Олег Кракин – Исповедь мошенника: Кидок без риска (страница 1)
Олег Кракин
Исповедь мошенника: Кидок без риска
Встреча старых друзей
Шел 2013 г. Курс доллара составлял 32 долл/руб, и по чуть чуть двигался в строну повышения. Два года. Два года я отдал "ОВИК-монтажу", и эти годы были, пожалуй, самыми плодотворными в моей карьере. Фирма, известная своими проектами по вентиляции и кондиционированию, стала для меня вторым домом. Работа нравилась, клиенты стали постоянными, объекты множились, а вместе с ними росла и моя репутация. Я уже не был просто менеджером, я стал тем, к кому обращались за советом, тем, кто мог быстро и точно рассчитать коммерческое предложение, тем, кто умел находить общий язык с заказчиками, чтобы работа шла гладко и без нареканий. Я был одним из лучших, и это чувствовалось. Коллектив меня знал, я знал каждого, знал, к кому обратиться за помощью, как ускорить процесс, как сделать так, чтобы каждый объект завершался не только успешно, но и с рекомендациями. Жизнь налаживалась, и я чувствовал себя на своем месте.
И вот, в один из таких прекрасных, плодотворных дней, когда солнце светило особенно ярко, а в воздухе витал запах свежескошенной травы (или это просто мои мысли о летних проектах?), появился Роман. Старый друг, с которым мы не виделись, кажется, целую вечность. Он приехал без предупреждения, и его появление было таким же внезапным, как и его предложение.
"Слушай, у меня тут одна тема есть," – начал он, усаживаясь напротив меня в кафе – "Необычная схема, понимаешь?"
Я кивнул, пытаясь вспомнить, о чем он говорил по телефону. Его "схемы" всегда были для меня чем-то из области фантастики, туманными намеками на какие-то невероятные возможности. Я не понимал, что он имеет в виду, но его энтузиазм был заразителен.
"Я тут кое-что делал, можно еще раз попробовать," – продолжал Роман, жестикулируя. – "Это… это может быть очень выгодно. Но нужно небольшое вложение."
Я внимательно слушал, пытаясь уловить суть. То ли Роман объяснял плохо, то ли его "необычная схема" была настолько сложной, что я просто не мог ее охватить. Я видел его горящие глаза, чувствовал его уверенность.
"Вложение?" – переспросил я, пытаясь сфокусироваться. – "Какое вложение?"
Роман махнул рукой. "Небольшое. Совсем небольшое. Главное – это идея. А идея у меня есть. И ты, с твоим опытом… ты идеально подходишь."
Я понимал, что мне нужны будут некие финансовые ресурсы, но насколько "небольшие" они будут, и на что именно они пойдут, оставалось для меня загадкой.
Роман
Роман – это не просто друг. Это вихрь, это фейерверк, это вечный двигатель, который, кажется, работает на чистом вдохновении и женских сердцах. Я же - менеджер. Моя жизнь – это отчеты, коммерческие предложения и планы, планы и их выполнение прежде всего.
Роман никогда не думал о завтра. Его «сегодня» было настолько ярким, настолько насыщенным, что будущее просто терялось в его сиянии. Он жил моментом, как будто каждый день был последним, и его нужно было прожить так, чтобы потом было что вспомнить. А вспоминать было что.
Его артистизм был не просто талантом, а какой-то врожденной магией. Он мог завести любую публику, будь то на сцене или просто в компании, а когда он садился за рояль, казалось, что клавиши сами тянутся к его пальцам. И эта внешность… фотогеничная – это слишком слабое слово. Он был воплощением мужской красоты, уверенности и той самой искры, которая притягивает, как магнит. Все девчонки были от него без ума, и я не мог их винить.
В Советском Союзе, где ценился упорный труд и планомерное движение к цели, Роман был белой вороной. Его творческая натура, его мозг, который, казалось, был создан для искусства, а не для бухгалтерии, часто брал верх над всем остальным. Аналитические способности? Они, конечно, были, но часто терялись в океане его безумных идей.
Он постоянно носился с какими-то грандиозными проектами. То это была новая музыкальная группа, которая должна была покорить мир, то какая-то невероятная идея для бизнеса, которая, по его словам, должна была сделать нас всех миллионерами за одну ночь. Я, честно говоря, не всегда верил в его затеи. Часто они казались мне слишком уж фантастическими, оторванными от реальности. Но что я мог противопоставить? Моя рутинная работа менеджера, где каждый день похож на предыдущий, казалась мне такой же серой и предсказуемой, как и мои собственные мысли.
Иногда я завидовал ему. Завидовал его свободе, его бесстрашию, его способности жить полной жизнью, не оглядываясь назад. Он был как птица, которая летит, куда ветер дует, а я… я был как тот, кто сидит на земле и смотрит ей вслед, мечтая о том, чтобы хоть на мгновение почувствовать этот полет.
Но, несмотря на всю мою скептичность, я всегда был рядом. Потому что Роман – это мой друг.
Проваторов.
Я до сих пор не могу точно сказать, что именно заставило меня согласиться на эту авантюру. Возможно, это была интрига, возможно, обещание легких денег, а может, просто скука от рутины. Отпросившись на фирме под каким-то нелепым предлогом, я, вооружившись наличными, отправился на встречу с Романом. Он ждал меня в центре Москвы, в каком-то модном кафе, где воздух был пропитан запахом дорогого кофе и еще более дорогих духов. Рядом с ним сидел незнакомый мне мужчина, представившийся Александром Проваторовым.
Александр Проваторов был человеком, которого не замечали, пока он не хотел быть замеченным. Худощавый, словно вытянутый из тени, острый, пронзительный взгляд, он скользил по людям и предметам с той же внимательностью, с какой опытный сиделец оценивает новую камеру или потенциальную угрозу. Когда он улыбался, а это случалось редко, обнажались вставные зубы. Отсутствие образования было очевидно в его речи, в редких, но метких словечках, которые он употреблял, в его неловкости при попытке поддержать светскую беседу. Он не был тем, кто мог бы цитировать классиков или рассуждать о политике. Его мир был более приземленным, более осязаемым.
Но за этой внешней простотой скрывалась удивительная хватка. Проваторов обладал редким даром видеть суть вещей, улавливать невидимые нити, связывающие события и людей. Он не был болтуном, не тратил слова попусту. Каждое его слово было взвешено, каждое действие продумано. Его сообразительность проявлялась не в витиеватых фразах, а в молниеносных решениях, в способности найти выход из самой запутанной ситуации, когда другие уже опустили руки. Он был человеком, чье прошлое оставило на нем неизгладимый след, но чья сообразительность и хватка делали его ценным, даже опасным, союзником. Роман пояснил, что Александр – это человек, на котором "числились" фирмы. Не просто фирмы, а целый десяток "однодневок", где он одновременно выступал и директором, и учредителем. Звучало это как начало какого-то криминального триллера, но Роман уверял, что все законно. Ну, или почти законно.
Перед нами лежал внушительный список этих самых фирм, возглавляемых Александром. Роман показал мне его, и я, признаться, был впечатлен. Десяток названий, каждое из которых, вероятно, скрывало за собой какую-то свою, никому не ведомую историю. Наша задача, как объяснил Роман, была проста: проверить наличие денег на счетах этих фирм. А чтобы Александр был заинтересован в этом деле, я оплачивал его каждый визит в банк. Каждый бесполезный визит мне стоил полторы тысячи рублей из моего кармана. Александр был не в курсе наших истинных намерений и походов в банк.
Дело пошло. Мы с Романом начали "охоту". Перечень фирм был перед глазами, и теперь по каждой из них мы заказывали список открытых счетов. Это было похоже на детективную игру, где каждая новая информация приближала нас к цели. Роман с Александром, как опытные игроки, заходили в банки, предъявляли документы, и им без лишних вопросов предоставляли остаток по счету. Ведь Александр был и директором, и учредителем. Для банковской системы он был единственным и неоспоримым хозяином этих фирм.
Остатки по счетам везде были разные. Где-то скромные суммы, где-то побольше. Мы методично просматривали каждую цифру, каждый ноль, ища тот самый, максимальный остаток. Это было похоже на поиск золотой жилы в океане информации. Каждый новый счет, каждая новая сумма вызывали в нас то надежду, то разочарование. Но мы не сдавались. Ведь где-то там, среди этих бесчисленных фирм и счетов, скрывались деньги, которые мы искали. И я, несмотря на всю абсурдность ситуации, чувствовал, что мы на верном пути. Пути, который вел нас к чему-то большому. Или, по крайней мере, к чему-то очень интересному.
Удача.
Третий день поисков тянулся бесконечно. Пустота. Где-то – абсолютный ноль, где-то – жалкие крохи, которые Роман презрительно называл "неинтересными". Мы шли дальше, ведомые неутолимой жаждой миллионов. И вот, удача.
Проверяли счет ООО "ОПТСТРОЙТОРГ" в банке "24.ру" на Маяковской. Остаток – более миллиона. Это было оно. То, что мы искали. Но добраться до заветных денег оказалось не так просто. Это был интернет банк, только с одним офисом в г. Москва. Нужен был оттиск печати. Или, как мы решили, ввести свою печать в банковскую карточку. Что мы и сделали.
Взяв в налоговой копии уставных документов и изготовив новую банковскую карточку, мы получили доступ к счету "ОПТСТРОЙТОРГ". Первым делом – отключили всех, кто руководил счетом до нас. Убедившись, что управление теперь только в наших руках, и сделав корпоративную карту, мы отправились снимать деньги.