Олег Говда – Королевство в придачу (страница 7)

– Не за что… – корчмарь сунул руку под прилавок и вытащил оттуда небольшую баклагу. – Вот. Держи… Потом вычту. С награды.

Не понял? Что за аттракцион невиданной щедрости? Я не параноик, но красномордый здоровяк ни капли не похож на добрую фею.

– Если мне и в четвертый раз благодарить придется, извини – не поверю… Мы знакомы?

– Гм… – неопределенно пожал плечами тот и существенно понизил голос. – Если ваше высочество не изволит узнавать старину Карла, то и я тоже с объятиями не лезу. Мало ли какие у вас могут быть дела… это… инкогнито.

– А-а… вот оно что. Сейчас, сейчас, милая! – крикнул нетерпеливо поглядывающей на меня амазонке. К тому времени уже успевшей надеть шлем и обвешаться остальным оружием. Оказалось, у нее еще и копье имелось. – Только дорогу покороче разузнаю. Хозяин говорит, что там за теми деревьями овраг глубокий, и чтоб мы шли в обход.

Леонидия кивнула и присела на пенек. Мол, понимаю, это важно, не торопись.

А я снова вернулся к прилавку.

– Извини, Карл. Я не нарочно… У меня что-то с памятью. Аристарх говорит, из-за смерти отца. Надеюсь, вскоре пройдет. Ну, а нет – познакомимся заново. Ммм… А я тебе, случайно, ничего не должен?

– Шутите? – вскинул брови тот машинально, но осознал сказанное и сделал лицо более подходящим к случаю. – Это я ваш должник. До скончания века. Если б не заступничество вашего высочества, то под этим дубом не корчма бы стояла, а я на одной из веток болтался. Хотя, до сегодняшнего дня уже б и косточки воронье растащило.

– Ого!.. Даже так? Не помню, но рад, что помог. Ладно… Вернусь с охоты – поболтаем еще. Похоже, мне много предстоит узнать или… вспомнить.

Развернулся уходить. Но корчмарь окликнул еще раз.

– Тогда вот что. Если ваше высочество и в самом деле потеряли память, то осмелюсь напомнить… По дороге к лесу мельницу заброшенную увидите. Пройдите мимо. Даже если что-то услышите. Недоброе место.

– Я понял тебя, Карл. До встречи… И это – спросить хотел. Ты медвежатину готовить умеешь? Где-то слышал, что нет ничего вкуснее запеченных на углях медвежьих лап.

Глава третья

Мельницу увидели сразу, как обогнули рощу. Ну, правильно, это водяные стоят в низовье, у речек или озер, где можно соорудить запруду, а ветряные ставят на пригорках, повыше. Чтобы ветер усерднее крутил крылья. Трудно не заметить. Даже если крылья давно сгнили и отвалились, а крыша настолько прохудилась, что больше похожа на решетку. В общем, тот еще видок. Руина… И видом, и запахом напоминающая полуразложившийся труп. Не знаю, зачем было предупреждать? Да я не сунулся бы туда, даже в проливной дождь.

– Слышишь? – амазонка остановилась. – Стонет кто-то…

Я старательно прислушался. Кузнечики стрекочут, что-то прошуршало в траве. От рощи доносится птичий гомон… и все.

– Нет.

– Да ты прислушайся… – настояла Леонидия. – Оттуда… Точно… – девушка уверенно указала в сторону мельницы. – И не просто стонет. На помощь зовет.

– Тебе только кажется… Ветер в развалинах гуляет. При желании, все что угодно можно услышать.

– Ветер? – переспросила та. – Ну, если он знает тайный язык сестер-воительниц… Ты поступай, как знаешь, а я пойду гляну. У нас не принято своих в беде оставлять.

– Постой. Корчмарь предупреждал меня, чтобы не ходили к мельнице. Плохое место. Опасное.

– Боишься? – презрительно надула губки блондинка. – Тогда и впрямь, постой здесь. Или нет, не надо. Не жди меня, топай дальше. Такой смельчак медведю не страшен. Все равно я выиграю.

Она что, думает, будто любого мужчину можно под танки бросить, всего лишь обозвав трусом? Вот зараза! Правильно думает… Во мне аж встрепенулось все, а ущемленная гордость так и вовсе, как квашня, через край поперла. Пришлось ее и в руки взять, и ногой наступить. Чтоб не вякала.

– Ладно… Подожду. Куда торопиться. Сходи, если любопытство одолевает.

Амазонка аж вздрогнула. Что, милая, не нравиться, когда твоей же монетой расплатились? Фыркнула так, что лошадь бы обзавидовалась. Но, в этот момент, от мельницы и в самом деле раздался странный звук. Стон – не стон, но очень похоже.

– Теперь слышишь?

– Слышу, – пришлось признать. – Но ведь и корчмарь не просто так предупреждал.

– Нас… – кивнула Леонидия. – А если того, кто там, не предупредили? Такое может быть? И что теперь? Сделать вид, что ничего не слышали?

Гм… Логично. В уме амазонке не откажешь. Чувствую, что добром ее затея не кончится, но ведь, если не убедиться, не проверить – замучаешься потом угрызениями.

– Ладно. Будь по-твоему. Пошли… Но, если я окажусь прав, будешь должна еще одно желание.

А чего? Как учат нас мудрецы, хочешь добиться успеха, каждую ситуацию, даже проигрышную, надо пытаться использовать с выгодой. У меня же этих сверхзадач – мешок и котомка.

Леонидия такой подход тоже посчитала разумным и с улыбкой подставила ладонь.

– И наоборот. По рукам?

– По рукам. Кто не рискует, тот шампанское не пьет.

– Что не пьет? – заинтересовалась амазонка.

– Шипучее вино…

– Вкусное?

– Кому как… Я не в восторге. А девушкам нравится.

Хоть и держались настороже, поперлись напрямик. А чего петлять? Все, как на ладони. Травы высокие, но вряд ли здесь устроили засаду индейцы или ниндзя. Место глухое, случайных прохожих запаришься дожидаться. Дорога, которой мы шли, едва-едва утоптана. Только и того, что следы от тележных колес нарезаны.

Леонидия, оценив наше совместное вооружение, а точнее то, что у меня нет ничего, кроме меча – доверила нести свое копье, а сама приготовила лук.

Мельница – будто поняла, что мы не пройдем мимо – затаилась и хранила безмолвие. Зато вонь гнили и прели сделалась гораздо отчетливее. Словно мы нечаянно раздавили трухлявое бревно, густо поросшее поганками, и теперь тащим все это благоухающее «счастье» за собой на подошвах.

– Эй! – не выдержала тишины амазонка. – Кто здесь? Есть кто-нибудь живой?

Мельница промолчала. Один раз только раздался омерзительный скрип. Словно крышку гроба отдирали, а ржавые гвозди не хотели вылезать. Хотя, это только из-за нашего настроения он казался мерзким, а на самом деле скрип, как скрип. Ветер доску расшатал или даже целое бревно с места сдвинулось.

Вблизи здание оказались разрушенным еще больше, чем выглядело издалека. Венцы сруба прогнили настолько, что непонятно каким чудом вообще держались вместе, а не разъехались до сих пор. Или не раздавили трухлявые нижние бревна общим весом.

– Фу… – поморщила носик девушка. – Воняет, как из склепа.

– Тлен, запустение, как олицетворяющие смерть – и не должны нравится живым. Поэтому и пахнут соответственно.

– Ты еще и философ? – съехидничала блондинка. – Не слишком ли много достоинств для такого красавчика?

Хотел ответить, что много не мало, и напомнить о проигранном споре, когда тишину нарушил стон, раздавшийся внутри мельницы. На этот раз со словами. Они доносились отрывками, не слишком четкими, но достаточно, чтобы понять:

– Я зде… В подва… упа… Помо…

– Держись, сестра! Я иду! – Леонидия отложила лук и метнулась внутрь. Быстрее чем я успел остановить. И спросить: почему она говорит о сестре, если на помощь зовет мужчина?

Предчувствие не обмануло. Едва амазонка исчезла за перекошенной дверью, держащейся на одной, чудом уцелевшей, ременной петле, как в мельнице тут же раздался треск и грохот. Сопровождаемый звуком падения и болезненным вскриком.

– Говорил же!

Не самое мудрое и своевременное изречение, но трудно удержаться.

Быстро взбежал наверх по лестнице, оторвал к чертям собачьим створку, чтобы стало светлее, и только потом сунул в проем голову.

Полумрак, усиленный поднявшейся пылью. Странно… Откуда она здесь, если сырость внутри такая, что влага на бревнах проступает крупными каплями? Там, где дерево свободно от мха и лишайника. Дверь и та измазала руки, словно не за доски хватался, а комья грязи разминал. Но, тем ни менее, из-за этой пыли дальше носа ничего не видно. Кроме, более темного, чем все остальное, пролома в полу.

– Леонидия! Ты цела? Ау?

Тишина.

– Вот блин! Не было печали… И что дальше?

Вопрос, конечно, риторический. Коню понятно, что я не брошу девушку в беде. Тем более теперь, когда она мне уже должна, как минимум, одно желание. Вот только лезть «в воду, не зная броду» глупо.

Я осторожно проверил ближайшую доску настила, перенес вес тела и прощупал вторую. Держит…

– Леонидия! Отзовись!

Ни звука.

Еще шаг… Еще… До провала рукой дотянуться. Может, лучше ползком? Как по льду?

– Леонидия!