Олег Маркеев – Переворот.ru (страница 13)
«Вот же гад. Наш пострел везде успел!», — беззлобно ругнулся Андрей Ильич.
Максим Владимирович оглянулся на звук открывшейся двери их купе.
— Доброе утро! А я уже хотел будить. Полчаса до санитарной зоны. Успеете?
— Постараюсь, — буркнул Андрей Ильич и бочком протиснулся в тамбур.
В туалете из зеркала на него взглянул мужчина в полном расцвете сил. Никаких следов вагонной помятости и служебной нервотрёпки на лице. Андрей Ильич удивлённо дёрнул бровями.
Очевидно, что такие перевёртыши с организмом случайными не бывают.
— Чем расплачиваться будем, господин Мефистофель? — спросил он вслух.
Ответа не последовало.
Злобин и без подсказки знал, если в его жизни вновь появился Странник, конец привычному, рутинному течению дел. Начинается магия.
А ему, Злобину, из обычного чиновника от юриспруденции придётся вновь на время превратиться в Серого Ангела — того, на кого Посвящением возложено право и бремя вершить суд по Высшему Закону в мире — Закону Баланса Добра и Зла.
Прибыл в Москву. Располагаю достоверной информацией об угрозе масштабных терактов в столице.
Операция поддерживается по линии фундаменталистских кругов Ближнего Востока. Личность руководителя, скрывающегося под псевдонимом «Саид эль Махди», установить не удалось. Известно, что финальный этап операции он возглавит лично.
С учётом развития событий, предполагаю его присутствие в Москве либо прибытие в самое ближайшее время.
Работаю под плотным контролем. Личный контакт исключён.
Мной инициирован объект Аметист. Обеспечьте поддержку его действий.
Глава третья
«Чума на оба ваших дома…»
Серый Ангел
Перрон быстро опустел. В дополнительном поезде, пришедшим из Питера вне расписания, оказалось на редкость мало пассажиров. Встречающих почти не было.
Вопреки анекдоту, никто партикулярного вида по перрону не сновал и не предлагал питерским «поработать в правительстве». Шутка времён первых лет правления Путина так и осталась шуткой.
Если кто и рассчитывал, что кадровый резерв нового президента, сделанного из чиновника среднего звена, окажется недостаточным для проведения самостоятельной политики, тот глубоко заблуждался. Питерская мэрия, конечно же, не Газпром, там не обрастёшь минимумом десятью тысячами лично преданных тебе исполнителей, которых ты рассадишь на ключевые посты по всей стране. А без многочисленной «команды» нечего делать в Большой политике. Так считали те, кто рассчитывал из преемника сделать марионетку.
Ошибка Березовского была в том, что кадровый резерв КГБ, оперативный и агентурный, не шёл ни в какое сравнение ни с одним отраслевым лобби. Им, чекистам, штатным, выведенным за штат, трудоустроенным в многочисленные службы безопасности, ЧОПы, поднявшимся до второго эшелона управления в финансах и бизнесе, нужен был только лидер и символ. А дальше структурирование системы управления под «своего президента» прошло, как кристаллизируется насыщенный раствор, когда в него бросишь затравку. Моментально и необратимо.
Что касается Андрея Ильича, то он в приглашениях «поработать в правительстве» не нуждался. Уж чем, а работой на благо державы его завалили.
«И сейчас ещё добавят», — заключил он по виду подошедшего к вагону Сергея.
Парня он приблизил к себе за немногословность, повышенную сообразительность и беспрекословную исполнительность. И язык за зубами держать умел. Сложной кадровой комбинацией молодого опера закрепили за управлением Генпрокуратуры, в котором служил Злобин. Длинное название конторы Сергей свёл до лаконичного «гестапо». А как ещё назвать службу внутренней контрразведки?
Сергей расплылся в улыбке.
— Ну вы, Андрей Ильич, даёте! С поезда «Адлер — Москва» люди мрачнее выходят. А вы так вообще — солнышком светитесь. Чем вас питерские опоили?
— Будто сам не знаешь, чем, — пробурчал Злобин, сунув помощнику баул.
— На меня так водка не действует, — вздохнул Сергей.
Впереди по перрону, неся чемоданчик дамы, шёл Максим Владимирович. Дама влиться в московскую толчею явно не спешила. Спутник интересовал её больше, чем вся Москва вместе взятая.
«Артист!» — покачал головой Злобин.
Сергей по-своему истолковал его жест и тихо спросил:
— Проблемы?
— Причём такие, что нужна пауза, — ответил Злобин. — Ты позавтракать успел? — Дождавшись утвердительного кивка, добавил: — А я нет. Здесь есть что-нибудь приличное, где глаза не будем мозолить?
— На «трёх вокзалах» ничего приличного нет, Андрей Ильич. По дороге, разве что…
Но Андрей Ильич для себя ещё в вагоне решил, что не сделает ни шагу по московской земле, пока не разложит по полочкам информацию, до отказа заполнившую голову. А они уже дошли по края эстакады, у которой парковались служебные машины.
— Ну, включай свою соображалку! За десять лет реформ должны же были в этом гадюшнике хоть одно приличное место организовать.
Сергей на секунду задумался. Потом кивнул влево.
— «Белые ночи». Подвальчик с ресторанчиком. Кормят вкусно и не дорого. В это время там тихо.
— Ну, можешь же, если хочешь! Пошли, поможешь начальнику догулять командировочные.
Андрей Ильич добродушно шлёпнул охранника по широкой спине.
Вслед за невесть откуда взявшейся бодростью, пришёл зверский аппетит. Варварский просто какой-то. Захотелось свиного шашлычка, с горой травок и овощей, кислого сыра и, почему-то, лимона. И не дольками, а просто кусать, как яблоко, упиваясь жгучим соком.
— И лимон. — Официантка поставила точку в блокнотике. — Что ещё?
— Лимон сейчас… — Андрей Ильич для конспирации добавил: — Ну и кофе, само собой.
Он проводил взглядом пышный зад официантки. В брюках сразу же ожила тугая сила.
— Еть твою… — Андрей Ильич заелозил задом, усаживаясь поудобнее. — Что улыбаешься?
— Жизнь налаживается, вопреки диагнозу врача. Шутка!
— Интуиция подсказывает мне, что это твоя последняя шутка на этой неделе.
— Не дождётесь! — Ещё шире улыбнулся Сергей.
Злобин осмотрелся. Подвальчик был вполне приличный, чистый и без лишнего пафоса. Чтобы клиенты не забывали, где находятся, на стенах висели цветные фотографии с видами Питера.
«Кстати, не мешает из вежливости отзвонить», — решил Андрей Ильич.
Достал мобильный, набрал питерский номер Колосова.
— Доброе утро, Алексей Дмитриевич! Злобин докладывает о прибытии.
Сергей навострил уши. Злобин заговорщицки ему подмигнул. В ухо булькал бодрый голос Колосова.
— Да, всё остаётся в силе. И ещё раз спасибо. Как «за что»? За всё сразу.
Злобин отключил связь. Поморщился.
— А теперь проверка на вшивость, — объявил он, набрав ещё один номер.
Ждать пришлось семь гудков. Когда соединили, из трубки хлынул гул запруженной улицы.
— Пётр? — Молодого питерского следака звали иначе, но Злобин для конспирации «перекрестил» его в Петра, в честь основателя города на Неве. — Привет из Москвы. Новости для меня есть? Так… И сколько? Вообще, ни один?! А что голос такой убитый? Радоваться надо! — Услышав новость, Злобин поджал губы. — Когда? Значит, сегодня с утра… Ладно, не переживай. Отстранили, ещё не уволили. Держись, парень! Я тебя запомнил.