Олег Ковальчук – Дорога королей. Наемник 2 (страница 9)

– Я не прошу об истреблении. Я прошу помочь мне отомстить. Бернард. Я пришла к вам. Я прошу вас о помощи. Я предлагаю вам объединение наших владений… Да более того, вы ведь будете главой. Вы заставляете меня сомневаться в вас как в достойном союзнике. Мне приходится уговаривать вас воспользоваться такой выгодой.

– Да, я с вами согласен. К тому же, женитьба на вас это и правда заманчивое предложение. Я уже и не надеялся найти достойную супругу. Но поймите меня правильно, это серьезное решение мне нужно все обдумать.

– Бернард, боюсь, что времени на обдумывание у нас не остается. У меня нет другого выхода. Либо я подожду еще чуть-чуть и буду вынуждена обороняться, либо нападу первой. В любом случае вам, скорее всего, некому будет давать свое согласие. Вы останетесь на том же уровне, что и раньше. Будете кусать локти от того, что когда-то не воспользовались своим шансом. Я думала вы полны амбиций. Однако вижу, что вы не способны воспользоваться удачей которая сама залетела к вам в рот. – Лерея поднялась со своего места уперлась руками в столешницу. – Кто не рискует, тот не пьет шампанское.

– Интересное выражение, – задумчиво произнес Бернард. – я обязательно запомню его.

– Многих привели? – спросила Лерея у Барода, начальника личной гвардии рода Вульфсон. Они спускались в темницу родового замка семьи Вульфсон.

Лерея заметно хромала, но твердо отказалась от какой-либо помощи.

– Четверых. – с готовностью ответил Барод. – Их всего было пятеро, но последнего не удалось взять живым. Если честно и с этими четырьмя тоже пришлось серьезно повозиться…

– Избавь меня от этих подробностей, – прервала его Лерея. – Если план удастся, мы сохраним гораздо больше твоих людей. Так что смотри на это, как на инвестиции.

При жизни Акиллы Вульфсона, Лерея не проявляла интереса к внутренним делам, по крайней мере она никогда не участвовала в управлении или принятии каких-либо решений.

После смерти Акиллы, люди ожидали от этой хрупкой женщины слабости и опрометчивых поступков. Поэтому, когда она вдруг взяла управление в свои руки и проявила железную хватку, порядка стало даже больше чем при господине Вульфсоне.

Вскоре они спустились к темницам и вошли в первую камеру. Ее занимал здоровенный мужик. Он был прикован кандалами к стене в максимально неудобной позе.

Саму камеру, казалось, разрабатывали мастера своего дела. Она идеально подходила для вызывания тоски и обреченности у содержащихся здесь.

– Мне, мать вашу, кто-нибудь наконец объяснит что здесь происходит? – прорычал заключённый сплюнув под ноги вошедшим.

– Да как ты смеешь без разрешения открывать свой рот в присутствии госпожи Вульфсон?! – сразу же взвился начальник гвардии.

– Барод, – жестом руки прервала его Лерея. Присев на скамью напротив узника, она молча посмотрела тому в глаза.

Здоровяк же, замолчав, стал с интересом изучать посетительницу.

– Госпожа Вульфсон, – с задумчивостью пробормотал он. – Вы знаете? У нас с вашим мужем была вполне конкретная договорённость. Мы исправно платили десятину со своего промысла и не грабили деревни. – проговорил он спокойно. На его лице играла ухмылка. Он-то думал что его серьёзно прижали, а здесь, всего лишь, женщина расшалилась. – А нам за это, была гарантирована безопасность на ваших землях. Я думал все наши соглашения с домом Вульфсон в силе. Даже не смотря на гибель господина Акиллы.

– Я тоже так думала, – ответила Лерея. – Однако уже через несколько дней, я гоняла по своим землям налетчиков, что вырезали жителей шести деревень. Я смотрела подписанное соглашение. Контроль таких случаев тоже оставался за вами.

– Да, был такой пункт в договоре. – узник облизнул губы и искоса поглядел на Барода. Он вдруг вспомнил рассказы о том что случилось с разбойниками. – Но смерть Акиллы и его сыновей тоже никто не мог предсказать. Это знаете ли форс-мажор. И если бы не ваша обратка, таких залетчиков было бы куда больше.

Лерея спокойно поднялась на ноги и подойдя к прикованному, размахнувшись, отвесила тому пощечину. Именно на такой случай она надела тяжёлую латную перчатку на руку.

– Для тебя, он покойный господин Акилла, – она сказала это спокойно глядя мужчине в глаза. От тяжелого удара, у мужчины лопнула кожа на скуле и на пол потекла тонкая струйка крови. – Договорённость была и она нарушена, – продолжила Лерея. – Я даже удивлена, почему ты озадачен своим положением. Я вот пришла посмотреть на тебя и подумать как тебя казнить.

Мужчина снова посмотрел на Барода, будто ожидая от того помощи.

– Госпожа, я готов компенсировать, – быстро проговорил он.

– О как, – произнесла Лерея, повернувшись к собеседнику спиной и направившись обратно к скамье. – То есть ты приведешь в деревни несколько сотен трудолюбивых и исправно платящих крестьян? Хорошо. В какой срок?

– Я… я думал о денежной компенсации. Или об увеличении десятины. Я признаю вину, но зачем убивать курицу несущую золотые яйца, верно? – он снова посмотрел на Барода, – Верно же?

– Как зовут тебя, приговорённый к смерти клятвопреступник? – с лёгкой насмешкой спросил Лерея.

– Тариком кличут, – хмуро ответил прикованный. Его глаза забегали от одного лица к другому. Он пытался понять насколько серьёзна ситуация в которую он попал и то что он не мог ничего прочитать по лицу Лереи, заставляло не на шутку волноваться.

– Не нужны мне твои деньги, Тарик. – покачала головой Лерея. – Мне нужен был покой на моих землях, а я тебе даже доверять не могу. Откуда мне знать, что это были не твои люди? Ты же сам разбойник.

– Госпожа Вульфсон, – Тарик силился выглядеть спокойным, но это становилось все сложнее. Эта хрупкая женщина, стала вызывать в нём настоящий страх. – Я думаю вы не стали бы спускаться сюда просто так. Уверен у Вас есть какие-то требования. Я готов обсуждать любые условия… – Он посмотрел в глаза Лереи, надеясь разглядеть в них хоть что-то.

Лерея облокотилась спиной на стену и молча оглядывала собеседника.

– Думаю, отдать его на растерзание замковым псам. – вместо ответа произнесла она. – Да, Барод? Вон он какой здоровый. А так и простому люду потеха, и собак хоть покормим. Давно они человечину не ели.

Барод ничего не ответил. Казалось он был ошарашен не меньше главаря разбойников.

– Г-госпожа, нельзя же так… А как же суд?

– Хм, суд. Хорошая идея. Барод, сколько времени уйдет на сбор овдовевших крестьян из тех деревень? Нужно выбрать из тех что потеряли всех близких и детей. Что бы совсем обозлённые.

– Думаю дня два. Три максимум, – ответил озадаченный начальник стражи.

– Вот они судить и будут, – задумчиво произнесла Лерея. – Так и поступим.

С этими словами она поднялась со скамьи, слегка поморщившись, когда наступила на больную ногу. Повернувшись в сторону выхода, она двинулась вперёд.

– Госпожа! Госпожа Вульфсон! Ну подождите, дайте мне шанс. Позвольте отработать, я всё сделаю. Всё что скажете. Ну что вы хотите? Мою сокровищницу, я расскажу где она. Людей собрать? – я соберу, дайте время, я все сделаю. Госпожа Вульфсон…

Лерея остановилась у самых дверей и задумчиво поглядела на разбойника. Она сощурила глаза, будто раздумывала о чём-то.

– Барод, наверное одного из псов нужно поместить в камере. Привяжите его так чтобы смог дотянуться зубами, ну скажем, до руки. Хочу чтобы в моей спальне, были слышны его крики. Хорошо?

На Тарика было страшно смотреть. Он трясся и хватал ртом воздух. Псы-людоеды Вульфсонов были не пустым звуком и Тарик это знал. Можно было бы сомневаться в том, что женщина способна на самом деле отдать такой приказ. Можно было бы предположить, что госпожа Вульфсон всего лишь издевается. Но в ее глазах не было и намека на слабость или жалость. В глазах этой женщины, плясал огонь кровожадности.

– Думаю, суд и твоя казнь, случится в течение этой недели, Тарик. – продолжила Лерея. – Я хочу, чтобы всю эту неделю, ты думал о том что нельзя пренебрежительно относиться к соглашениям с семьёй Вульфсон.

Лерея вышла из камеры и глубоко вздохнула. Ей предстояло еще три подобные беседы.

Спустя час, в камеру Тарику и еще к трем главарям разбойничьих группировок и правда привели псов. Их привязали так, чтобы они едва-едва могли дотянуться до прикованных узников. Собаки лаяли и рычали как безумные. Они щелкали зубами в сантиметре от плоти, пытаясь добраться до человеческого мяса.

Тарик вжимался в стену, боясь что животное сможет ухватить его. Он не мог расслабиться и на миг. Все было рассчитано с точностью до миллиметра. Стоило зазеваться, и пёс дотянется.

Лерея отдала приказ продержать псов сутки. А после этого, она снова навестит узников. Эти меры, она называла подготовкой к переговорам.

У нее было много планов, и она рассчитывала успеть всё за одну неделю. Это был скорее спортивный интерес, нежели необходимость. Однако Внутреннее чувство ей подсказывало, что именно таким временем она и располагает.

– Знаешь Тарик, наверное я все же предложу тебе небольшое дельце, – спокойно проговорила Лерея, проигнорировав поток жалоб и причитаний.

Этот здоровенный мужик, что наводил ужас на подручных, сейчас хныкал как девчушка. На лице женщины играла надменная улыбка.

Нравилось ли это зрелище Лерее на самом деле? – Нет.

Но ей нужен был результат. А для его достижения, она готова была на все. И сочувствие к человеческим страданиям, было задвинуто куда-то очень далеко.