Олег Маркелов – Токсимерский оскал (страница 11)

Улюк говорил убежденно, хотя в душе его свил свое гнездо страх того, что он слишком стар, слишком слаб, слишком ничтожен для той беды, что нависла над его народом. Но лишь он один знал об этом гнезде, тщательно скрывая его и в голосе и во взгляде и даже в самих мыслях. Старик устало поднялся, легко коснувшись рукой плеча токса.

– Уже поздно. Мне надо отдохнуть. Надеюсь Владыка даст нам завтра попутный ветер в замен этому штилю. Покойной ночи тебе и верных мыслей.

Реззер застал своего импресарио сидящим в служебном кабинете рядом со спортзалом. Он некоторое время не отрывался от монитора со спортивными сводками новостей, сделав Дану жест проходить. Наконец, удовлетворившись своей ролью страшно занятого человека, он повернулся к бойцу.

– Ну что, Дани-бой, как твои делишки? Как милая Ленара? – импресарио радостно оскалился, поднимаясь из кресла, – Ты опять какой-то печальный, малыш. Что, с женой проблемы?

– Будешь печальным, Чиф, когда опять приходится заводить с тобой старый и неприятный разговор, Реззер мрачно смотрел на импресарио, – Ты обещал совсем другую сумму, когда мы с тобой договаривались в прошлый раз. А теперь кинул мне какие-то гроши. Ты опять не держишь своего слова, Чиф.

– Послушай, сынок. Я уже не однократно говорил тебе и скажу еще раз, – Чиф говоря выходит из кабинета, медленно шагая по залу и Дан вынужденно идет за ним следом, – Ты даже не представляешь, как дорого мне обходишься. И все рассказы о том что и сколько стоит пропускаешь мимо ушей. Ты слушать меня не хочешь, Дани-бой.

– Но, Чиф, так не поступают. Я не тянул тебя за язык, когда ты обещал мне деньги.

– Опять двадцать пять. Как ты не поймешь, Дан. Я еле свожу концы с концами, стараясь вывести тебя на высший уровень. Я работаю почти в убыток себе, лишь бы сделать тебя звездой. А тебе самому плевать на это. Ты думаешь только о себе.

– Пошли его к чертовой матери, Дан, – голос Ли, ожидающей Реззера в зале был спокойным, но твердым и отчетливо слышался всем, – Он разводит тебя как последнего лоха, а ты даже лапшу с ушей не стряхиваешь. Если не может деньги заработать на тебе, пусть уходит из этого бизнеса. Потому что только полный недоумок не сумеет срубить кучу империалов на таком бойце как ты. Пошли его, Дан.

Чиф, взвился, словно получив пинок. Он побагровел и вытаращил на девушку глаза.

– С каких это пор сучки в моем зале подают голос, – казалось, что его вот-вот хватит удар.

– Не называй ее сучкой! – на взгляд Реззера набежала тень, не предвещавшая ничего хорошего оппоненту.

– А как мне прикажешь ее называть? – импресарио в бешенстве брызгал слюной, не замечая изменений в глазах бойца, – Или она тебе последние мозги высосала?

Ли, не говоря больше ни слова, коротко пнула обидчика каблуком, попав прямо в колено. Тот взвыл от боли и залепил тяжелую оплеуху, сбив девушку с ног. Он не успел даже как собирался ухмыльнуться, когда на него, словно кувалда на забиваемого быка, обрушился полновесный удар Дана. Тело импресарио бесформенным кулем кувыркнулось по начищенному полу, проехав по инерции еще пару метров.

– Вот ублюдок, – Ли, которой Реззер помог подняться, хотела пнуть распластавшееся тело, но Дан, обняв ее за плечи, силой увел из зала.

– Черт! Я только что лишился и тех небольших денег, которые зарабатывал, – Реззер был в бешенстве, – Что за срань твориться в моей жизни. Почему все рушится.

– Ну, чемпион, не впадай в депрессию, – девушка была уже совершенно спокойна, и опять улыбалась своей насмешливой улыбкой, – Эмоции, конечно, хороши. Но только не такие упаднические. Разве чемпионы так легко сдаются? Мне кажется, ты неправильно выбрал ракурс. Что случилось в твоей жизни? Случилась я. Это плохо? Ты, наконец, ушел от недомерка, который обирал и тебя и твою семью. Который без зазрения совести использовал тебя на полную катушку, прикрываясь личиной друга. Что еще? Ах, да, деньги. Ну, то, что ты потерял нечего и жалеть. У меня есть один старый добрый знакомый. Так он поднял в разное время нескольких больших ребят. Придешься ты ему или нет, а познакомить вас я смогу. Знаешь, ты потрясающе выглядишь, когда бесишься. Не будешь возражать, если я возьму с тебя аванс за посреднические услуги.

Было заметно, что она сильно возбуждена. Не дожидаясь ответа, Ли потянула Дана за угол спортивного комплекса, туда, где был маленький тупичок с подъездом для грузовиков и хозяйственных нужд. Он не сопротивлялся, чувствуя передающееся от нее возбуждение и вновь лишаясь рассудка.

Челтон, осматривая результаты работы своих подчиненных, тихо посмеивался над явным безумием ученой братии. Исследователи, совершенно потеряв головы, носились по территории лагеря, беря пробы, ловя всяких насекомых, обрывая растения. Они пребывали в состоянии счастливой эйфории, на каждом шагу обнаруживая новые, неизвестные виды жизни. Сержант сомневался, что им хватит посуды для образцов хотя бы еще на один день пребывания тут. Сам же он был несколько разочарован тем, что воочию эта планета и всё ее населяющее, по его мнению, не отличалось от такого же на многих других обжитых планетах Империи. А уж такие жемчужины буйства природы как планета Арабелла в провинции Меото или еще пара-тройка подобных планет, дадут сто очков вперед простенькой флоре этого мира. Только что мимо сержанта, едва не сбив его с ног, промчался профессор Аль Гаррудт, увлеченно преследовавший с сачком на перевес какую-то летающую тварь. Челтон, посторонившись, покачал головой и, размышляя про себя о том, как странно сочетается гурянская натура с сантиментами ловца бабочек, пошел к ожидающим его пехотинцам.

– Пора прогуляться по окрестностям, – сержант осмотрел двоих бойцов, которых вызвал для участия в разведке, – Надеюсь, детки, настроение у вас подходящее для пешей прогулки?

– Сэр, так точно, сэр, – «детки» явно не только не возражали, но были до неприличия довольны возможностью размять кости. Они, как и все члены команды Челтона принадлежали расе людей. Нельзя было сказать, что сержант лучше относился к представителям своего вида. Ему вообще было глубоко плевать на то, как кто выглядел. Просто они были рядовыми Бригады Особого Назначения Специального Боевого отдела Первого Земного флота. А у командования и кадровой службы Первого Земного были свои, вполне определенные взгляды на то, как должен выглядеть рядовой Первого Земного флота в общем и специальных подразделений в особенности. Одного из стоящих сейчас перед Челтоном бойцов был обычным надежным пехотинцем, которого и звали обычным настоящим его именем – Линк. Второго же все звали не иначе как Гоблин. Мало кто представлял, как выглядит этот сказочный персонаж, но Гоблин из спецназа был среднего роста, худощавый, но с крупными узловатыми мускулами, длинными руками и сутулой хоть и широкой спиной. Многократно перебитая переносица, огромный шрам, идущий от бритого виска по скуле до самой шеи, делали его вид пугающим. А маленькие глазки, зло сверкающие из-под тяжелых надбровий, еще уменьшали его сходство с человеком разумным. При всем этом он не был глуповатым увальнем наподобие Гризли. Он был прирожденным бойцом и это делало его наравне с еще несколькими спецназовцами отряда Челтона ядром группы.

– Гоблин, идешь первым. Не отрывайся. Не спешить. Максимальная осторожность. До той сопки. Там осмотримся. Линк, возьмешь правее. Пройдешь вон по той высотке и выйдешь нам на перерез как раз на сопке. Не терять визуального контакта. Гарнитуры включить, но сохранять молчание. Звучим только в случае тревоги, – Челтон щурясь осматривал видимую в нескольких километрах от лагеря сопку, – Как поняли?

– Подтверждаю, – двойной ответ прозвучал как один.

– Двинули, – сержант устремился в проход между сигнальными заграждениями, пропуская вперед обоих бойцов. Пехотинцы словно гиены на охоте потрусили увеличивая дистанцию и расходясь веером. Челтон шел размеренным шагом, внимательно всматриваясь в каждый встречный куст и камень. Растянув дистанцию до сотни-полутора метров, рядовые перешли на такой же неспешный размеренный шаг. Так они могли идти многими часами, сохраняя единый темп и экономя силы. Через полчаса ходьбы чуть правее их курса открылась ложбина, ведущая плавно вниз в обход выбранной целью сопки. Челтон дал сигнал остановки и в электронный бинокль внимательно осмотрел новую особенность рельефа. Поодаль ему почудилось подобие узкой тропы пересекающей ложбину и скрывающейся за сопкой. Тропы, скорее всего принадлежавшей каким-то животным, ходящим на водопой или пастбище. Но осмотреть ее было бесспорно необходимо. К тому же появлялась возможность подстрелить или поймать в знак примирения профессору и того, кто эту тропу натоптал. Еще несколько знаков и пехотинцы сменили направление движения. Теперь так же размерено все трое двигались параллельными курсами – рядовые по высоким краям ложбины, а сержант по ее дну. Еще через полчаса они оказались в непосредственной близости от тропы. Теперь совершенно отчетливо было видно, что это действительно тропа. Челтон сделал знак, что идет один посмотреть на тропу в упор, но в это время Линк застучал по гарнитуре, привлекая внимание. Боец залег и делал знаки о приближении потенциального врага. Челтон залег, подав общий знак затаиться. Он, не отрываясь от окуляров, рассматривал склон, из-за которого должна была показаться цель. И, тем не менее, слегка вздрогнул, когда она все же показалась. Это был караван, если можно так назвать всего трех навьюченных животных и четырех верховых. Караван этот выглядел так, словно вышел из сказочного фильма. Крупные животные и вьючные и верховые принадлежали к одному виду. Они походили скорее на огромных, ростом с крупного коня, ящериц. Только в отличие от рептилий, лапы их стояли не в стороны от туловища, а почти прямо под ним, как у млекопитающих. Это бросилось в глаза, и Челтон активировал в бинокле функцию электронной записи видеоизображения. Воины сидящие в седлах выглядели еще необычнее. А то, что это именно воины свидетельствовали кожаные доспехи и разнообразное холодное оружие, как притороченное к седлам, так и висящее на самих всадниках. Эти всадники на первый, беглый взгляд походили на людей. То же общее строение, примерно та же осанка. Но различия казались столь же очевидными, как и у животных с ящерицами. Головы походили на подобие львиных, но покрытых вместо шерсти тугой гладкой кожей. Гривы волос у троих из четверых сплетались в различные косички и хвосты. Лишь один из всадников ловил ветер в пышную распущенную гриву. Караван двигался спокойно, не догадываясь о внимательном наблюдении. Челтон, не шевелясь, пропустил путников мимо, и лишь когда их скрыл от взгляда противоположный склон, пригнувшись, потрусил к тропе. Он успел увидеть спины всадников прежде, чем караван совсем скрылся за поворотом тропы. Преследовать всадников было глупо и рискованно. Сержант дал отмашку возвращаться, и сам повернул по направлению к лагерю.