Олег Колмаков – Феноменальная память (страница 6)

Отчасти погрузившись в свои юношеские воспоминания; размышления о том, как бы могла сложиться моя последующая жизнь, если б я связал свою судьбу с той или иной миловидной девчонкой, как она могла меняться с годами; попутно вспоминая о своих школьных друзьях и подругах, я едва-едва не проехал нужную мне остановку.

На свой этаж я взбежал сам, отказавшись от услуг лифта. Едва успел выпить чашку кофе, как в мой служебный кабинет потянулись бригадиры и руководители различных служб. Пора было начинать утреннюю планёрку. Дождавшись, когда все свободные места за рабочим столом оказались заняты, когда на настенных часах минутная стрелка замерла на цифре двенадцать, я постучал по столу тыльной стороной шариковой ручки.

– Попрошу тишины!.. – мне пришлось призвать собравшихся к полному молчанию. После чего, я продолжил. – …Начнём с вопроса, по поводу которого мы безуспешно толкуем уж чёрт знает сколько времени. В конце-то концов, кто-то может дать мне вразумительный ответ: куда подевались, потерянные ранее фланцы, насосы, трубы, клапана и прочее?

– Александр Иванович, может, мы их попросту спишем? – обращаясь ко мне, тихо произнёс начальник склада. – …Ребята уж везде побывали, всё проверили…

– Я тебе спишу!.. – мне ничего не оставалось, кроме как грозно глянуть на «завхоза». И тут меня словно осенило, как будто бы пелена, которая до сего момента стояла перед моим взором, одномоментно рассеялась. – …Васильев, сразу после планёрки отправишься на Сибирский проспект, проверишь там нашу подсобку в двенадцатом доме на предмет наличия насосов, после чего заскочишь на Масленникова семьдесят восемь. Совсем недавно мы проводили на том доме капитальный ремонт системы горячего водоснабжения. Насколько я помню, инструменты и остатки материалов мы оттуда до сих пор не вывезли. Надо полагать, именно там и остались, как потерянные фланцы, так и обратные клапана. Иванов, тебе необходимо проверить бухгалтерию. Если кто-то помнит, то в начале месяца мы перекидывали в Тюмень какие-то трубы!..

За пару минут, фактически я вспомнил едва ли не всю логистику нашего предприятия за последние пару месяцев. Ну, а ближе к обеду, о какой-либо недостаче уже можно было полностью забыть.

– Но как?.. – в полном удивлении обратился ко мне тот же Васильев, вернувшийся с Масленникова. – …Каким образом ты узнал о насосах? Ладно, фланцы с клапанами, мы занимались ими сравнительно недавно. Однако насосы, которые я кое-как сумел отыскать, едва ли не в куче мусора?..

Сами понимаете, ныне я был до предела доволен собой. И не только потому, что память меня нынче не подвела; и вовсе не потому, что эта самая память оказалась намного лучше, чем у более молодых подчинённых. В гораздо большей степени я вдруг почувствовал себя дальновидным и прозорливым руководителем. И если вчера я только и делал, что считал дни до выхода на пенсию, то уже сегодня был готов трудиться на занимаемой ныне должности хоть пять, хоть десять лет.

Оставшись в своём рабочем кабинете в полнейшем одиночестве, от нечего делать я принялся припоминать, где, когда и при каких обстоятельствах мне ранее приходилось делать какие-то заначки, что-то прятать – при этом, я напрочь забывал о тех самых, сделанных ранее «запасах». Несколько позже я взялся припоминать: кто и когда занимал у меня деньги, о тех долгах, о которых совсем подзабыл. Делал я это не из каких-либо корыстных побуждений; не из желания уличить кого-то из знакомых в забывчивости, а так, чисто из любопытства; исключительно для проверки собственной памяти. Сами понимаете, не пойду же я вечером по друзьям и знакомым собирать деньги, занятые хрен знает, когда. Как не крути, а подобной акцией я скорее поставлю в неудобное положение не сколько своих должников, сколько себя самого. Впрочем, кто его знает?.. Если полностью довериться своей памяти, в те или иные периоды своей жизни, я попросту «простил» кучу народа, безвозвратно потеряв не менее десяти своих нынешних зарплат.

«Да, и хрен с ним!.. – отмахнувшись, и вольготно развалившись в директорском кресле, я вдруг обратился к самому себе. – …Мне интересно, почему ты не вспоминаешь, сколько денег ты сам занимал у друзей и знакомых при этом полностью забывал о своих долгах? Крайне неприятная тема. Пожалуй, мне следует закрыть её раз и навсегда. Всё, нет никаких долгов мне, и я никому ничего не должен!..»

В обязательном порядке следует упомянуть ещё и о том, что моя обновлённая память пригодилась мне в этот день не единожды. К примеру, ближе к вечерней планёрке я вдруг вспомнил о том, что завтра у нас с супругой годовщина свадьбы. Не юбилей, но всё же… Как не крути, а мои поздравления будут для Галины весьма и весьма приятны. Потому и забежал я вечерком в цветочный магазин. Именно так, достаточно простым способом мне удалось поделиться своим отличным настроением ещё и с супругой.

В тот день я вообще был «в ударе». Во время ужина я вдруг вспомнил о подкапывающем кране, о том, что мне необходимо починить, отремонтировать, наклеить и прочее, и прочее. В общем, в субботу и воскресенье мне было чем заняться. И откуда, спрашивается, силы взялись, если до сего момента мне требовалось не менее полугода, чтобы вкрутить какой-то там шуруп или забить гвоздь? А тут, буквально за пару дней я выполнил абсолютно всю домашнюю работу. Надо полагать, силы вернулись ко мне вместе с памятью. Выходит, прав был врач-невролог, ранее сообщивший мне о том, что связь между мозгом, памятью и телом очевидна. Дескать, многие области мозга активно вовлечены в управление нашим телом. Мозг «собирает» информацию о состоянии наших мышц, суставов, кожи и делает всё, чтобы они работали лучше. То есть, тренируя своё тело, мы отчасти тренируем свою память. По мнению всё того же врача, данная связь работает и в обратном направлении. Другими словами, через тело можно воздействовать на мозг, повышая его эффективность, работоспособность и когнитивные функции.

После успешно проведённых выходных, в понедельник я вновь отправился на работу. Спускаясь по подъездным ступенькам, до моего слуха вдруг долетел громкий шум чьих-то шагов. Кто-то очень быстро (потому и громко) спускался сверху. Я невольно оглянулся и увидел молодого человека с сумкой, спешащего вниз. Он обогнал меня на уровне первого этажа, после чего, выскочил из подъезда.

В принципе, данный эпизод мог бы и вовсе стереться в моей памяти, если бы не одно весьма важное обстоятельство. Дело в том, что вечером того же дня я вдруг столкнулся на лестничной площадке с сотрудником полиции.

– Уголовный розыск, майор Хожев! – представился мужчина, предъявив своё служебное удостоверение. – …Вы проживаете в данном подъезде или пришли к кому-то в гости?

– Я здесь живу. А в чём, собственно говоря, дело? – поинтересовался я в некотором замешательстве.

– Номер вашей квартиры?

– Шестьдесят шесть.

– В котором часу вы покинули стены дома? – майор продолжал свой допрос.

– Около семи утра!.. – ответил я и тотчас попытался кое-что уточнить. – …В конце-то концов, вы можете пояснить, что произошло?

– Отправляясь на службу, в подъезде или во дворе дома, вы не заметили чего-либо подозрительного?.. – полностью проигнорировав мои вопросы, сотрудник полиции продолжал гнуть свою линию. – …Быть может, вы встретились с кем-то из посторонних, стали свидетелем каких-либо противоправных действий?

– Нет-нет, всё было как обычно!.. – заверил я майора. Однако припомнив кое-какие утренние события, тотчас спохватился. – …Впрочем, постойте!.. Рано утром я видел молодого человека с сумкой. Он спускался по лестнице примерно с шестого или седьмого этажа. Не сказать, чтоб был тот парень чересчур подозрительным… Внимание к себе он привлёк лишь тем, что, спускаясь по лестничным маршам, он фактически бежал, обогнав меня на самом выходе из подъезда.

– Вы можете описать того молодого человека? – с нескрываемой заинтересованностью задал свой очередной вопрос сотрудник уголовного розыска. – …Быть может, припомните какие-то приметы.

– Видел я его весьма и весьма бегло!.. – на секунду задумавшись, я попытался воспроизвести в своей памяти некоторые подробности, связанные с тем самым парнем, которого я случайно встретил сегодняшним утром. – …Тем не менее, это был мужчина двадцати трёх лет, худощавого телосложения. Рост порядка ста семидесяти семи сантиметров; тёмные, короткие волосы; карие глаза; брови густые; на лбу небольшой шрам, около трёх сантиметров. Молодой человек был одет в светлый кожаный плащ, тёмные джинсы, чёрные ботинки. В руках он держал спортивную сумку синего цвета с надписью… Кажется Reebok. Вот, пожалуй, и всё.

Майор глянул на меня в полнейшем изумлении.

– Всё это ты запомнил за какие-то считанные доли секунды? – произнёс он после зависшей паузы. Причём, удивление сотрудника уголовного розыска, как-то вдруг переросло в откровенное подозрение, дескать, не являюсь ли я подельником преступника, не увожу ли я следствие по ложному следу?

В общем, мне пришлось дать кое-какой комментарий.

– Не поверите, но у меня с детства отличная память на лица. Имя и фамилию я могу запросто забыть, тогда как визуально… Мне достаточно лишь беглого взгляда.

– Посмотри!.. – майор протянул мне несколько фотографий. – …Быть может, ты узнаешь среди них того самого молодого человека?