Олег Константинов – Норильск – 90-ые (страница 22)

Вечером Звонарёв у себя дома ждал Злобина. Когда он пришёл, Звонарь пригласил его в зал и предложил виски.

– Не люблю виски, – отказался Игорь.

Звонарь посмотрел на него вопросительным взглядом.

– А чего хочешь? Водка? – постарался сказать Звонарь слово «водка» на американский манер, как Шварценеггер в роли милиционера в фильме «Красная жара».

– Да нет, ничего не хочу.

У Злобина сложились со Звонарём деловые отношения на взаимовыгодной основе. Они делились друг с другом полезной информацией, и вдобавок Игорь стал регулярно получать от Звонаря небольшие конвертики с купюрами. Чаще встречались в каком-нибудь скромном кафе, а на квартире у Звонаря Игорь был первый раз. Он внимательным взглядом обвёл звонарёвские хоромы: просторный зал с высокими потолками, дорогая мягкая мебель, антикварный шкаф и несколько икон на стенах. Звонарь с удовольствием приметил, что Злобину понравилась обстановка в его квартире.

– Шкаф с материка вёз – Царских времён, – пояснил Звонарь, – здесь такого антиквариата нет. Можно только ретро приобрести у старой номенклатуры – тоже хапали в своё время коммунисты. Как говорится, красиво жить не запретишь.

На журнальном столике Злобин увидел книгу Марио Пьюзо «Крёстный отец». Показав на неё жестом головы, спросил:

– Походить хочешь?

– Да ну брось, Игорь, – засмущался Звонарь, – Просто фильм хороший и книга тоже. Говорят, что Брежневу этот фильм очень нравился. А мне зачем эти понты?

– Ну-ну, не скромничай, – незаметно подковырнул Злобин, – вес набираешь, матереешь. Смотри, не заиграйся.

– А чего мне опасаться? У меня со всеми всё ровно.

– А с Воробьёвым?

– А что мне этот Воробей?

– Ну, вроде как, в смотрящие метит.

– Да брось ты, Игорь, какой он смотрящий?

– А кто у нас в городе смотрящий?

– Нет у нас смотрящего. Сейчас Джумаров, директор рынка, спортсменов себе набрал.

– И что они?

– Да ничего. Больше для охраны, но вес имеют. Против меня Джумаров конечно не попрёт – обломает зубы.

– А Воробья-то не хочешь прижать?

– Да не хочу с ним пока связываться, руки марать.

– Ну давай я поспособствую, – предложил Злобин, – Узнай, когда он драгметаллы из Норильска потащит.

– Да не проблема.

Звонарь подошёл к антикварному шкафу, взял оттуда конверт и положил его на журнальный столик перед Злобиным. Подполковник заглянул в него и, заметив, что Звонарь не забыл вложить туда гонорар за недавнюю услугу, сунул конверт во внутренний карман.

14

Дерябин кое-как смог вырваться со службы домой. Он опять припозднился, хоть и старался возвращаться домой пораньше, но никак не получалось. Валера уже достаточно долго жил с Ритой и был с ней очень счастлив. Из театра Рита ушла, вконец разругавшись с режиссёром, и уже давно нигде не работала. Какое-то время это её устраивало, но безделье, к тому же на Крайнем Севере, стало её доставать. Правда, у Риты сохранились хорошие отношения с коллегами по театру и прочей норильской богемой, поэтому свои вечера она, как правило, проводила на какой-нибудь вечеринке, где можно было курнуть травки, или понюхать кокаина.

Рита услышала, как Валера открыл дверь и вошёл в квартиру. Она вышла в коридор, чтоб встретить его. Они слегка обнялись и поцеловались.

– Как прошёл день, Валера? – ласково спросила Рита.

– Нормально, солнышко. А у тебя? – в тон ей ответила мужчина.

– У меня тоже.

Рита стояла в коридоре, прислонившись к стене, и с улыбкой наблюдала, как Валера разувается. Валера разулся, выпрямился и перехватил на себе её взгляд. Он подошёл к Рите и ещё раз её поцеловал. Ему показалась странной её улыбка.

– Ты что, под кайфом? – спросил он, отстранившись от неё и внимательно вглядываясь в её лицо.

– Не говори ерунды, Валера, – уклонилась от ответа Рита.

– Ну я же вижу.

– Просто курнули травки.

– И где вы только её берёте?

– А то ты не знаешь. На каждом углу какой только дури нет.

– Надо как-нибудь тряхнуть всю вашу компанию, – шутливо сказал Валера.

Однако Рита наоборот настроилась на серьёзный лад:

– А чем тебе наша компания не угодила? В нашей компании все люди интеллигентные и дурь в город не прут. А вот почему ваша компания превратила Норильск в самый наркоманский город?

– А при чём тут наша компания?

– А вы разве не крышуете тех, кто наркоту продаёт?

– Я – нет, – твёрдо сказал Дерябин.

– А твои коллеги?

– Мои коллеги борются с торговлей наркотиками.

– Вижу я, как они борются. Ты по Ленинградской пройдись – каких только обдолбышей не встретишь прямо на улице.

– Рита, всё не так просто. Здесь много факторов соединилось. Наркотики всю страну заполонили, а в Норильске просто народ побогаче, вот и прут сюда наркоту с юга. Когда-нибудь всех прижмём.

– Вот тогда и будешь мне морали читать. А сейчас я ничего страшного не вижу в том, что иногда травку курю. Алкаши бывают гораздо страшнее и неприятнее, – как бы подытожила Рита, но вдруг внезапно спросила, – Валера, а что мне ещё делать остаётся? Норильск – не мой город. Мне здесь всё обрыдло: грязь, морозы, полярная ночь. Я хочу на материк – туда, где море и солнце, и люди не прячут свои лица в воротники каждый раз, выходя на улицу.

Валере не хотелось ссоры, и он еле сдерживал раздражение от того, что девушка не может войти в его положение: у него здесь служба, должность, стаж. И тут же он сам себя ловил на мысли, что и ему всё это уже давно обрыдло, и он с удовольствием бы махнул на материк вместе с Ритой. Но он не был готов к импульсивным переменам в своей жизни. Просто придти на работу и уволиться? А что дальше: всё здесь бросить, уехать на материк и начать всё с нуля? А получится ли в такое нестабильное время. Да и отношения с Ритой казались для него какими-то шаткими, несмотря на то, что в данный момент у них всё было хорошо – слишком разное у них было прошлое и слишком разные у них были планы на будущее.

15

Буравский вышел из подъезда и сел в подъехавшую иномарку.

– Привет, братва, – поздоровался Бур с сидевшими в машине тремя парнями.

Те ему ответили.

– Давай сейчас к ювелиру заедем – он должен был нам сегодня бабло приготовить, – сказал Буравский своему водителю.

– Понял.

– Ну, как вчера отдохнули? – спросил Буравский парней.

Парни сразу же повеселели, вспоминая вчерашний вечер.

– Да нормально, Бур, – начал один, – вчера Батон какого-то фуфела прессанул в «Созвездии». Ну, а он там, типа, спортсмен.

Бур весело заулыбался, проявил интерес:

– А чё произошло-то?

– Да мы сидим за столиком, а он подошёл – стул у нас взял без спроса. Я ему говорю, ты чё, блин, борзота, берега попутал? А он, прикинь, послал меня.

– Да ты чё? – вставил со смешком Буравский.

– Ага, вообще, охренел. Ну я ему и зарядил прям в зале. Потом на улицу вышли – я ему ещё там добавил.

– А это не джумаровские спортсмены были? – уточнил Буравский.