?

– Это можно, если так привычнее вашему виду.

В двух метрах от него под лучом света появляется фигура в строгом сером костюме с черным галстуком. Лицо постепенно проявляется на свету: узкие глаза, выветренное коричневое лицо, длинный и прямой нос. Седые волосы завязаны синим платком в пучок. Его взгляд наполняет пустое пространство гневом, который сдерживается за мертвецки-стальными глазами.

– Запретный плод сладок. Не так ли? Ты взял, то, что принадлежит нам, уходя из «Билт Репаблик Групп». Базу клиентов. Кому ты ее передал? Отвечай. Живо!

– Я не обязан отвечать какой-то пустоголовой программе. Прекратить симуляцию! – кричит Горин кому-то вверх.

– Кому кричишь ты? Тебя не услышат. Боюсь, ты не понимаешь ситуацию. Мы провели внутреннее расследование. У нас есть доказательства. В случае отказа господин Горин, возможно, ты останешься в этой комнате на очень долгое время.

У Горина в животе гнусно ерзает ужас, по виску течет испарина. Он хорошо знает, про случаи, когда коллекторы настигали своих должников в различных местах вплоть до симуляций и те превращались в безжизненный овощ.

– Да кто вы такой?

– Что ж перед забвением у тебя есть право узнать. Я представляю господина…

Вся комната вдруг взрывается ярким светом. Его глаза какое-то мгновение словно накрыты пленкой. Слух возвращается: шумят ржавые питерские крыши. Стучат по ним, словно пули капли дождя. Когда зрение проясняется, он снимает с себя очки и смотрит на дужки: на дисплее значится: «батарея разряжена». Разряд молнии освещает его тревожное лицо.

«Меня спасает, просто только то, что просто села батарейка? Фортуна не частая гостья в моей жизни надо это запомнить», – приводя дыхание в состояние покоя, думает Роман.

Он снова ложится в кровать, но никак не может уснуть не смотря на усталость. Тошнотворное чувство безысходности выжигает его душу изнутри. Да, он украл базу данных клиентов корпорации. Дело не хитрое, если сам ведешь всех ключевых покупателей и контролируешь CRM-систему. Конечно, это против правил, но и его же тоже обокрали в каком-то смысле, не расплатившись с ним до конца. Дипломатия должна быть симметричной, сила действия равна силе противодействия и так далее. И вроде бы все логично, но нет. Там под кожей, по венам словно волочится раскаленный чугунный утюг, оставляя жгучие и болезненные борозды и нарывы. «Совесть, мать ее», – скалится Горин.

Вспышки молний отражаются от мокрых крыш, освещая притихшие от людской суеты дворы. С неба с неистовой силой извергается гром, от которого раз за разом, судорожно, колышутся от страха немытые тонкие окна.

Глава 2

Звон церковных колоколов Андреевского собора сливается с шумом жителей острова, вечно суетящихся по делам с самого утра. Их тусклые, сутулые тени бродят по стенам домов, набережным и мостовым. Подобно новому дню, изгоняющему ночные следы с лица города, из их голов исчезают воспоминания о рабочей неделе.

В этой картине выходного дня очень сильно выбивается битый пиксель: молодой человек в графитовом пальто выходящий из шершавой красной двери дома.

– Изи, построй маршрут до Крестовского острова.

– Метро? Автобус? Такси? – предоставляет выбор транспорта голосовой помощник.

– Давай, автобус. После вчерашней давки, у меня отпало всякое желание спускаться под землю.

По пути к остановке очередной человек-спам протягивает ему листовку. Роман автоматически берет подношение: привычка оценивать верстку рекламного материала никуда не делась. Заголовок с желтыми буквами гласит: «Мир, в котором ты свободен. Перейди на новый уровень осознанности – «Нейроград». Слава Цифре». Кого тут в Петербурге только не встретишь кришнаитов, православных или техногуманнистов – для каждой души найдется свой храм.

Подойдя ближе к черному глянцевому терминалу, он выбирает маршрут для поездки.

– Выбери Маршрут «Б», – отвечает помощница Изи.