Олег Холодов – Голоса (страница 52)

Передами эстафету Отважнослабоумному, он и расскажет от первого лица о своем опыте на Нагорной.

В психбольницу люди попадают навсегда, отчасти это верно, сейчас объясню почему. Хронические пациенты (шизофреники со стажем, органики) могут лежать по десяти раз в год, причем часто ложатся по собственному желанию. Пациенты попадают каждый раз в одно и то же отделение (согласно прописке), у них там знакомая атмосфера, даже друзья, их знает медперсонал, и вообще, там им спокойнее, чем в обществе. Поэтому и получается, что они проводят в психушке почти всю свою жизнь. А вообще, у врачей есть сроки госпитализации, план по пролеченным за месяц и т д. Больше положенного срока держать пациента нецелесообразно, да и не нужно– начинается бумажная волокита. Хочешь лечить больше месяца– созывай комиссию, пусть подписывает начальство и т д. По опыту скажу, что больше месяца обычно и не требуется– пациент может продолжать лечение амбулаторно. Так что в среднем около месяца– и выписывают, лишний геморрой врачам не нужен. И да, как и в любых городах, в центре получше лежать, чем на окраинах, потому что там порой может быть полный пиз*ец с дырками в полах и гнилыми стенами.

В психбольницу может попасть кто угодно. Есть тонкости. К примеру, вы не нравитесь вашему соседу. Звонит он в скорую и говорит, что мол вы неадекватны, кидаетесь на людей, разговариваете сами с собой. Скорая в большинстве случаев вас не заберет, ведь вы будете вести себя с ними адекватно. Но если он будет очень убедителен, да еще друзей попросит вписаться, а врач скорой– внушим и неопытен-то может прокатить. Следующий этап– приемное отделение. Тут все просто– отказываетесь от госпитализации и все. Да, врач приемного отделения может госпитализировать вас принудительно на короткое время, но для этого вы должны представлять опасность для себя или окружающих. Не представляете– тогда отказываетесь и идете домой вешать люлей соседу. Врач приемного только рад будет– меньше бумажной работы без вас. Если же в приемном отделении сидит зомбарь, верящий всем окружающим на слово и не видящий дальше своего носа, при этом тупой как пробка– тогда существует вероятность что вопреки здравому смыслу вас все-таки госпитализируют. Дальше-отделение. В отделении тоже есть врачи. Вы пишете заявление и выписываетесь. Тут никаких вопросов. Другое дело, что врач не может выписать вас без диагноза– правила такие. Но на такой случай (если врач видит, что перед ним здоровый человек и попал он сюда по ошибке) есть уйма мягких диагнозов (акцентуация личностных черт, неврастения и т д), которые никак на последующую жизнь не повлияют. Таким образом, попасть в дурку может каждый, но для этого должно совпасть столько маловероятных обстоятельств, что такие случаи становятся исключительно теорией. Хотя такое бывает, конечно.

Кто-то думает, что психушка– страшное место, где людей делают овощами/зомби/управляемыми. Мальчики и девочки, играющие в игру– я психически больной, сам поставил себе диагноз и не такой как все. Новая субкультура, которая прямо говорит, что ее представители еб*нутые и гордящиеся тем, от чего в принципе можно только седеть, и мечтающие, что их будут истязать злобные врачи. Все это неправда. Спасибо кинематографу за этот стереотип. Не буду говорить, что психбольница– радостное место с феями и розовыми пони, место это действительно крайне угнетающее. Но это в первую очередь больница. Отделения типовые– коридор и палаты. Да, в палатах часто нет дверей, но это обычные палаты с койками и тумбочками. Палат разное количество, но в обязательном порядке есть наблюдательная палата (иногда две). Вот туда и попадают первым делом ребята в обострении (собственно самая психически больная палата). Эта палата находится дальше всего от выхода, тут будут зарешеченные окна и на выходе– санитарский пост. Тут нет тумбочек– только койки. Койки железные, панцирные, на них матрасы, обклеенные клеенкой (понятно для чего, кто не знает– связано с мочой). Для многих окажется сюрпризом, но смирительных рубашек в дурках давно уже нет. А комнат с мягкими стенами– и подавно. Есть свивальники (вязки, ремни– в каждой местности их называют по– разному), очень прочные жгуты, которыми собственно фиксируют особо буйных к этой самой железной койке. Каждый санитар вяжет по– своему, универсальной методики нет. Мягкая фиксация (так это называется) происходит только с одобрения врача (это отображается в документации– назначают как лекарство). Когда острота психоза убывает, пациента переводят в любую другую палату, а на его место кладут свежачка. В закрытых психиатрических отделениях пациенты не могут свободно выходить из отделения (бывают лишь редкие исключения), ребята из наблюдательной могут прогуляться лишь до туалета и назад (чаще всего это пару метров). Так что если не считать наблюдательной, то все очень даже спокойно– играют в карты, смотрят телевизор, короче, как в обычной больнице. Правда в области бывают больницы, где пациенты спокойно гуляют до забора без присмотра.

Еще есть стереотип что все санитары в психушках дикие садисты

Не буду распространяться на этот счет. Разные люди бывают. Скажу лишь, что в санитары идут люди не от хорошей жизни, санитаров очень не хватает, поэтому зачастую на работу принимают всех желающих. Психбольные в большинстве своем беззащитны, к тому же их словам мало кто поверит, и это развязывает руки многим. Но многие– это не все, достаточно много дружелюбных санитаров и санитаров– пофигистов.Это не спец больницы для убийц и рецидивистов.

Благодаря карательной психиатрии многие уверены, что в психбольницах людям дают препараты, при помощи которых людьми можно легко управлять/которые убивают/отравляют/ превращают в овощ.

Тут можно говорить очень и очень много, но хотелось бы покороче. Существует несколько видов терапии в медицине– этиопатогенетическая (направленная на этиологию (фактор, вызывающий заболевание) и патогенез (механизм, по которому это заболевание развивается)), симптоматическая (направленная на симптомы заболевания) и т д. Этиология и патогенез большинства психических заболеваний остаются предметом споров. Поэтому лечение в основном симптоматическое. Если говорить об «овощах», то нужно подразумевать нейролептики (антипсихотики). Это всем известные галоперидол с аминазином и огромная группа прочих препаратов. Так вот они действуют симптоматически– то есть снижают активность тех рецепторов, которые ответственны за психоз. Но они не слишком избирательны– подавляют эти самые рецепторы не в одной конкретной области, а по всему мозгу. Грубо говоря, гам где нужно действовать тонкой иголкой, нейролептики лезут всем пальцем. Получаются побочные эффекты в виде двигательных нарушений. В купе с основным действием препарата делают человека похожим на овощ. Эти эффекты временные (исключение-поздняя дискинезия, но это осложнение возникает у опытных) и возникают не у всех, при прекращении приема препарата или купировании другим препаратом– проходят. А вообще, польза, выраженная в купировании психоза, во много раз превышает негатив этих побочных эффектов. Кроме всего, нужно помнить, что шизофрения– инвалидизирующее заболевание (старое и неточное название– ранняя деменция), приводящая в итоге к специфическому, но слабоумию. У кого-то раньше и сильнее, у кого-то позже и слабо выражено, но исход всегда один. И вот тут препараты ни при чем. Другое дело использование препаратов при такой веселой вещи, как упомянутая выше карательная психиатрия. Про это отдельно.

О карательной психиатрии, куда ж без нее, про это еще Революционер рассказывал. Коротко и, ясно-например, в СССР частенько (нет, серьёзно частенько) использовали психиатрию как метод в спорах с оппозицией и другими личностями, так или иначе неугодных своими взглядами и т.п. Лечили жестоко и крепко, Летов, например, даже ослеп ненадолго от действий врачей, а еще это весьма хорошие сюжеты для фильмов, достойных самого яркого произведения Кена Кизи, причем на реальных событиях! Круче человеческой многоножки! Истории про то как *пациенты*, привлеченные за диссидентство, прятали под матрасами написанный на клочках бумаги самиздат и как их за это карали– непочатый край для русской драматургической прозы, с глубокой фабулой и все на реальных событиях!

Кто-то думает, что психиатр всегда ищет повод поиздеваться над пациентом, назначить ему самые тяжелые препараты, наказать, стереть ему память и т.д.– опять же это заблуждение.

Психиатр– врач. Хирург-врач. Терапевт-врач. Но почему-то считается, что поиздеваться над пациентами любят только психиатры, этакие изверги-маньяки. Уж не потому ли что у них больше пациентов с бредом воздействия и преследования, чем у терапевтов и хирургов? Другое дело, что не все врачи адекватные.

Да, еще в дурках прячутся от военкомата. У Отважнослабоумного под военкоматчиков отведено было целое отделение. Там только они, и психбольных не кладут, по понятным причинам.

Немного теоретики: в Нагорную ложат по принципу: отделения с дурными (это у кого психические реальные болезни), отделение с малолетками (с 14 да 17 – суицидники и т.д.), нарики и алкаши, решившие завязать. Но! В любое отделение с "дурными" подмешивают остальной контингент, для того чтобы было кому таскать чаны с едой и мыть полы. "Дурни" не могут выполнять такой работы. И еще есть контингент "зеки" – не косящие под статьи, но сидевшие, или которые первый раз из-под статьи свалили в дурку, и типо "авторитет".