Олег Кондратьев – Тайный груз (страница 31)

И Талеев твердо ступил на трап корабля.

Глава 9

Центральный отсек миниатюрной подводной лодки больше напоминал главный пост управления на многоразовом космическом корабле своими непривычно малыми даже для субмарины размерами и потрясающей насыщенностью всевозможными приборами. Определить с уверенностью предназначение многих из них стало бы серьезной задачей и для опытного подводника.

А капитан 2-го ранга Сергей Редин, безусловно, был как раз таковым. Более десятка лет службы на самых современных подводных ракетоносцах, девять дальних автономных плаваний в различных уголках Мирового океана, морские походы подо льдами и всплытие на Северном полюсе, бессчетное количество ракетных и торпедных стрельб, учений, аварийных тревог и фактического противостояния с мощными натовскими подводными и противолодочными силами.

Потом в тяжелые для нашего флота дни была «ссыльная» служба на корабле-перегрузчике, занимавшемся перезарядкой активных зон ядерных реакторов тех же субмарин. Вот когда собственными руками довелось пощупать урановые стержни, которыми до этого управлял, щелкая ключами на пульте главной энергетической установки подлодки. Как раз в этот период службы и свела впервые его судьба с журналистом Германом Талеевым, который, разумеется, инкогнито, оказывал… э… некоторую специфическую помощь соответствующим органам в обнаружении и перекрытии каналов нелегального ввоза в нашу страну отработанного радиоактивного топлива из-за рубежа. Дело-то все заварилось как раз «по представлению» Редина, случайно обнаружившего на своем перегрузочном корабле неучтенный груз (роман «Двойной захват»).

А дальше последовала операция по сохранению и доставке в наш ядерный исследовательский центр оч-чень важной улики – настоящего отработанного уранового стержня из недр атомного реактора какого-то «Джорджа Вашингтона». Именно тогда их шапочное знакомство переросло в настоящую дружбу, ибо ничто так не сплачивает симпатизирующих друг другу единомышленников, как совместное путешествие на грузовике через полстраны под градом пуль и снарядов небольшой армии отборных головорезов крупного криминального олигарха, серьезно настроенного похоронить навечно неугодную улику вместе со всеми ее сопровождающими (роман «Игра на своем поле»).

И неудивительно, что, когда помощь потребовалась самому Редину, похищенному с симпозиума в Швейцарии агентами разведки одной ближневосточной страны, в дело тут же вмешался весь талеевский квартет – Вадим, Анатолий и Гюльчатай – с привлечением мощнейших ресурсов самой Команды (роман «Последний поход Анахит»).

Такая вот исключительно боевая дружба.

– Черт возьми! Когда-то, в прошлой жизни, мне приходилось подрабатывать в цирке у одного нашего прославленного иллюзиониста, сидя в малюсеньком неудобном ящике. Никогда бы не подумал, что вновь придется испытать такие давно забытые ощущения. – Вадим осторожно поводил плечами и оглядывался, стараясь не сходить с места и не задеть ненароком какой-нибудь важный технический узел.

Редин усмехнулся:

– Не преувеличивай, какая же тут теснота: ты вон, например, спокойно головой крутишь. А Толик вообще молниеносно через люк на нижнюю палубу попал.

– Еще бы! Он же у нас снайпер.

– Ребята! – Голос откуда-то снизу был хоть и глух, но хорошо слышен. – Я не нарочно! Я не хотел. Мне сюда не надо!

– Сиди уж, Вильгельм Телль! Еще не хватает, чтобы ты к нам сейчас заявился со всеми своими телесами. Приткнись где-нибудь в уголочке, а про все интересное я тебе потом при случае расскажу.

– Эх, не обнялись даже по-человечески!

– Мужайся, может, еще доведется свидеться.

– Да не о тебе я, гуттаперчевый ты наш, я о прославленном Подводнике и Ликвидаторе, грозе отечественных олигархов и иностранных спецслужб…

– Ну ни фига себе память!

Из люка, ведущего на нижнюю палубу, появилась голова Толика. Спускаясь в подводную лодку, «проскочить» центральный пост и оказаться палубой ниже – совсем небольшая оплошность для неопытного морехода.

– Как тут у вас все понаворочено.

– Да, сплошной Гемптон-кортский лабиринт!

– Тьфу ты, Вадик, прекрати выражаться!

– Так это же я цитирую для обалдуев…

– …«Трое в лодке, не считая собаки» Джером Клапка Джером.

Несмотря на тесноту, Вадик поклонился чуть не до самой палубы:

– Вот, посмотри, Серега, что даже с неотесанными чурбанами делает плодотворное общение с интеллигентным человеком!

– Ребятки, ребятки, как же я рад вас видеть!

Но мы здесь не одни, хозяева этого гостеприимного аппарата могут сложить о вас не совсем правильное мнение и даже засомневаться в благополучном исходе операции.

Действительно, на центральном посту находились еще три подводника в одинаковых легких темно-синих робах. Они, казалось, вовсе не обращали внимания на словесную пикировку друзей и сосредоточенно производили какие-то переключения каждый на своем рабочем месте. Однако на лицах всех бродили понимающие легкие полуулыбки.

– Уважаемые хозяева, – Вадим приложил к груди правую руку и повернул голову в сторону моряков, – простите великодушно моих неразумных друзей! Не ведают, что творят.

От небольшого пульта с разноцветными лампочками откликнулся один из команды субмарины:

– Ну, положим, «натворить» что-то на борту мы вам всеми силами постараемся не позволить, а пообщаться по-дружески и сами завсегда-с, с превеликим нашим удовольствием!

– Свои люди, сработаемся.

Редин посерьезнел:

– Командир лодки, – молчаливый молодой моряк, расположившийся в дальнем углу ЦП, сдержанно и с достоинством кивнул, – предоставил в наше распоряжение свою каюту. Так что, Толик, протискивайся обратно вниз и побеседуем накоротке по делу.

Командирская каюта была по размерам вдвое меньше купе в поезде. Сергей сел на небольшой стульчик у крохотного стола, а Вадим с Анатолием разместились на аккуратно заправленной койке.

– Для подробной экскурсии по кораблю у нас нет времени, а с тем, что будет необходимо для операции, вас потом ознакомят специалисты.

Вадим все-таки не удержался:

– Ты хочешь сказать, что на этой ныряющей табакерке есть еще и другие люди?! Где их прячут?

Неужели заморожены в размерах эмбриона?!

Редин только пристально глянул на него и продолжил:

– На борту, кроме нас, пять человек команды и столько же бойцов элитного морского спецназа. Начальство посчитало, что этого вполне достаточно. Оружие, средства связи, кое-какие технические приспособления – в основном для работы со взрывчатыми веществами – в изобилии и самого высокого качества. Для вас обоих есть эксклюзивные подарки лично от Макса Лифанова: набор метательных ножей для Вадима, который, как всем известно, не только в ящике иллюзиониста сиживал «в своей прошлой жизни», но и «работал» на арене цирка уникальный номер «Дом летающих кинжалов». – Вадик театрально раскланивался головой на все стороны. – А для Анатолия два пистолета с глушителями. Толик, я их видел, это просто сказка! Рукоятки похожи больше на эфес старинной шпаги с гардой, и такой замысловатый спусковой крючок…

– Да-а-а, порадовал Максик. Это оружие из моей коллекции. Никто посторонний из него не выстрелит. Я имею в виду, конечно, прицельно. Изготовлены строго под мои левую и правую руки. Да и глушители специальные, не толще сантиметра с небольшим.

– Наш «олимпиец» как раз к таким привык. Серега, а его олимпийскую медаль не передали? Для приобщения, так сказать, к сонму… и для нужного идеологического настроя… других участников, а? Хотя на фига нам теперь другие участники?! С таким реквизитом запустите внутрь нас с Толяном – и принимайте потом через десяток минут освобожденных узников террористического произвола!

– Конечно, непременно так бы и поступили, я не сомневаюсь. Вот только длина нашего кораблика больше трехсот метров, семь обитаемых палуб плюс трюма и надстройки, больше тысячи помещений. Достаточно перечислять?

– Башку бы открутил этим конструкторам современных «Титаников»! Эх, то ли дело какая-нибудь элегантная морская яхточка!

– Ладно, ребята. Я коротенько введу вас в курс дела, потому что, несмотря на вашу географическую близость к… эпицентру событий, Москва, бесспорно, обладает большей информацией в режиме онлайн и непрерывно держала нас в курсе происходящего. Благо на протяжении всего пути техника нам такую возможность предоставляла.

– Да уж! А мы тут ноги сносили по самые… отыскивая на побережье подходящую посудину, чтобы до точки встречи добраться, не утонувши. А уж о стоимости оказанной нам услуги я и не говорю.

Редин даже обиделся:

– А всем нам каково пришлось, доставляя сюда эту «малютку»?! К Шпицбергену вынуждены были от Северного полюса на спецсамолете заходить, там единственно безопасный путь. Потом гнать сюда под водой, как спринтеры, чтобы уложиться в 10 часов, а?!

– Да ладно, ладно. Не будем мериться… Вводи уж… в курс.

Сергей передохнул и уже спокойно продолжил:

– Из отведенных нам 12 часов прошли 9. За перемещениями захваченного судна постоянно ведется спутниковое наблюдение, так что мы располагаем точными координатами его местопребывания. Выявилась одна закономерность: террористы дрейфуют не просто, как бог на душу послал, а весьма целенаправленно. Судно неторопливо смещается в сторону архипелага с характерно говорящим названием «Тысяча островов». Это диаметрально противоположное направление тому, которое декларировали захватчики при первых контактах: Гебридские и Шетландские острова. Впрочем, конкретно для нас это не имеет существенного значения, пусть над таким фактом ломают себе головы мудрые теоретики в кризисно-антитеррористических штабах. Мы-то знаем, что все равно возьмем их здесь и сейчас. Вообще, нам это даже на руку: сокращается расстояние до точки рандеву. Но все равно часа три на переход придется затратить. Еще час уйдет на проникновение…