Олег Готко – Земляки по разуму (страница 91)
— Ты понимаешь, что говоришь?! — Саньковский вскочил на ноги и замахал руками, как испуганная Дон Кихотом мельница.
— В отличие от некоторых — да! — уверенно ответила Мария и посоветовала в приказном порядке. — Сядь, не мельтеши!
— Я уже не говорю, что ты не Валентина Терешкова и в космической навигации не смыслишь ни уха, ни рыла, но ведь ты даже «Запорожец» водить не умеешь!!!
— Не боги горшки обжигают, — с безапелляционной уверенностью дилетанта парировала Саньковская. — Всегда найдется какой-нибудь автопилот.
Если Суворов говорил, что «смелость города берет», то женская логика взрывает любую крепость, в смысле, проблему, изнутри, превращая ее в бессмысленное нагромождение обломков-деталей, из которых легко и просто сооружает то, что нужно женщине в данный момент. Однако и Семен отыскал аргумент, который показался ему повесомее «последнего довода королей», и тоном, призванным поставить точку в сегодняшнем споре, произнес:
— Ко всему прочему, ты еще и беременна, а там, знаешь, какие перегрузки?
Глаза Марии блеснули неприкрытым коварством, а в голосе прозвучала аналогичное торжество.
— Не знаю и знать не хочу! — впервые за весь вечер ее губы изобразили улыбку. — Поэтому лететь должен ты!
Гром не прогремел, бездна под ногами после этих слов не разверзлась, но на Семена такое счастливое совпадение не произвело ни малейшего впечатления. На внезапно ослабевших ногах он добрел до кресла, куда и рухнул мешком с костями.
Осторожно придерживая живот, Саньковская поднялась с дивана и подошла к нему. Семен нервно икнул. Она погладила его по голове и ласково заговорила:
— Ты же только что сам убедительно доказал, что мне в космосе делать нечего. Так что слетаешь, выяснишь там все, — тон стал жестче, — и привезешь справку.
— С-с-справку?.. — просипел муж, даже не пытаясь вообразить, что там должно быть написано.
— Без справки на порог не пущу. Так и знай! — Мария потрепала его за ухо и предложила, как предлагают приговоренному последнюю сигарету. — Чаю с коньяком хочешь?
Это окончательно добило Семена, потому как коньяк жена предлагала ему в последний раз еще до их свадьбы.
— А почему не кофе? — только и нашелся он.
— Потому что оно располагает к бессоннице.
— Твоя идея тоже к этому располагает.
Саньковская обула шлепанцы и повернулась к нему:
— По-моему, волноваться должна я. За вас обоих.
— А кто второй?.. А-а, понял, — пробормотал Семен и постепенно настолько пришел в себя, что даже попытался избежать уготованной ему участи, для чего решил бить на святое. — Но ведь я там буду скучать. Без тебя, без наших…
— Вот и возьми с собой кого-нибудь. Я не против.
— Я имел в виду наши чувства, — обиженно надул губы Саньковский.
— Раньше о них надо было думать, — Мария кивнула на стопку распечатанных мемуаров, лежащих на журнальном столике, — когда еще козлом не был.
Видя, что разговор сворачивает на щекотливую тему, Семен решил зайти с другого конца:
— А кого я с собой возьму? Вождь с Васькой бороздят параллельное пространство где-то во времени, Михалыч отдал богу душу, Горелов твоими стараниями ею же болеет…
— Вот и навестил бы. Может быть, такая встряска и вернет здоровый дух в его здоровое тело, — фыркнула Мария и тут же деланно вздохнула. — Хотя я и сильно сомневаюсь… О, Димку с собой возьми! Он ведь, кажется, нигде, кроме Земли, не был, не так ли?
— У Самохина жена, — цыкнул зубом Саньковский, ловя себя на том, что и в самом деле начинает серьезно относиться к сумасшедшей затее жены. — Она такие громы и молнии метать начнет… Да и кто фирмой командовать будет?..
— Ну, тогда возьми за душу Длинного. У него, кроме рыбок, никто ни молний, ни икры метать не станет. Родители только обрадуются, когда их не в меру продолговатое чадо вытянут на свет божий!
— Гм, — нахмурился Семен, — а кто рыбок его кормить будет?
— Я, — с готовностью выпятила грудь Саньковская, подтверждая наихудшие опасения супруга относительно того, что все было ею давно и тщательно продумано. — Пей чай!
Несмотря на то, что первые лучи Солнца окрасили окружающий мир в розовые тона, в голове Саньковского клубилась мгла. Причиной этому была не только выпитая «под чай» бутылка коньяка, но и Мария, которая, так и не сомкнув глаз, собирала его в дальнюю дорогу. Она сновала по квартире, гремела на кухне посудой, шуршала в шкафу одеждой и бубнила себе под нос что-то неразборчивое. Такая деятельная активность завораживала. В смысле, околдовывала и Семен ощущал себя жертвой вселенского заговора.
Мысль о Вселенной слегка стимулировала окостеневшие мозги и во мгле сверкнули звезды. Саньковский глубоко вздохнул и предпринял серьезную попытку подняться с дивана. Это ему удалось, и уже через две минуты он интересовался у жены:
— Кстати, надеюсь, ты выяснила, что говорят по поводу моего путешествия звезды?
Мария окинула его лучезарным взглядом и победоносно провозгласила:
— Они тебя ждут!
— Кто? Тохиониус со товарищи?
— Звезды, мой дорогой, звездочки! На следующую неделю у тебя великолепный гороскоп. Такого у тебя еще никогда не было, а уж я в этом разбираюсь! — ласково потрепав его по щеке, жена скрылась в ванной, откуда донеслось. — Собирайся к Длинному, а я тебе тем временем котлет сделаю!
— Котлет?.. — «звезды» и «котлеты» были далеки друг от друга так же, как Саньковский от понимания своей супруги, и он буркнул. — Ты бы еще курицу зажарила.
— Сходи и купи.
Голос Марии сочился готовностью исполнить любой каприз. Это начало бесить Семена похлеще зудящего над ухом комара.
— Неужели до тебя не доходит, что ты меня не к теще на блины посылаешь?!
— Кстати, когда вернешься, то надо будет к маме обязательно съездить, — промурлыкала жена, выходя из ванной.
Пораженный такой уверенностью в будущем, Саньковский с ответом не нашелся и спустя полчаса уже шагал к Длинному. Теперь тот жил на окраине, где приобрел для себя и рыбок двухэтажный особняк. Можно было бы отправиться туда и на такси, но Семен решил подышать свежим воздухом в надежде, что этот процесс поможет ему придумать для начала разговора такие слова, после которых у товарища не возникнет острого желания вызвать «Скорую помощь».
Дубовая дверь открылась на удивление быстро и тут же флегматичная физиономия Длинного выразила всю доступную ей степень крайнего разочарования.
— Я думал, что это корм для рыбок привезли, — сказал вместо приветствия Длинный. — Трубочники, понимаешь, трубочниками, но ведь нужно и какое-то разнообразие. Я еще вчера дафний заказывал. Это такие маленькие водяные рачки…
— Мне бы твои дафнии… — тьфу! — проблемы, — перебил его Семен, в душе сожалея, что пришел сюда не послушать лекцию относительно рыбьего корма, а совсем по другому поводу. И тут его осенила блестящая идея. Он уже открыл было рот, чтобы порадовать ею товарища, но весь озабоченный вид того моментально подсказал, что начинать надо издалека. — Давно я у тебя не был. Приобрел что-то новенькое?
Длинный моментально сменил печаль на радость, потому как желание похвастаться присуще каждому, увлеченному своим хобби.
— О, ты ведь и в самом деле не видел моих вуалехвостов! — воскликнул он и тут же потащил Саньковского на второй этаж к главному аквариуму.
Аквариум был великолепен. На дне среди песчаных дюн то тут, то там возвышались скалы из розового гранита, у подножия которых росли леса из валлиснерий и других пушистых водорослей. Одна из них напоминала вулкан, курящийся пузырьками воздуха спрятанного в ней аэратора. И среди всей этой красоты мелькали серебряными молниями стайки скалярий, похожих на маслины молинезий и незнакомых Семену рыбок, горящих праздничной иллюминацией. Тут надо сказать, что все его знания об аквариумных рыбках ограничивались воспоминаниями о предыдущих визитах к Длинному и особой глубиной не страдали.
— Вот! — гордо ткнул длинным пальцем друг в искры живого фейерверка и зачарованно вытаращился на огненное буйство красок.
— Красота! — почти не покривил душой Саньковский, горячечно размышляя, наступил ли подходящий момент или же нет.
Мелькание красок гипнотизировало, и постепенно этот вопрос потерял свою актуальность, но минут через десять созерцания Длинный, сам того не подозревая, подписал себе путевку в космос.
— А ты с чем пожаловал? — спросил он.
— Э-э… — с трудом оторвался от аквариума Семен и как бы нехотя выдавил из себя, — да вот пришла мне в голову мысль, что могу сделать тебе сюрприз.
— Какой?
— Я знаю место, где есть такие рыбки, каких ни у кого в этом городе, а может, и в целой стране нет.
— Каких? — в глазах Длинного загорелся хищный огонек.
Саньковский придал своему взгляду невинность младенца и пожал плечами:
— Ихтиолог у нас ты, а не я.
— Ну а как они выглядят? Ты их сможешь по рисунку опознать? — друг бросился к шкафу, битком набитому справочной литературой о всевозможных рыбах.
— Вряд ли, — честно признался Семен.
— Ну, давай попробуем!
— Понимаешь, в твоих книгах их тоже нет.
Лицо Длинного вытянулось еще более обычного.
— Ты меня разыгрываешь!