Олег Кувшинников – Как стать/быть губернатором и остаться в живых (страница 7)

Как я уже говорил, несмотря на то что родился и вырос я в довольно крупном промышленном городе, становление меня как личности происходило в деревне. В доме бабушки и дедушки. Я рвался туда всегда, потому что только там было где развернуться моей кипучей натуре.

В городе я чувствовал себя запертым в квартире. Сначала это была маленькая однокомнатная квартира за кинотеатром «Радуга» на улице Ленина, потом двухкомнатная «хрущевка» на улице Луначарского, и только потом мы переехали в трехкомнатную квартиру на улицу Вологодскую.

У меня была такая бешеная энергетика, что мне постоянно не хватало простора. Куда я только в детстве не залезал. Прыгал с пристройки к магазину и однажды повредил спину, катался с крутой горки и разбивал себе нос. Неудивительно, что того момента, когда меня можно будет отправить в деревню, родители ждали с нетерпением.

Когда я приезжал в Великий Двор, начиналось все то, что составляло настоящую жизнь. С бабушкой я топил печь. Вставать для этого нужно было в четыре утра, потому что к пяти бабушке уже нужно было на ферму. Я вставал каждое утро ни свет ни заря и учился кормить скотину, потом бабушка шла на работу, чтобы, вернувшись, поставить тесто и приготовить завтрак на всю семью, а я ложился снова спать, просыпаясь уже от запаха пирогов или свежеиспеченного хлеба. Бабушка очень давно ушла из жизни, но я помню каждую ее морщинку, руки, голос. Все мои воспоминания о ней пронизаны любовью.

Дед брал меня пасти коров. В деревне все дворы, в которых держали коров, составляли график и по очереди водили коров на пастбище. Выходить из дома тоже нужно было в четыре утра, когда туман еще стелился по земле. Мы оба были верхом на лошадях, и дед, и я. Выезжали на поскотину, после чего дед привязывал лошадей и говорил мне: «Давай, внучек, ты за старшего, а я пока в шалаше полежу».

Как только он скрывался внутри, коровы почему-то разбредались, то в лес забредут, то к реке уйдут, и я начинал их собирать, носился туда-сюда. Дед подремлет часа полтора, выходит, смотрит: бардак. Как только свистнет, коровы – раз! – и как будто построились, чувствовали они мужскую руку, силу, несгибаемую волю. И именно тогда, в пять-шесть лет, я понял, насколько важно ее формировать.

Еще одно из воспоминаний детства. Лето, начинаются сенокосы, собирается вся семья, все приехавшие в отпуск дети и внуки, 25 человек. Работали от рассвета до заката. Каждому находилось дело. За стол, по традиции, дед всегда садился первым, на свое особое место. Все те долгие годы, которые его нет с нами, это место за столом в нашем деревенском доме так и остается свободным. Никто его не занимает.

Садясь за стол, все ждали, пока дед возьмет ложку. Я как-то был очень голодный, попробовал потянуться за ней раньше, и тут же – хрясь! – получил от деда его деревянной ложкой по лбу. Я в слезы, на лбу шишка. Мама попробовала за меня вступиться, но дед ее осек. Сказал, что только так и нужно учить. Несколько раз в моей жизни он меня так по-отечески, но довольно доходчиво приучал к дисциплине. Родители меня жалели, а в деревне не было места жалости. Там все отношения были четкими и выстроенными. Там меня воспитывали в любви, но в строгости.

Так уж вышло, что у меня чисто крестьянский характер. Дед Иван Иванович научил всему. Я даже внешне в него. Он был мощный, высокий, с густой шевелюрой, которая с годами не редела, пять мешков пшеницы на спор затаскивал на себе на мельницу. Я умею косить, загребать сено, коров пасти и доить, воду на коромыслах носить, пироги из печи ухватом вытаскивать, самовар разжигать, косу точить, дрова колоть. Любая деревенская работа мне по плечу, к рукам. И именно поэтому развитие сельских территорий, возвращение жизни на исконные сельскохозяйственные земли для меня вопрос очень важный, практически личный.

Когда, став губернатором, я начал ездить по районам, то своими глазами видел, как умирает деревенская жизнь. Нет теперь покосов моего детства, когда все от мала до велика выходят в поле, вместе мечут стога сена, вместе пьют теплое парное молоко с испеченным только что хлебом, вместе поют протяжные, раздольные русские песни. Нет колхозных ферм, как та, на которой работала моя бабушка, нет пасущихся коров, которых выгоняют каждое утро деревенским стадом на кромку леса, как делали мы с дедом. До ста коров насчитывалось почти в каждой вологодской деревне, когда я был ребенком. А сейчас, в лучшем случае, держат одну корову на всю округу.

На это больно смотреть, невыносимо видеть, как зарастает кустарником пашня, как плодородные когда-то земли сейчас становятся теми самыми «белыми пятнами», на которых выросший лес не принадлежит государству и беспощадно вырубается под корень. Земля, которая когда-то кормила тысячи человек, давала приют и пропитание сотням семей, растила и воспитывала поколения мальчишек и девчонок, сегодня пустует, пропадает без заботы, внимания, трудолюбивых рук и детского смеха.

Я решил вернуть жизнь на село, в вологодскую глубинку, помочь людям снова обосноваться на земле, вдохнуть жизнь в русскую деревню. Чтобы снова вился дым из труб зимой, чтобы в домах пахло пирогами, а земля возделывалась и возрождалась.

Так и возникла идея распространить опыт незадолго до этого запущенной программы «Дальневосточный гектар» на Вологодскую область. Мы стали первым регионом в стране, который попробовал это сделать. Раздать пустующие земли желающим, чтобы они могли на них развивать свои подсобные хозяйства, – эта идея захватила меня полностью. А моя команда в ходе мозговых штурмов придумала и воплотила в жизнь юридический механизм, который позволил в кратчайшие сроки ее реализовать.

Вот уже третий год любой желающий может подать заявку на участок земли в Вологодской области. Пустующие сельскохозяйственные наделы можно получить бесплатно и сразу в собственность. Для жителей других регионов, переезжающих в Вологодскую область, мы предусмотрели подъемные – 110 тысяч рублей.

Физические лица могут рассчитывать на землю размером от 1 до 2,5 гектара для ведения личного подсобного хозяйства, до 10 гектаров – для растениеводства, овощеводства, животноводства, рыбоводства, организации КФХ, заготовки сена, выпаса скота. До 100 гектаров выдаются юридическим лицам на организацию сельхозпроизводства.

Мы специально предусмотрели возможность сделать весь процесс электронным. Создан специальный сайт gektar35.ru, на котором каждый желающий может узнать площадь своего «гектара», предварительно выбрать понравившийся участок, посмотреть расстояние до ближайших населенных пунктов, перечень социальных объектов, данные о наличии дорожной и инженерной инфраструктуры.

После этого там же, на сайте, нужно подать заявление на участие в проекте, затем – заявление на предварительное согласование участка, чуть позже еще одно заявление – уже на его предоставление. Сделать это можно при наличии подтвержденной учетной записи на портале «Госуслуги», дистанционно, из любого региона страны.

Всего за несколько часов с момента запуска нашей специально разработанной информационной системы за участками обратились около 200 человек. Сейчас в программе «Вологодский гектар» участвуют шесть районов области – Вожегодский, Вашкинский, Никольский, Бабаевский, Харовский и Вытегорский, и выделено почти пять тысяч гектаров пустующих сельскохозяйственных земель. Участниками программы стали не только вологжане, но и жители Мурманской, Ярославской, Ленинградской, Ростовской, Новосибирской, Московской областей, Татарстана, Алтайского и Краснодарского краев, Москвы, Санкт-Петербурга и других регионов страны.

Конечно, мы не ставили перед собой задачу в течение короткого времени раздать земли, ресурс остался еще немалый, думаю, и он найдет своих хозяев. «Вологодский гектар» – долгосрочная программа. Прекрасно понимаем, что, получив землю, собственники не смогут сразу организовать производство, на это потребуется время, средства, немалые усилия. Быстрого результата не будет, и мы на это не рассчитываем. Главное, чтобы на полученных гектарах открывали свое дело люди серьезные, их опыт послужит примером другим. Мы привлекаем на Русский Север, в вологодскую глубинку тех, кто готов работать на земле, заботиться о ней, а заодно увеличиваем население нашей области, решая демографические задачи.

И это одна из областных программ, которой я по-настоящему горжусь, потому что она – реальный результат командной работы. При ее внедрении я старался использовать еще один принцип, которым привык руководствоваться в работе, – общаться, обсуждать и ставить задачи не только начальникам, но и рядовым сотрудникам напрямую. Потому что чем больше человек удалось «зажечь», вовлечь в совместный процесс, тем лучше, ярче, достойнее будет результат.

Меня часто спрашивают, как привлечь толковых, знающих и профессиональных людей на госслужбу, где не очень высокие зарплаты, зато предельно высокие требования, абсолютная невозможность самостоятельно планировать свой рабочий день, как это привыкли делать люди бизнеса. Альтруистов, способных пожертвовать высокой зарплатой ради престижа государственной службы, очень мало, но они есть. Как правило, это люди уже состоявшиеся, добившиеся финансового благополучия, для которых возможность что-то сделать для региона, для страны – это новый вызов, появляющийся тогда, когда материальные стимулы уже не работают.