Олег Ковальчук – Системная ошибка (страница 77)

Крякин лишь молча покивал.

— Итак, теперь переходим к основному вопросу нашего собрания, — объявил Мухаметдинов, многозначительно посмотрев на меня, затем на Степнова. После, его взгляд упёрся в Крякина, и в воздухе повисла напряжённость. — Наши аналитики считают, что уже через четыре дня Кайрон найдёт способ обойти ограничения щита. В связи с этим мы должны ускорить запуск протокола «Ликвидация» для планеты Гевея.

Капитан сделал паузу.

— Здесь есть четверо человек, способных повлиять на систему. Остальные — уважаемые люди, которые тоже должны иметь возможность высказаться. Мы должны проголосовать. Кто за немедленный запуск протокола «Ликвидация», без периода охлаждения?

Мухаммеддинов первым поднял руку. Следом руку поднялаХельга, хотя права голоса у неё по сути не было. Следом присоединился мэр города Севастьянов. Я увидел дрожь в его пальцах. Степнов тоже поднял руку. Затем присоединились и все остальными.

Медлили лишь я и Крякин.

Наступила тишина, которая стала невыносимой. Крякин не поднимал руку. Он просто сидел в своей клетке, оглядывая всех присутствующих невозмутимым взглядом. Секунды тянулись бесконечно.

— Глеб, ты проголосуешь? — спросил Мухаметдинов.

Для меня это послужило сигналом.

Я поднял руку вверх.

Время остановилось. Крякин упёр в меня тяжёлый взгляд.

— Итак, у нас есть трое согласных… — объявил Мухаметдинов, но его грубо прервали.

Крякин, зарычал будто зверь. Его тело судорожно напряглось. Мышцы вздулись под кожей. Глаза вспыхнули зелёным светом. Мэр и еще двое присутствующих инстинктивно отшатнулись.

Бывший техник вскочил на ноги и врезался в прутья клетки. Клетка затрещала под его натиском.

— Вы меня не удержите! — взревел он, и это был совсем не голос Глеба. — Вы все будете частью меня. Все! Каждый из вас!

Глава 27

Ликвидация Гевеи

Мне на миг показалось, что толстенные прутья начинают поддаваться. Металл скрежетал, деформировался под чудовищной силой монстра.

Мухаметдинов спокойно встал и посмотрел на беснующегося в клетке монстра.

— Глеб Крякин, в связи с потерей разума, я лишаю тебя полномочий и разжалую до выяснения обстоятельств, — объявил капитан, а затем скомандовал: — Изолировать его, немедленно.

Что-то зажужжало. Клетка засветилась.

Крякин завопил ещё пронзительнее, но его крик почти тут же заглушил принявшийся гудеть щит.

— Мы ожидали чего-то подобного, — невозмутимо продолжил Мухаметдинов. — В любом случае, для воздействия на систему нужно три человека. Права «вето» Глеб лишён. У нас развязаны руки.

Я лишь стиснул зубы, борясь с нервной дрожью. Мухаметдинов предупреждал о таком. Это было частью его плана и мне стоило лишь подивиться его предусмотрительности.

— Итак, решение принято единогласно, — объявил Мухаметдинов, и его голос гулко прозвучал по всему помещению. — Завтра мы погрузим всех незаражённых жителей планеты Гевея на спасательные челноки и для начала отправимся в стратосферу. До тех пор пока линкор «Живин» изолирован, на его территории не получится воскреснуть. Поэтому постарайтесь не умереть в эти промежутки времени.

— Дальше мы отправимся с вами на орбиту и запустим процесс ликвидации, — продолжил он. — Думаю, энергетической волны высотой тысячу метров над уровнем земли хватит, чтобы вычистить всё живое здесь.

— Хочу внести предложение, — произнёс Степнов. — Я бы предложил увеличить уровень волны до трёх тысяч метров. Не будем забывать о птицах.

— Разумное предложение, — согласился Мухаметдинов. — Две тысячи метров. Так и запишем.

Несмотря на щит Крякин явно слышал каждое слово.

Он вдруг успокоился и уставился на Мухаметдинова тяжёлым взглядом. Метаморфозы произошедшие с ним за пару минут стали очевидны. Он снова стал монстром. А еще стало ясно, что Кайрон нас обманул — из его системы нет выхода.

— Вы не улетите, — произнёс Крякин, и в его голосе звучала уверенность. Он рассмеялся. — Планета станет моей. А вы все будете частью моей системы.

— Улетим, — спокойно ответил Мухаметдинов, и в его глазах я увидел непоколебимость.

— Ваш город сметут с лица этой планеты. Вы не успеете даже их этой комнаты выйти.

На экранах появилось изображение, которое заставило многих в этом зале ахнуть. Сотни тысяч заражённых понеслись вперёд зелёной волной, прямо к крепости. Двигались они с чудовищной неотвратимостью.

— Вам осталось считанные минуты, — произнёс голос Крякина, наслаждаясь каждым словом. — Попрощайтесь с системой «Прозрачной жизни». Попрощайтесь с тем, что вы называли жизнью.

Я ждал паники. Ждал, что кто-нибудь вскочит, что начнётся хаос. Но ничего этого не произошло.

Мухаммеддинов спокойно выслушал угрозу и ответил, улыбаясь краешком рта:

— Прошу занести в протокол. Ликвидация нужно запустить незамедлительно, в связи с угрозой извне, — затем он повернулся к Крякину. — Мы были готовы ещё вчера. Час назад последний житель погрузился на челнок. Ждут только нас. И к слову. Этот план придумал Глеб Крякин, до того как отправиться к тебе.

С этими словами, капитан развернулся и скомандовал:

— Все на выход, господа. Время поджимает, — затем, не поворачиваясь к Крякину, он произнёс: — Прощай, Глеб, — в его голосе я услышал горечь. — Если ты меня слышишь, надеюсь, мы с тобой ещё увидимся, хоть ты и не вспомнишь последний месяц своей жизни.

Мухаметдинов шагал по ангару чеканя шаг. Его взгляд был сосредоточен и суров, и это отвлекало от того, что он был бледным. Он держался, но его выдержка не отменяла того, что капитан только что подписал смертный приговор целой планете.

— Ты как? — спросил я, поравнявшись с Мухаметдиновым.

— Это было непростое решение, — со вздохом кивнул он. — Самое непростое решение в моей жизни.

Я протянул ему ладонь, и мы крепко пожали руки.

— Спасибо, что поддержал, — произнёс он, затем прибавил ход.

Когда мы двигались к взлётно-посадочной полосе, нас сопровождали звуки орудий. Залпы грохотали с частотой пулемёта. В небо взметнулись комья земли. Снаружи слышались крики и вой сотен тысяч глоток.

— Наверное, там забавная картина, — произнесла Хельга. — Люди бегут с голыми руками на орудия, которые способны сметать планеты. Да уж.

Я покачал головой.

— Интересно, что там Боксёр делает? — спросил я.

— Радуется, — хмыкнула Хельга. — Что ему ещё делать? Пускай пока резвится. Ему недолго осталось.

Я стиснул зубы.

Я всё ещё наивно надеялся, что всё образуется. Что удастся избежать худшего исхода. Я верил в Мухаметдинова. Он не раскрыл всех карт, но то, что он уже продемонстрировал, говорило что у этого человека всегда есть минимум шесть тузов в рукаве.

Мы погрузились на челнок. Там было тесновато — маленькие комнатки, предназначенные только членам экипажа. В основном же люди сидели в огромном салоне, переоборудованном для множества сидячих мест.

— Очень надеюсь, что они действительно могут отслеживать нахождение Кайрона, — произнесла Хельга вполголоса. Она оглядела толпу перепуганных людей вокруг нас. — Здесь одного заражённого хватит, чтобы все превратились в зелёненьких человечков.

Я лишь вздохнул и покивал головой. Хельга ни на секунду не снимала с себя броню. Даже призналась, что спала в ней. Оружие она тоже держала наготове. Я тоже винтовку держал на бедре. Так, на всякий случай.

Капитан Мухаметдинов показал чудеса организации. На посадку и подготовку челноков к старту, было потрачено едва ли пятнадцать минут. И уже спустя тридцать секунд после закрытия шлюзов была отдана команда о готовности взлета.

Людей в городе не осталось. Разве что Глеб Крякин…

Орудия продолжали бить по толпам безумных тварей, что пытались сломить защиту города. Орудиям не нужны были люди, ими управляла интеллектуальная система обороны корабля. Орудия сами отслеживали живые цели и уничтожали их.

Как прокомментировал один из техников, что сидел рядом с нами, самая большая сложность была в том, чтобы настроить систему бить по людям.

— Ведь она настроена на сражение с кораблями, — возбуждённо рассказывал он. Было видно что нервничает, от того и болтливый. — Знали бы вы, как мы с ума сходили, когда переписывали протоколы. Закон не бить «по людям» там чуть ли не несущая конструкция. Нам почти с нуля пришлось переписывать систему обороны.

Пол под ногами затрёсся. Значит взлетаем…

Я увидел Мухаметдинова. Он нашёл меня глазами и махнул мне, чтобы я подошёл.

— Пойдём в командный пункт, твоё присутствие необходимо, — произнёс он.

— Молодой человек, вообще-то горит сигнал «пристегните ремни», — возмутилась сидящая рядом пожилая женщина.

— Он военный офицер! Какие к чертям ремни?

Я со смехом освободился и встал на ноги. Несмотря на шатающийся пол, чувствовал я себя уверенно.