Олег Ивик – Кровь и символы. История человеческих жертвоприношений (страница 48)

Археологические исследования колодца положили конец легендам. В священном сеноте действительно нашли огромное количество ценностей и предметов искусства. Интересно, что некоторые из них были поломаны, – впрочем, традиция «убивать» предмет в процессе жертвоприношения была свойственна многим народам. Нашли в сеноте и человеческие останки. Но впоследствии антропологи расставили точки над «i»: из 42 исследованных черепов бóльшая часть принадлежала детям до 12 лет, 13 – мужчинам и лишь восемь – женщинам, в том числе и достаточно преклонного возраста. Причем три из этих восьми женщин еще при жизни имели травмы головы, в частности, у одной был сломан нос, что полностью развенчало миф о принесенных в жертву красавицах.

Зато другая связанная с жертвоприношениями в священном сеноте история, казалось бы, совершенно легендарная, достоверна; ее подтверждают майянские хроники. Произошла она в конце XII века. Некто Хунак Кеель, военачальник из Майяпана, которого правитель города, Ах Меш Кук, отправил в Чичен-Ицу для принесения в жертву богу Чаку, не стал дожидаться, пока его скинут в колодец, а сам прыгнул в него. Благополучно вынырнув на поверхность, Хунак Кеель объявил, что за недолгое время его пребывания под водой боги успели назначить его верховным правителем родного города. Это свидетельство трудно было оспорить. Хроника гласит:

Это был Хунак Кеель из рода Кавич, Кавич –     имя того человека, который высунул голову из отверстия колодца на южной стороне. Так это свершилось. Он пошел объявить свое пророчество. Начало свершаться его пророчество, когда он стал говорить. Его начали провозглашать владыкой. Они посадили его на трон владык. Его начали провозглашать верховным правителем. Он не был владыкой прежде, Он был только на службе у Ах Меш Кука. Теперь же был провозглашен владыкой обреченный в жертву Ах Меш Куком.

Известно, что, став властителем Майяпана, Хунак Кеель решил отомстить жителям Чичен-Ицы, где его едва не лишили жизни. Он объединил свои силы с войсками двух других городов и разгромил злосчастную столицу ицев. После чего первенство на Юкатане на два с лишним столетия перешло к Майяпану{233}.

До прихода европейцев (а кое-где и в течение долгого времени после) человеческие жертвоприношения совершались едва ли не по всей территории Америки. Инки, в XI веке создавшие на тихоокеанском побережье гигантскую империю, не остались в стороне от общей традиции. Ежедневных жертвоприношений они, в отличие от ацтеков, не устраивали, но зато с особым размахом отмечали кровопролитием выдающиеся события. Такие, например, как похороны правителя и вступление нового Великого Инки на престол. Испанский историк, миссионер Хосе де Акоста[270] писал, что, когда за несколько лет до прихода в страну конкистадоров умер одиннадцатый император Уайна Капак, вместе с ним похоронили 1000 человек. Среди них были фавориты и фаворитки покойного, любовницы, слуги, придворные и множество детей.

Часто инки приносили человеческие жертвы, чтобы отвести от себя грозящую опасность. Испанский историк Антонио де Геррера[271] писал, что если заболевал знатный вельможа и жрецы предсказывали ему смерть, то он обычно приносил в жертву своего сына, чтобы заставить богов отказаться от отца.

Один раз в четыре года инки совершали массовое жертвоприношение детей. По всей стране разыскивали мальчиков и девочек, которым исполнилось 10 лет, полностью лишенных физических недостатков. Иногда ритуал совершали вне календарных сроков: например, если в случае тяжелых бедствий в поддержке божественных сил нуждалась какая-то определенная область, то детей выбирали там. Попасть в число избранных было большой честью и для самой жертвы, и для ее родителей – такая семья пользовалась почетом в течение нескольких поколений. Обычно детей приносили в жертву на священном холме Уанакаури или же в столице, городе Куско. После того как в Куско в 1438 году построили храм Кориканча, ритуал проводили там. Но если император хотел оказать родителям ребенка особый почет, он отправлял его обратно, с тем чтобы церемония была устроена у него на родине.

Известен случай, когда глава селения Окрос близ Аякучо отправил в столицу для жертвоприношения свою десятилетнюю дочь. Но в награду за то, что отец девочки организовал строительство оросительного канала, ребенка приняли в Куско с почестями, а потом отправили обратно. После этого жители Окроса соорудили на вершине горы гробницу и замуровали в ней девочку, снабдив ее ритуальными сосудами и украшениями. Она превратилась в местное божество, в честь которого с тех пор проводили церемонии в начале и конце сельскохозяйственного сезона. Ее младшие братья стали жрецами собственной сестры, причем эта должность сохранилась и за их потомками. А отец «богини» получил повышение по службе.

Альпинисты неоднократно находили на территории бывшей империи инков – на вершинах гор, среди вечных снегов – замерзшие трупы юных индейцев, облаченных в парадную одежду и ритуальные украшения. Например, на горе Эль-Пломо, на высоте 5430 метров над уровнем моря, было обнаружено тело сидящего мальчика восьми-девяти лет. Он, вероятно, сам шел к вершине, отморозив при этом кончики пальцев. Перед смертью ребенку дали выпить наркотический напиток, чтобы облегчить переход в иной мир, после чего он попросту уснул и замерз. На пике Эль-Торо, на высоте более 6300 метров, найдено тело юноши постарше. Он был убит ударом в затылок и остался защищать окрестности своим, теперь уже божественным, присутствием.

В джунглях Амазонки и ее притоков испокон веков жили племена, которые до прихода европейцев находились в стадии неолита. В 1552 году Ганс Штаден, немец на португальской службе, был захвачен в плен индейцами тупинамба, населявшими побережье Бразилии и дождевые леса Амазонки. Штадену предстояло стать жертвой каннибальского культа, но он каким-то образом узнал, что человека, страдающего зубной болью, нельзя использовать в этом качестве. Симулировать зубную боль не составило труда, а пока индейцы ждали выздоровления пленника, он умудрился сделать несколько удачных предсказаний и вскоре дослужился до титула официального оракула племени.

Штаден провел в этой почетной должности почти три года, пока ему не удалось бежать и вернуться в Европу. Здесь он написал книгу «Достоверная история и описание страны диких, голых, суровых людей-людоедов Нового Света Америки», которая сразу же стала бестселлером, была переведена на латынь и ряд европейских языков и выдержала 76 изданий. Одни этнографы сомневаются в достоверности сведений, сообщаемых Штаденом, другие, напротив, рассматривают книгу как надежный источник.

Штаден рассказывал, что захваченных пленников, предназначенных для жертвоприношения и съедения, индейцы тупинамба вели в деревню, предварительно выбрив им лбы и брови, смазав их тела смолой или медом и прикрепив к ним перья. Хозяин будущей жертвы приводил ее к могилам своих родственников и посвящал умершим. Здесь же пленнику впоследствии предстояло умереть самому. Но между этими событиями могло пройти немало времени, иногда несколько лет. Жизнь обреченного проходила не так уж плохо: хозяин обязан был заботиться о нем, кормить и женить либо на своей дочери, либо на одной из нелюбимых жен. Пленник получал участок земли, а жена должна была относиться к своему временному мужу не хуже, чем другие индейские жены относились к обычным мужьям. Но рано или поздно пленника ждала ритуальная казнь, и он кончал свои дни в желудках каннибалов. Дети, рожденные от его брака, тоже были обречены на смерть. Штаден пишет о том, как однажды индейцы угостили его супом, а потом он обнаружил на дне котла, из которого этот суп разливали, детские черепа.

Индейцы хиваро, живущие на севере Перу и на востоке Эквадора, заслужили громкую славу как охотники за головами. Отрезанные головы врагов они особым образом уменьшали до размеров теннисного мяча, при этом лицо жертвы сохраняло свои черты. Когда-то это занятие носило ритуальный характер; считалось, что высушенные головы – тсантса – передают убийце свою жизненную энергию. Сегодня ритуал, запрещенный законом, отошел в прошлое, тем более что индейцы в массе своей исповедуют христианство. Но поскольку находятся коллекционеры, готовые платить за тсантса огромные деньги, профессия охотников за головами до сих пор существует. Впрочем, индейцы бразильского племени ачуар часто заменяют в своих культах человеческие головы на головы ленивцев. Ведь, согласно их легендам, хотя ленивец и имеет тело животного, сущность у него человеческая.

У североамериканских индейцев скальпы врагов играли такую же роль, как головы у индейцев юга. Они не только служили показателем доблести воина, но и выполняли множество ритуальных, магических и медицинских функций. Индейцы навахо, например, использовали скальпы для лечения самых разнообразных заболеваний – от зубной боли до чрезмерной агрессивности или депрессии.

Широко известны ритуальные казни и пытки, которым индейцы Великих равнин подвергали своих пленников. Однако в жертву духам-покровителям могли принести не только пленника, но и близкого человека. Так, к вождю племени бладов (они же кайны) по имени Телячья Рубаха, который постился в надежде обрести духа-покровителя, явился дух медведя-гризли. Дух пообещал наделить индейца сверхъестественной силой, но взамен потребовал женщину. Тогда Телячья Рубаха вернулся в стойбище, приказал младшей из своих жен надеть лучшую одежду, а потом отвел ее на холм и принес в жертву духу гризли. Дух не обманул индейца: той же ночью он явился к нему и пообещал, что теперь его не смогут сразить ни стрела, ни пуля, ни нож. И действительно, индеец побывал во множестве сражений и остался цел. Враги испытывали при его появлении на поле боя священный трепет – они знали о неуязвимости Телячьей Рубахи{234}.