Олег Готко – Земляки по разуму (страница 80)
— Перестань! Наш разговор не для посторонних ушей.
Длинный посторонился, но менее подозрительным не стал, о чем свидетельствовала следующая реплика:
— У рыб тоже есть уши.
— Слышишь, ихтиолог-самоучка, — фыркнул Самохин, ставя на стол коробку с дохлой рыбой, — пусть у них будет даже шестое чувство — разговорчивее они от этого не станут!
На улице было достаточно жарко и время, проведенное в раскаленном салоне автомобиля, свежести снулому карасю не прибавило. По комнате распространилось амбре, от которого ноздри носа, пропорционального росту, затрепетали и съежились.
— Что это?!
— Я думал, что ты отличишь запах дохлой рыбы от любого другого.
— Издеваешься, да?
— Отнюдь, — мрачно фыркнул Димка, кивая на коробку. — Образно говоря, это — гроб. Я имею в виду не только этого спящего карася, но и нашего совместного предприятия.
— В каком смысле? — вяло, исключительно для поддержания разговора, спросил человек, обладающий удивительным талантом не интересоваться тем, что его не интересует.
— Он имеет в виду, — влез в разговор Саньковский, — что нам интересно узнать — не присылали ли тебе нечто подобное?
— Кто?! — при мысли, что кому-то может прийти в голову прислать
— К сожалению, мы этого пока не знаем, — пожал плечами Самохин и изложил по порядку все, что произошло сегодня в офисе.
— Рыба, козел… — протянул приятель после соответствующей прозвищу паузы и неожиданно ухмыльнулся. — Так, может быть, ребята, вас просто приглашают сыграть в домино, а?
Димка перевел соболезнующий взгляд с него на Саньковского:
— Похоже, что он еще безнадежнее тебя. Ладно, если вдруг тебе доведется быть свидетелем…
— Свидетелем? — переспросил Длинный. — Я не хочу быть свидетелем!
— Как скажешь, — не стал спорить Самохин. — Так вот, если ты станешь жертвой чего-нибудь необычного, то дай знать.
— Жертвой?!! Я не хочу быть жертвой!
— Выбор у тебя, я бы сказал, небольшой, — он похлопал Длинного по плечу, потому что до головы, чтобы погладить, не всегда удавалось дотянуться, — но я ведь не говорю, что это обязательно будет несчастный случай. Надеюсь, ты еще доживешь до дня своего рождения. Сколько там осталось?
— Два дня…
— Будь здоров!
Саньковский не удержался от улыбки, представив, какое лицо будет у Длинного, если ему прислать приготовленный на день рождения подарок раньше времени, а Димка взял с журнального столика коробку и они ушли, оставив приятеля в смятенном состоянии духа.
— Отвези меня домой, — категорическим тоном предложил другу Семен, едва они сели в машину. — Не святым же духом мне питаться… Даже Длинный кормит своих рыбок.
— Ты не думаешь, что сейчас не самое подходящее время, чтобы сидеть дома, а?
Семен подумал и тут его глаза округлились.
— А вдруг они похитили Машку? Связь с ней прервалась слишком неожиданно! — воскликнул он. — Я должен!..
— Ладно, черт с тобой! Я отвезу тебя домой, — вздохнул Димка и покачал головой. — Боже, чего только человек не придумает, лишь бы набить свою утробу…
— Это тебе хорошо, ведь твоя в командировке…
— Не ной, ничего с твоей Машкой случиться не могло.
— Откуда ты знаешь?
— Ну, во-первых, они еще не выставили нам своих условий, а во-вторых…
— Все всегда сначала захватывают заложников, а уже потом выставляют условия!
— Твой бы пессимизм да на пользу дела!
— В каком смысле?!
— Неизвестный противник всегда страшнее идиота с ножом даже в темном переулке.
Семен поглядел на него с изрядной долей недоверия, но промолчал. В молчании же они доехали до его дома.
— Если что, я буду в офисе, — сказал Самохин на прощание и укатил.
— Твою Вселенную мать! — воскликнул Семен и полез к кимоно обниматься. — Легок на помине!
— Сколько световых лет, сколько световых зим!
Невнимание мужа больно царапнуло ревнивую душу Марии и она даже пожалела о том, что ни разу не исполнила мечту Семена и не показалась ему в этом проклятом кимоно. Подлый ловелас, с какой страстью он его зажимает!
Супруге было невдомек, что совсем не страсть владеет сейчас Семеном, но громадное облегчение. Этому способствовало как наличие жены в живом и невредимом состоянии, так и встреча со Святым Духом, которого признал моментально по старым повадкам.
— Это же наш вождь! — Семен обернулся к жене. — Я же тебе о нем рассказывал.
— Он же Святой Дух, да? — с некоторой робостью уточнила Мария.
Кимоно сделало все, чтобы дать понять, что оно самодовольно ухмыляется. Как ему это удалось, словами передать невозможно, но женщина поняла и нахмурилась.
— Чем ты недовольна? — насторожился Семен. Зная крутой норов супруги, можно было не сомневаться, что и вождю, будь он хоть трижды святым, спуску она не даст. — Он же не испортил твое кимоно…
— Надеюсь, что меня он тоже не испортил!!
— Что ты имеешь в виду?!
— Какое-нибудь непорочное зачатие, к примеру…
Хохот гостя заглушил дальнейшие слова. Немного успокоившись, он сказал:
— Ты зря волнуешься. К тому же, как я тебе уже намекал, мне претит повторение истории — это просто какая-то разновидность плагиата. Тебе не о чем переживать.
Мария покраснела не то от злости, что Божьей Матерью ей в ближайшее время не стать, не то от ложной, с ее же точки зрения, скромности, потому что была по-прежнему не одета.
— Забери его отсюда, мне надо переодеться.
— Отдай ей кимоно, — сказал Семен и увлек невидимое, но плотное тело духа на кухню. — Как там Тохиониус?
— Нормально, а что ему сделается, — рассказывать о приевшихся осьминогах духу совсем не хотелось и он перевел разговор на интересующую его тему. — Я слышал, у вас тут намечаются неприятности?
— От кого слышал?
— Слухом Вселенная полнится…
— С ума сойти! Слышишь, Мария, — обратился Саньковский к жене, присоединившейся к ним. — Вот это я понимаю Служба Информации!
— О чем это ты? — ее брови недоуменно выгнулись.
— Как о чем? Вот он говорит, что слух о твоем увольнении достиг самых удаленных уголков нашей Галактики.
— Кому ты веришь?
— Вождю! Он меня еще ни разу не обманывал!
— Я хочу взглянуть ему в глаза и убедиться, что это правда!
Саньковский почесал в затылке.
— Неплохая идея, но ты же сама просила, чтобы я больше не перевоплощался…