Олег Ковальчук – Системная ошибка (страница 49)
Я как раз приблизился к подножию холма, за которым, судя по дальномеру, скрывались наши веселые артиллеристы.
Да и звуки боя оттуда доносились весьма явственные, вместе со вспышками и взрывами.
Вот только Хельгу не увидел.
Ничего не понял, но решил последовать инструкциям. И так темно, ещё и Хельгу тут высматривай.
— Левее, — услышал я знакомый шёпот.
Посмотрел в сторону откуда доносился звук и ничего не увидел.
— Вперёд шагни! О-о-ой… Всему вас учить надо.
Её ремарку пропустил мимо ушей, но инструкции последовал.
Сделал шаг и будто какую-то границу перешагнул. Едва не наступил на Хельгу, которая сидела на земле прямо передо мной и что-то мастерила.
До меня тут же дошло значение слова купол.
— Ты же воевать хотела, — удивился я открывшейся картине.
— Сейчас, подожди, — принесла она.
Я увидел в её руках небольшой белый мячик, мигающий синим индикатором. Сжав его в руке, она подкинула свою игрушку вверх. Да так высоко, что я даже голову задрал, чтобы проследить за ним.
Мячик тут же упал, а следом пришло сообщение от Хельги. Я даже удивился, зачем писать, когда я рядом:
В сообщении было закреплено изображение. Я увидел шестерых воинов, которые встали полукругом у машины и из автоматов отстреливались от заражённых. Вот кривых бедолаг было душ восемьдесят. Причём многие из них были изранены, а кто-то даже смертельно. Но шагать не переставали, наступая жутковатой стеной.
Картинка вызвала у меня смешанные чувства.
— И что делать? — риторически спросил я. — Проще подождать, когда они друг друга перебьют.
— А если не перебьют? — снова разминая мячик в руке спросила Хельга.
— Ну, тогда изучить, кто из них лидирует. И помочь слабой стороне. А там уже разобраться со слабаками, — ответил я.
— Справимся? — спросила Хельга.
Я задумался.
— Там воины серьёзные. По крайней мере, если судить по броне. Вполне может быть, что они без амнезии и у них уровни не заблокированы как у нас.
— Либо давно уже здесь и разобраться успели что к чему, — кивнула Хельга.
— А это точно не наши? — спросил я ее.
— Хотелось бы верить, но боюсь, что по нам стреляли точно не заражённые, — пожала она плечами.
— Ну вот какого хрена они на нас нападают? — злобно рыкнул я. — Из-за безумной Рианны?
— Да кто их придурков знает? И опять же — мы ведь новички. Я хоть и восстановила память, но всё равно ослаблена. Зачем по нам артиллерией стрелять?
— Тоже верно, если, они высоких уровней, могли бы нас в упор расстрелять.
Хельга вздохнула и пожала плечом.
— Может, решили перестраховаться? Всё-таки, как я поняла, Рианна была неплохим воином. Хитрая. Изображала из себя слабачку, а на самом деле та ещё… Но мы её победили. Разгадали её план и победили. Вполне может быть, что поэтому и решили перестраховаться.
— Ну да, похоже на правду, — задумчиво произнёс я.
— Ребята, ребята! Вы где? — услышал я окрик. — Ребята!
— Твою мать! Чего он орёт? — не выдержал я.
— Сейчас, подожди, поищу — у меня он где-то был в контактах, — раздражённо проворчала Хельга.
Через секунду Боксёр перестал орать и направился в нашу сторону. Видимо Хельга объяснила ему, почему орать не следует.
— Вы где? — зачем-то пригнувшись, шёпотом спросил лысый.
Я помахал ему рукой.
— Он тебя не видит, — отрывисто бросила Хельга. — Я же говорила на нас полог невидимости, — произнесла Хельга.
— Полог чего?
— Да простейший, по сути, модуль, позволяющий слиться с окружающим миром, — вздохнув, терпеливо начала объяснять она. — В такой темноте он тебя точно не увидит, даже с повышенным восприятием. Сейчас я ему скину геопозицию.
— Может, не надо? — произнёс я. Причём сначала спросил а потом подумал. С одной стороны Боксёр в нашем отряде, но как же он порой раздражает. Да и спину ему подставлять не особо хочется.
Хельга с интересом посмотрела на меня.
— Продолжай.
Я поглядел на блуждающего в низине Боксёра, который звал нас. Собравшись с мыслями, сформулировал ответ:
— Рианна, как ты говоришь, не из наших. Не понятно, кто она, что здесь делает, но точно не из наших. А вот Боксёр в нашем отряде, но до потери памяти точно был из её братии. Но что, если сейчас всё вспомнит? Или поймёт, что мы не на одной стороне?
— Ты, безусловно, прав. Но если он сейчас здесь орать будет, от него будет не меньше вреда. Можно конечно его подстрелить, но ты сам понимаешь…
Хельга поморщилась и искоса глянула на меня, будто решаясь — говорить дальше или нет.
— Для безопасности, я на него гранату повесила, — наконец призналась она.
— Ты что сделала? — воскликнул я. — Гранату⁈
— Ну а что? У меня те же подозрения, что и у тебя. Но только я привыкла действовать, а не размышлять попусту, — невозмутимо пожала плечами Хельга. — Если он начнёт вести себя подозрительно, я его отправлю вдалёкое путешествие — до капсулы восстановления.
— На меня тоже повесила гранату? — спросила я с прищуром. Без вызова, скорее устало.
— На тебя — нет. Я тебя и так убью, если что, — честно произнесла она, глядя мне в глаза, затем рассмеялась.
— Не смешно, Хельга, — произнёс я, искоса взглянув на Боксёра, что продолжал кружить по поляне разыскивая нас. Упорный какой.
— Ну уж прости, не могу удержаться от юмора. Но, как я уже говорила — тебе я верю. А вот Боксёру — не очень. Но мало ли, кто мы на самом деле. Я в себе то не уверена.
— А что может быть не так. Я вижу тебя, как ты себя ведёшь. Ты жесткая, и излишне категоричная в своей решительности, но зато прямая. Не думаю, что ты долго станешь носить камень за пазухой.
Хельга рассмеялась. Я непонимающе взглянул на неё.
— Ты не учитываешь фактор системы, — отсмеявшись, спокойно ответила она. — Видишь ли, все мы рождаемся разными и взрослеем по-разному. Но с набором опыта всё может поменяться кардинально. А что говорить про тех, кто живёт несколько столетий. Из-за потери памяти, нас значительно отбросило назад. Так сказать, к заводским настройкам. Я не удивлюсь, если Боксёр действительно какой-нибудь адмирал или большой командир. И это не исключает того, что в этом периоде своей жизни он полный придурок. Просто успел пожить, набрался опыта, многое пересмотрел. Но сейчас, лишившись памяти, мы все оказались как бы на базовом уровне.
— Ну а ты? Я бы не назвал тебя неопытной девчонкой. Выглядишь ты молодо, но ведёшь себя…
— Я часть памяти восстановила. Но да, кажется я всегда такой была, — она усмехнулась чему-то своему. — На дальней дистанции все себя ведут по-разному. Слабые вполне могут изменить жизнь и стать сильными. Сильные, уйти в себя и растерять ту искорку, которая толкала их на Олимп. Никогда не угадаешь, к чему приведёт та или иная история.