Олег Григорьев – Пусть совсем не будет взрослых! (страница 3)

Оставил там целых два бота, Этюдник и теодолит, Рюкзак с очень ценным снарядом И то, в чём я кашу варил, — Сказал так и плюхнулся рядом, И больше он не говорил. И был он настолько промокший И до того босой, Что я поделился с ним хлебом, А также и колбасой.

Этюд

Сижу я в запахе тмина, Пишу с натуры этюд. Передо мною картина… Не картина – салют! Всё сверкает на солнце, Красок таких и нет. Жук упал на подсолнух, Мух взорвался букет. В листьях цикада большая… Такой вдруг поднялся крик! Взвилась бабочек стая, Разжал кулак борщевик. Замолчала цикада И вновь закричала вдруг. Слоники сыплются градом, Выпустил жертву паук. Прыгнул кузнечик упруго И закачался в цветах. Меняются друг за другом Сто картин на глазах. Комар завертелся в пляске, Нырнул лягушонок в стакан. Разбрызгал я кистью краски — Не этюд, а фонтан.

Купанье

Я замкнутый, я общительный, Больной, как бык здоров. Пошёл немного понырять С холмистых берегов. В прекрасную, ненастную, Хорошую погоду Нырнул в горячую, как чай, Я ледяную воду. Мне хорошо, мне холодно, Мне жарко, точно в печке. Я жажду, как в пустыне, По горло сидя в речке. Я вышел – да, я вылетел, От холода дрожа. Нет, точно рыба от жары, На берегу дыша.

Беда

Со мной случилась беда — На меня упала звезда!

От злости

И вот от злости Я пришёл к нему в гости.

Вопль

Я записывал птиц голоса На карманный магнитофон. В микрофон залетела оса, Создавая ненужный фон. Коснулся её случайный я — Записался мой вопль отчаянный.