Олег Измеров – Стройки Империи (страница 68)

- Это связано со "сменой вех"?

- Конечно. Раньше в учебниках писали то, что скажет партия. Теперь партия будет говорить то, что ученые напишут в учебниках.

- То-есть, будут прикрываться научной мыслью?

- Опираться. Научная мысль развивается, появляются новые теории. Конечно, ученые должны понимать свою ответственность перед обществом... Короче, по телевизору так объясняли.

Прекрасные времена, подумал Виктор. Времена, когда люди говорят "так сказали по телевизору". По телевизору плохого не скажут. Пройдет лет сорок, и они будут говорить "я нашла в Интернет".

В глубине аллеи, за прямоугольной чашей фонтана, заваленной до весны потемневшей листвой, в свете фонарей тихо грустил Пушкин. Над деревьями кремлевским созвездием сияли красные огни на вершине парашютной вышки, и над ними, среди неярких звезд, медленно ползли огни транспортного самолета.

- Пошли через Брод. В парке уже темно, - сказала Соня, и потянула Виктора на асфальтовую дорожку вдоль высокой ограды, за прутьями которой дремал особнячок в стиле модерн, окруженный детскими горочками, песочницами и качельками.

- Могут напасть?

- Можем напугать влюбленных. Пусть себе целуются. Ты знаешь, в девятиэтажках на Молодежной обещали скидки.

- Лишь бы войны не было.

- Война... - Соня зябко повела плечами, - война, война... Иногда мне кажется, мы уже привыкли жить на вулкане. Мы все спокойно говорим о войне, о ядерном оружии, и обсуждаем между собой, что будет носиться будущим летом и как лучше расставит мебель в квартире. Думаю, из Белграда, если что, артистов и специалистов вывезут.

- Надеюсь. Если я что-то понимаю в этом мире, заварушка начнется не там.

- Уже началась.

- Сегодня?

- Давно. Пока мы ходим в кино, репетируем, ездим на природу, в Индокитае американцы жгут напалмом деревни. Каждый день сотни людей гибнут ради нас. Не из-за нас, а ради нас. Наши испытывают новые ракеты, китайцы получают закаленный в боях командный состав, и все потому, что американцы решили покорить несколько маленьких гордых народов. Или стереть их, как фашисты. И мы все знаем, что эти заживо сгоревшие женщины и дети спасли сотни тысяч наших женщин и детей, может быть, миллионы. И спокойно выбираем на Куйбышева лиловый кримплен, и думаем, будет ли он к лицу... У Рязанова, наверное, наболело.

- Но вы же можете действовать на души. Своими песнями, музыкой.

- Как раз сегодня и было. "Что потерял ты здесь, парень, из теплого штата Невада? Слышишь, как мать рыдает, увидев твои награды?" Просили исполнить на "бис". А потом они расходятся и обсуждают новостройки. Видишь "Журавли"? - она кивнула на горящие в ночи огромные окна фабрики-кухни. - Народ отдыхает и танцует шейк.

- Может, там свадьба, - возразил Виктор. - Не отменять же ее. И я очень рад, что кримплен не дефицит, и никто не ворчит, что советская власть не может обеспечить народ тканями. Якобы не может обеспечить, конечно.

- Только не говори, что наш кримплен имеет всемирно-историческое значение. Это у тебя от тридцатых. Отсталые элементы не хотели замечать достижений. В тридцать седьмом тебе было двадцать лет... Ты помнишь тридцать седьмой?

- Я помню тридцать восьмой.

- Все равно. Сейчас отсталых элементов нет. Теперь достижения во всем. Жить надо в настоящем времени. Если человек долго живет в другом времени, он теряет свое.

...Одинокое окно эконома долго горело на бледном фасаде, освещенном газосветными трубками фонарей, и рыжая луна, уходящая за кромку леса над куполами Троицкой церкви, была похожа на это окно. Завершалась неделя, и Виктор еще не знал, что принесет ему следующий день.

29. Маски сброшены.

- Вас не подвезти?

Корин стоял у знакомого бело-голубого "Циклона", затормозившего на углу Почтовой.

- Да я вообще в гастроном иду... Я зачем-то понадобился?

- Скорее мы вам понадобились. Вы ничего не хотели бы нам сказать?

Прозрачное, светло-голубое небо чашей висело над Бежицей. Хриплый гудок маневрового донесся со станции. Пахло дровяным дымком и где-то в соседнем дворе слышались крики ребятни: "- Вада! - Нет, не вада!"

Внезапно Виктор почувствовал, что он смертельно устал от ожидания непонятно чего. Так бывает, когда до зарезу надо сделать какую-то работу, и после длительных попыток начинаешь понимать, что от тебя совершенно ничего не зависит.

- Да, конечно. Если ко мне есть какие-то вопросы, можно меня просто вызывать и спросить, а не присылать Вочинникова с какими-то неопределенными намеками? Чтобы можно было отвечать просто существительными и глаголами - он встретился, она сказала, он передал?

Корин потупил голову в некотором раздумье. Было слышно, как урчит мотор "Циклона".

- Вочинников больше не будет вас беспокоить, - неторопливо произнес Корин, и после некоторой паузы добавил, - он арестован.

- Надеюсь, не из-за меня?

- Из-за вас. Ему предъявлено обвинение в шпионаже. Взяли с поличным, во время сеанса радиосвязи, когда он запрашивал у своих зарубежных хозяев разрешения ликвидировать вас.

- Поздравляю. Значит, это и был тот самый? И теперь... ну, это... все ясно?

- Да как вам сказать... Кстати, я вас не сильно напугал?

- Я уже морально подготовился.

- Ну, это хорошо. Тогда я познакомлю вас с одним хорошим человеком, который нам всем очень помог.

Он махнул рукой. Дверь "Циклона" хлопнула. К ним подошел молодой жизнерадостный брюнет в бежевом двубортном полупальто и шарфике в крупную шотландскую клетку. Очень знакомая одежда...

- Простите, это случайно не вы были на кафедре с этим... - Виктор повел рукой у своего подбородка. - Товарищ Григян?

- Позвольте представить, - произнес Корин. - Тофик Гасанович Дадашев, артист Москонцерта. Поскольку он уже выступал на публике, пришлось прибегнуть к небольшому маскараду.

- Вы? Тот самый знаменитый Тофик Дадашев?

Тофик Гасанович смутился и даже немного покраснел.

- Виктор Сергеевич, вы так говорите, будто я сам Вольф Мессинг. Я только год работаю.

- Ну, вы явно покрепче Мессинга... Так это, как его... вы теперь все знаете?

- Ничего мы не знаем, - сердито ответил Коорин. - Давайте сядем в машину, там не так холодно.

- Давайте по порядку, - начал Корин, устраиваясь на диване из винилискожи. - Благодаря товарищу Дадашева мы установили следующее. Во-первых, вы, Виктор Сергеевич Еремин, всерьез думаете, что вы из будущего, причем другого будущего, и вообще путешествовали по разным временам нашей истории. При этом вы абсолютно разумно полагаете, что с такими мыслями вас могут принять за сумасшедшего, и стараетесь вжиться в реальность. Но этого мало. Господин Вочинников, матерый агент ЦРУ, тоже абсолютно убежден, что вы явились к нам из будущего. В этом его убедил ликвидированный им агент, который сообщил о похищенном у вас радиотелефоне со встроенной микро-ЭВМ и принадлежностях к нему и каких-то непонятных деньгах "Банка России". По словам Вочинникова, агент ликвидировал гражданина Бородкова, который произвел кражу из камеры хранения. Сам агент проник в вашу квартиру и обнаружил в подоконнике тайник с принадлежностями к телефону. Практически сразу нашел. Есть такой местный обычай - класть монеты под подоконник.

- Да? - удивленно произнес Виктор. - А я и не знал...

- Также на совести этого агента и убийство Незнамовой - ему показалось, что она хочет выйти из игры, потому что ей не удалось добиться, чтобы вы остались у нее на квартире. Она должна была подмешать вам в чай специальное средство, и потом заявить, что вы принудили ее к вступлению в связь, чего она не сделала. Агент сообщил Вочинникову месторасположение тайника, после чего Вочинников столкнул его под поезд и начал попытку шантажировать вас двойником-предателем. Так что версия с загипнотизированным изобретателем отпадает. Остается вопрос, почему американские спецслужбы бросили целую сеть ради одного человека в городе, где есть целый ряд объектов, имеющих стратегическое оборонное значение?

- Так вы же видели мобильный телефон.

- Вы никогда не смотрели пьесу Робера Тома "Ловушка для одиного мужчины"?

- Смотрел два раза, двадцать лет тому вперед. Это имеет отношение?

- Вочинников ничего не обнаружил в тайнике. Тайник был пуст и Вочинников запаниковал. Он решил, что предметы и валюта попали к нам. Вы своим выступлением на кафедре вообще вынудили его потерять осторожность. В итоге резидента мы взяли, но у нас нет улик для подтверждения вашей версии. С медицинской точки зрения вы ничем не отличаетесь. Разве что хорошим здоровьем для своего возраста. Мочеполовая система как у тридцатилетнего мужчины, словно не было войны, голода и прочего. Но это может быть по разным причинам.

- А телепатия? Разве это не детектор лжи?

- Виктор Сергеевич, так называемый "детектор лжи" у нас считается незаконным методом ведения следствия, как и пытки. Он выявляет не истину, а субъективные представления о ней гражданина на бессознательном уровне. Представления, которые могут быть результатом внушения или самовнушения. То-есть, можно внушить человеку, в том числе и под гипнозом, что он убийца, затем проверить "детектором лжи", и он покажет, что тот якобы убийца. Это разновидность признания, а еще Вышинский в своем учебнике писал, что глубоко неверно смотреть на признание как на "царицу доказательств". Одним словом, если с Вочинниковым все более или менее ясно, то вам придется "жить в ожидании Элизабет", потому что неизвестно, то ли это неизвестное науке явление, то ли вам это внушили, а Вочинникова дезинформировали с целью какой-то пока неясной нам игры. Вочинников не видел никакого телефона с ЭВМ, и не знает, был ли он там, или это вымысел.