Олег Измеров – Ответ Империи (страница 45)
– Конечно, фантастика, – улыбаясь, подтвердил Мозинцев., вы хотите сказать, что я стащил у Майкрософт какую-то альфа-версию, и теперь вы каким-то образом будете шантажироват– Как и то, что на ноутбуке господина Штольца оказались два файла от той версии системы Эн-Ти, которую фирма еще не выпустила. Конкретно – эти файлы еще не доделаны. Я не верю, чтобы вы их дописали, отладили и откомпилировали.
– Это Штольц вам сказал? Или сделал сенсационный репортаж на «Ди Эрсте»? Ну, так это обыкновенная желтушка, газетная утка. Кровавая гэбня злодейски подменяет файлы журналисту, пишущему правду об империи зла, чтобы шпионить за подробностями интимной жизни кинозвезд. Они и не такое сочинят.
– Очень смешно. Так вот, никакой сенсации немцы не устраивали.
– Откуда же вы тогда знаете?
– Оттуда. Наивный вопрос.
– У, а это уже статья.
– Какая статья? – спросил Мозинцев, чуть наклонившись вперед. – Что у вас, простите, за шпиономания?
– Я про шпионов ничего не говорил.
– У вас на лице написано, что вы думаете. Не волнуйтесь, информация получена от частных знакомых. Наших с вами общих.
– От Инги?
– Настоящее ее фамилия не Ласманэ, а Лацман, она сотрудник германского торгпредства, имеет пропуск в Брянск для консультаций по каким-то вопросам выпуска техники по лицензии. Корни у нее действительно в Риге, а Ласманэ – это латышский вариант фамилии Лацман. Так что все по-честному.
– Ну, что ж, как честный человек я готов на ней законно жениться. Если речь клонится к этому.
– А это ваше дело. Но главное запомните – все это совершенно законное дело частных лиц. – И Егор Николаевич скрестил руки на груди.
– А пуля в «Соловьях» – тоже законное дело частных лиц? – спросил Виктор.
– Какая пуля? – встревоженно подскочил Мозинцев.
– Партнеры не все доверяют друг другу? В нас с Ингой стреляли в «Соловьях», в День освобождения Брянска.
– Расскажите подробнее.
– Сначала расскажите, что это за идея с двойниками, с несуществующей операционкой, и чего вы от меня хотите на самом деле.
– Узнаете… Впрочем, вы можете и не рассказывать. Марсель! – И он всплеснул руками. – Как я сразу не понял, вот башка…
– Что еще за Марсель?
– Марсель Леверье, французский студент. Филолух. Мальчишка. Прицепился к Инге на одной из международных выставок, влюбился с первого взгляда – ох, уж это мне пацанское самолюбие, – потащился за ней в Брянск. Инга говорила, что окончательно отшила его, и он уехал. Значит, соврал… Но вы не бойтесь, на убийство из ревности он не потянет, кишка не та. Видать, хотел пугануть Ингу из спортивной пневматики, он тут возле досаафовских тиров ошивался. Ладно, разберемся. Не берите в голову.
– Да я вообще не беру в голову все эти странные истории. Вы извините, если я больше не смогу вам ничем помочь, то я пошел: устраиваться надо.
– Я бы на вашем месте не торопился, – медленно проговорил Мозинцев. – Я бы на вашем месте сейчас тоже все отрицал.
– Что именно отрицал?
– Да пустяки, мелочи всякие. Может, вы эти деньги на улице подобрали, а историю придумали, чтобы не искать владельца.
– Какие деньги?
– Те, что Финозову продали. Я, кстати, перекупил. Двойник – тоже, в жизни бывает всяко-разно. Файлы на ноутбуке Штольца, диск, который он заметить успел, – да ошиблись немцы или провокацию устраивают. Вот так бы я говорил. Все это не главное. Главное, что у вас, Виктор Сергеевич, здесь нет прошлого. Не только документов – их можно потерять, их стырить могут, но у вас прошлого здесь нет, и мы с вами это прекрасно знаем. Нет людей, которые подтвердили бы ваше предыдущее существование, ни у нас, ни у них. Так что насчет подпольного гастарбайтера из ЕС – это тоже липа, и компетентным органам это доказать раз плюнуть. И что они тогда будут думать?
– Вам бы, Егор Николаевич, романы писать. Еще пять минут – и вы убедите меня, что я шпион Уругвая.
– Вы не шпион, у вас подготовки нет.
– Спасибо за доверие.
– Пожалуйста. Вы случайно попали в другое время.
– Совершенно правильно, – ответил Виктор голосом с крайней степенью вежливости, которая обычно выдает в собеседнике дипломата или психиатра, – вы победили, сдаюсь. Я турист из Российской Федерации, у нас теперь путешествуют на машинах времени, случайно отстал от группы. Интересующий вас товар остался в машине, но где-то… – и он посмотрел на часы, – где-то уже через час за мной должны вернуться, и я заодно отдам вам этот диск. Сейчас мне надо как раз идти, а не то разминемся, так что не прощаюсь, потому что еще зайду.
Он спокойно и уверенно встал с кресла, вышел в гостиную и протянул руку за плащом на вешалке.
– Никуда вы не пойдете, – раздалось за спиной.
Виктор оглянулся и увидел направленное на него дуло пистолета. Куцый, похожий на зажигалку довоенный «байярд» в руке Мозинцева, в этой квартире с антиквариатом и компьютером, выглядел странно и вместе с тем как-то органично, словно в сцене из старого советского фильма.
«Доигрались…»
Часть вторая
Слон в муравейнике
– Теперь о главном. У нас до сих пор нет четких предположений, какие последствия должен вызвать объект. Нет даже достоверных прогнозов.
– А если он ничего не вызовет? По «принципу ветки»?
– Тогда бы его не было. Поймите, дело не в физическом эффекте. Это информационное оружие, чисто информационное. Под объектом мы понимаем только то, что способно оказать воздействие на принятие решений на достаточно высоком уровне. Либо мы не поймем какое, и тогда изменения пойдут стихийно и, возможно, не в нашу пользу, либо мы поймем и используем это событие именно с выгодным для нас эффектом.
– То есть вы полагаете, объект действует по кем-то заложенной в него программе?
– Программой может быть сам объект. Любая мелочь, которая может оказать воздействие. В конце концов, почему они уверены больше нас, что «Дрозд» в Брянске? Откуда утечка?
– Это мы сейчас тоже проверяем.
– Помните: у нас мало времени. Мы даже не знаем, насколько мало.
Глава 1
Деловые люди
– Сядьте в кресло, – жестко сказал Мозинцев, указав стволом «байярда» в нужном направлении.
«Удивительно. С пестиком – и на «вы». И откуда он достал эту семейную реликвию?»
Виктор Сергеевич спокойно подошел к креслу и сел, откинувшись на высокую спинку и положив руки на подлокотники.
– Нервы, Егор Николаевич. Ствол без глушака, дом хрущевский. Услышат.
– Не верите, что выстрелю?
– Верю. Штыру-то кто замочил?
– Штыру я не мочил! – внезапно охрипшим голосом воскликнул Мозинцев. – Штыра дурак! Ему дали куш, он должен был на дно лечь! А он марафет достал и коньки отбросил!
– А следствие прорабатывает версии о насильственной смерти.
– Кто сказал?
– Егор Николаевич, не у вас одного знакомства. Кстати, о том, что я пошел к вам, знают. В вашем возрасте в бега ударяться… Заодно заведите себе нормальный ствол. Лучше ТТ, он мощный, и потом выкинуть не жалко.
– Откуда такие познания у компьютерщика?
– Там, откуда я прибыл, у всех такие познания. «Спрут» смотрели с комиссаром Катаньи? Тихое и скромное место по сравнению с нашим РФ.
– РФ – это что?
– Российская Федерация. Вы же купюры-то перекупили, видели? Союз распался, начался, как пишут в газетах, криминальный передел собственности. Так мы продолжим про наш бизнес? Тогда ствол уберите.
– Ладно. – Мозинцев сунул пистолет в карман жилетки. – Бежать вам все равно некуда. А насчет бизнеса – мы и так знаем, где диск. В камере на вокзале. Даже номер ячейки знаем.
– Отлично. Взрывотехников уже послали?
– Каких взрывотехников?
– Ну, я же не такой дурак. Заминировано там.
– Только не надо говорить, что вы бывший офицер ГРУ. Не верю.
– Не офицер. Это, Егор Николаевич, обычные реалии нашего бизнеса. Взрывать друг друга, киллеров нанимать, на худой конец, просто с гранатой в бардачке ездить, для безопасности. Что, не верите? Зря… Вас бы к нам на недельку. Беспредел у нас, в натуре. Вся страна между бандитами поделена, да еще и террористы, вот то, что вы по телику смотрите в Пакистане, то теперь у нас. Пояс шахида знаете? Берут пояс, зашивают взрывчатку, шарики, чтоб осколков побольше, промывают мозги бабе, чтоб ничего не соображала, надевают пояс – и туда, где народу больше. В метро, на базар или еще куда.