Олег Кожин – Игра в куклы (страница 13)
На улицу их выпустили лишь через трое суток.
Серый
В этот раз что-то изменилось. Пустота, образованная смертью Юрки, никуда не делась. Недавняя победа никак ее не компенсировала. И все же сегодня все было как-то иначе. Словно Юркина тень в заломленной на затылок бейсболке стояла, облокотившись на турник, отпуская ехидные комментарии. Охлажденное ливнем солнце поумерило пыл, ласково касалось мальчишек, неторопливо подрумянивая их кожу загаром.
Домашний арест Тохи закончился в полдень. С утра мать отправила его в магазин, затем отпустила-таки на тренировку, а после обеда решила не продлять наказание. Правда, компьютер и телефон все еще оставались под запретом, но свободу передвижения Тохе вернули. Битый час он болтался по детской площадке. Подтягивался, пока руки совсем не окаменели, висел вниз головой, засунув ноги между перекладинами лестницы, палкой чертил в пыли круги. Когда на улицу выбрался Жан, треть детской площадки усеивали загадочные фигуры вроде тех, чье появление на полях приписывают инопланетным пришельцам. Стиснув ладонь друга, Тоха улыбался так радостно, точно не видел его по меньшей мере лет пять:
– Разжалобил предков?
– Ага. – Жан мотнул головой, рассыпая по плечам солому волос. – Смотрю в окно – ты сидишь, ну и начал родителям ныть, что они изверги и нельзя так с единственным сыном-подростком, который ничего криминального не сделал. Они поломались для виду, но выпустили. Правда, до восьми всего.
– А Серёня как?
– Он по дому уборку доделает и тоже выползет. Я с ним списывался. Его родители думают, что мы на их сынулю дурно влияем, так что сильно не жестили. Только на улицу не выпускали – испугались очень, когда нас на крыше взяли.
– Да мы всех здорово напугали, чего там… – виновато прогудел Тоха.
Помолчали. Жан кивал, машинально крутил серьгу в ухе, делая вид, что увлеченно разглядывает таинственные круги на земле. На деле же думал о чем-то своем. Наконец спросил:
– Как ты, кстати? Тебе больше всех досталось. Он тебя швырнул так – я думал, ты костей не соберешь.
Тоха задрал футболку, оголяя живот и грудь, превратившиеся в один огромный кровоподтек.
– Во! – Он с гордостью обвел рукой лиловатые разводы. – Думали, ребра сломаны, но докторша сказала, просто гематома. Меня никакому дракону не сломать!
– Ты серьезно видел дракона?
Голубые глаза Жана с интересом глядели на Тоху, неуверенно мнущего собственные пальцы.
– Д-да… только…
– Что «только»? Договаривай!
– Ну… Он сначала казался каким-то нереально огромным. Гигантским просто! Крылья во всю крышу, и башка под потолок. Я тебе ору-ору, а ты какие-то танцы эльфийские исполняешь, уворачиваешься, отступаешь, хотя мог бы ему реально крыло подрезать. А потом, когда ты в сторону сквозанул, он раз – и пропал! Телепортировался, или черт его знает… Короче, смотрю – а он уже на Серёню забрался, а сам меньше раз в десять стал…
Веснушки Тохи залило краской стыда. Он прижал подбородок к груди и еще яростнее заскреб палкой по земле.
– А ты что-то другое видел? – пробубнил он.
– Кракена, – просто ответил Жан.
– Че? – Тоха недоверчиво оторвал взгляд от земли.
– Кракена. Ну, знаешь, здоровенную такую махину с кучей щупальцев. Если честно, я только щупальца и видел. Я вообще всех этих осьминогов не очень. Даже на море из-за них нормально расслабиться не могу. Плыву, а сам представляю, что вот сейчас оно меня ка-ааа-ак схватит…
– Тебя, может, по головушке сильно приложило? – участливо спросил Тоха. – Я тебе точно говорю…
– Погоди точно говорить, – перебил Жан. – Вон Серый идет. Я думаю, он сейчас такое расскажет, что мы оба удивимся.
От подъезда, шаркая кедами, шел Серый с пакетом мусора в руке. Не доходя до контейнеров, свернул на площадку, к друзьям. Он выглядел как пережившее бурю молодое дерево – потрепанное, облетевшее, но несломленное. Обычно аккуратно расчесанные волосы торчали во все стороны, руки сплошь покрыты синяками и царапинами, а по щеке разлился здоровенный кровоподтек. Бросив мешок у входа на площадку, Серый подошел к Жану и, игнорируя протянутую руку, порывисто обнял его. Тоха попытался отстраниться, но тоже был заключен в объятия.
– Пацаны… пацаны… – как заевшая пластинка все повторял и повторял Серый.
– Давай разнойся еще, – буркнул растроганный Тоха. – Давно дождя не было.
– Ай, залепи уже! – с нежностью огрызнулся Серый, улыбаясь.
Казалось, он и впрямь вот-вот заплачет. Влажные глаза его метались в треугольнике между лицами друзей, окном дома и стоптанными носками кедов.
– Я тогда не успел… все так быстро случилось… Пацаны, вы же мне жизнь спасли! Еще б чуть-чуть, и он…
– Кстати, – перебил Жан. – Кто «он»?
– Как «кто»? – Серый удивленно захлопал выгоревшими ресницами. – Мертвяк, конечно. Вы чего, пацаны? Вы ж сами его…
– Сами, сами, не дергайся! – успокоил Жан, многозначительно поглядывая на Тоху.
– Вы сговорились, что ли? Жан кракена бил, ты мертвяка. Я что, один с драконом сражался?
– С чего ты вообще решил, что там дракон? – удивился Жан.
– А с того, что Юрец нам что написал? Дракон, небольшой, с крыльями! Было такое, а?! Там и был дракон!
– Ага, здоровый такой, – ехидно усмехнулся Жан. – Под потолок.
Лицо Тохи сделалось пунцовым. Он открыл было рот, но Жан предупреждающе поднял руку:
– Я вот что думаю – не было там ни мертвеца, ни дракона, ни щупальцев. Было что-то другое… Вот ты, Тоха, ты туда шел рубить дракона – и встретил дракона. А я шел и боялся, понимаешь? Аж коленки тряслись. Я вообще про дракона не думал, просто чувствовал страх. А ты, Серый?
Серый потупился, шаркнул по земле кедом:
– Я так… слабо помню. Может, и про дракона думал, не знаю. Только шел за вами и думал, что у меня спина открыта, а в кино всегда первыми жрут тех, кто сзади идет. И еще темень эта… не люблю, когда за спиной темно. Шел и думал: а вдруг… блин, сейчас так глупо звучит… думал – а что, если Юрка стал призраком и бродит тут?
– Вот и сошлось, – задумчиво кивнул Жан. – Все увидели то, что хотели увидеть. Осталось понять, что это за тварь на самом деле. Серый, ты к ней ближе всех был, может, что заметил? Не глазами – тут, похоже, какой-то камуфляж у нее, – но руки-то чувствовали, что держат?
– Н-не знаю… – Худые плечи Сереги передернулись от воспоминаний. – Я вот сейчас понял: я ж его на вытянутых руках удерживал. Он ко мне лезет, челюстями щелкает, а я держу и даже веса не чувствую – только напор, силищу… А потом ты его по хребту мечом отоварил.
– Ну, я сам не много видел. Только крылья и заметил.
– Ага, были крылья?! – встрепенулся Тоха. – Значит, дракон все-таки!
– Нет, не дракон. – Жан покачал головой. – Я в темноте не разглядел, да еще в глазах звездочки летали, но оно совсем рядом было, так что силуэт я разглядел. У него вообще шеи нет, и башка такая приплюснутая… правда, рога, похоже, есть. А из пасти гнильем несет…
– А ведь точно, – оживился Серый, кажется, впервые поверивший, что на него напал вовсе не мертвяк. – От него пахнет… пылью, что ли? Только изо рта воняет – как у Тохи, когда он зубы не почистит.
– Иди ты! – обиделся Тоха.
Все замолчали, погрузились в нерадостные мысли. По всему выходило, что разгадка не стала ближе, лишь обросла новыми тайнами. Жан подал голос:
– Подведем итоги. Тварь все же небольшая. Она пролезает в слуховые окна, жрет маленьких собачек и вообще, не смогла Серого на руках побороть.
– У нее что, руки есть?! – удивился Тоха.
– Не знаю, но крылья есть точно. Как иначе она на крышу попала? И на Ригачина она тоже высоко забиралась, пацаны говорили. И я точно видел крылья и чувствовал поток воздуха от них. Это она нас крыльями так раскидала.
– Маловато, – честно сказал Серый.
– Еще она умеет как-то влезать в мозги и пугать самыми жуткими кошмарами. Может, она и мысли читать умеет.
– Блин, почему «она»? – взъярился вдруг Тоха. – Что ты заладил – «она», «она»!
– Потому что тварь – она… – начал разъяснять Жан и тут же осекся, сообразив: – Постой, ты что-то видел, да?
Пойманный с поличным, Тоха не нашелся с ответом и густо залился краской. Он мялся, как двоечник у доски, то открывая рот, то вновь закрывая. Внутри него смущение боролось с желанием поделиться увиденным с друзьями. Друзья терпеливо ждали, не торопили, и Тоха решился.
– Я видел лицо как у старухи! – выпалил он. – В морщинах все, и глаза белые, типа слепые, что ли. А еще клык торчит из-под губы. Как баба-яга, блинский, все как Колено рассказывал! Но это же чушь какая-то, а?!
– А ты не… – начал Серый.
– Хочешь сказать, я старух боюсь?! – Тоха выпятил тяжелую челюсть. – Ну давай, скажи, скажи…
Он угрожающе надвинулся на Серого. Тот развел руками – дескать, а чего я-то? Тоха с минуту понависал над ним, играя желваками, но в итоге махнул рукой. Вцепился в перекладину турника, подтянул ноги кверху и повис на носках, головой вниз, всячески подчеркивая свое полное безразличие.
– Так что? – Серый задумчиво почесал кончик носа. – Все-таки это ведьма, что ли?
– Так-то все сходится, да. Но кто его знает, – неопределенно сказал Жан. – Плохо, что мы ее упустили.
– Почему это упустили? – сипло выдохнул Тоха. – Мы ее прикончили!