Олег Готко – Земляки по разуму (страница 29)
— Потом эти черти вызовут подмогу и споют нам последнюю военную песенку. Знаю я этих дебилов! Ползи за мной!
По сигналу вождя Тохиониус включил свет, и Бубел окаменел, увидев перед собой хищный клюв демона.
— Брось дубину, дурак! — очень цивилизованно заорал дух, но было уже поздно.
Считается, что мир первобытных был во многом черно-белым. Так это или нет — оставим на совести историков-археологов, а в племени Бубела считали, что если спасти свою жизнь не представляется возможным, то лучше умереть в бою. Варвар был истинным сыном своего племени. Почувствовав себя в ловушке, когда за спиной, зашипев змеей, закрылась дверь, он дико заревел и пошел в последнюю атаку.
Вождь мысленно попятился и оказался в дальнем углу. Наблюдать оттуда, как рушится первоначальный план, было гораздо удобнее. Если, согласно задумке, Тохиониус должен был обезвредить дурака с помощью электрошока, то сейчас родительский инстинкт заставил его забыть об этом. Он бросил его тело вперед, чтобы защитить тельце Фасилияса от занесенной дубины…
Как нетрудно догадаться, в дело снова вступила древняя защитная реакция. Все, как это было уже не раз, произошло мгновенно.
Через десять минут пришелец, более привычный к подобным метаморфозам, пришел в Бубела и нежно снял с груди свое тело грубыми пальцами.
— Надеюсь, тебе это тело подойдет, — обратился он к вождю, с трудом ворочая непослушным языком и явно имея в виду не то, которое держал в широких ладонях.
Тот молчал, пораженный мужеством Бубела. Он знал о его храбрости, которой надо бы слагать песни, но не ожидал, что она зайдет так далеко.
— Да или нет? У нас мало времени. Скоро он очнется.
— А нельзя ли… Ну, вылечить его, что ли, а? Я
— А что будет с тобой? — Тохиониус был поражен.
— Звезды, — мечтательно прошептал дух, — возьми меня к звездам! А его вылечи. Он обязательно станет вождем. Великим вождем! Ты можешь сделать это?
— Почему бы и нет? — инопланетянин принялся обследовать мозг Бубела.
Несколько тромбов, оставшихся от давней травмы — какой-то детской драки, мешали нормальному кровообращению. Прибегнув к одному ему известному методу нейрохирургии, Тохиониус избавил от них чужой мозг и почувствовал себя гораздо лучше.
— Все в порядке! — порадовал он вождя.
— Слава богу! — искренне воскликнул добрый дух.
Теперь им оставалось только ждать пробуждения героя.
Пришло время и Бубел вернулся в себя. В нос ему ударил запах хвои. Он заворочался, вспомнив страшный сон, в котором дрался с демонами и даже сам стал одним из них. Ничего приятного в таких мемуарах не было, и варвар открыл глаза, одновременно ощупывая себя. Молодое, сильное тело было при нем и грубовысеченное лицо расплылось улыбкой.
— Всего лишь сон — духи водили мою душу по своему царству, — пробормотал Бубел да так и замер с открытым ртом.
Вокруг был лес, а на небольшой полянке зловеще лежала серебристая лепешка, блестя каплями росы в первых лучах Солнца.
— Ох и дурак же я был! — воскликнул варвар бесспорную истину.
Пророчество духа сбылось. Бубел завоевал свое право быть вождем. Племя, убедившись, что свалившиеся на головы не то боги, не то демоны ничего плохого не замышляют, перестало их бояться, а дети охотно играли с малышом Фасилиясом. Тохиониус на отпрыска не мог нарадоваться и тут ему впервые пришла в голову мысль, что его потомок — инопланетянин. С его, конечно, точки зрения, ведь Фасилияс родился на Земле, живет среди землян и о своей настоящей родине имеет самое смутное представление. Он поделился этими соображениями с духом вождя.
— Родину не выбирают, — выдал тот очередной афоризм, оторвавшись от чтения Библии, потому что заботы сородичей теперь его мало забавляли. — Когда мы полетим к звездам?
— Скоро, — отвечал пришелец лет пять.
И день этот наступил, когда он решил, что Фасилияс уже достаточно взрослый для дальнего перелета.
— Мы летим к звездам? — с надеждой спросил экс-вождь, которого в последние месяцы около племени удерживали только солнечные батареи корабля. В дождливые дни его потребность в энергии удовлетворял генератор. Если бы не это, то он уже давно улетел бы сам. Один.
— Сначала к Фасилию.
— Ты думаешь, что он до сих пор ждет?
— Ему не надо ждать.
— Мы к нему надолго? Неужели без этого нельзя обойтись?
— Я обещал вернуть Машину Времени, — прочирикал пришелец с ноткой нетерпения. Ему тоже хотелось как можно быстрее похвастаться первенцем перед однопланетянами.
Провожать их пришло все племя. Попрощавшись с ним, они скрылись в недрах корабля, и тот бесшумно взмыл в небо. Бубел долго смотрел с благодарностью вслед исчезающей точке. Кем бы ни были Те, Кто Исполняет Желания, он больше никогда не попрекнет Их украденным кувшином…
Самохин усердно шуршал травой вслед за Васькой, а Помидор тем временем продолжал терзать ни в чем не повинного Вовки. Дембель Колесо, обыскавший машину, вернулся к командиру с мыслью, что не мешало бы сварить ухи.
— Давай документы! — повернулся к нему прапорщик.
Сержант отрицательно покачал головой. Ни водительских прав, ни дополнительных улик ему обнаружить не удалось.
— Где валюта? — взялся за шпиона неунывающий Помидор с другого конца.
— Что? — осатанел Вовка, уяснив себе окончательно, что шьют ему нешуточное дело.
— Куда сребреники прячешь, Иуда? — пискнул Смыга, немало поразив начитанностью сослуживцев.
Живая Рыба тупо на него посмотрел, и тут его уши уловили звук родного мотора.
— Машина! — закричал он. — Держи вора!!!
Вдали вспыхнули фары.
— Берем сообщника! Вперед! Стрелять по ногам! — мгновенно переключился отец-командир. Теперь-то уж премия была ему гарантирована. — От меня еще никто не уходил!!! Ура-а!
— Колеса не трогать! — внес в команду шкурную коррективу дембель, показал Смыге кулак и поплелся за прапорщиком.
«ГАЗ-53» рычал, газовал, но с места не двигался. До ушей Василия долетели вопли атакующих.
— Сними машину с ручного тормоза, придурок! — завопил он Димке и в эту секунду воздух над озером засверкал и рассыпался белыми вспышками электросварки.
— Огонь! — хрипло заорал полуослепший Помидор, неожиданно оказавшийся меж двух огней, и принялся с колена палить по НЛО. — Не дайте им отбить мою премию!
Сержант Колесо, у которого уже вторую неделю в ожидании дороги домой было чемоданное настроение, тут же залег в складку местности и перестал подавать признаки жизни. Только он один по достоинству оценил несказанную доброту второго шпиона, который мог прихлопнуть его во время обыска. Береженного, как известно, Бог бережет, а посему, закончив импровизированную дембельскую молитву, Колесо сквозь полуприкрытые веки принялся наблюдать за чертовщиной вокруг.
Поведение салаги многое сказало опытному глазу. Сержанту, как дважды два, было понятно, что тот оказался не таким уж дураком, каким хотел казаться. Рядовой мигом сообразил, что лучше уж живая рыба на земле, чем шпионы в небе, и теперь выпускал очередь за очередью в удирающую машину. Пули прошивали цистерну насквозь, приводя ее в полную для дальнейшей эксплуатации негодность и фаршируя рыбу свинцом.
— Накрылась уха, черт побери! — сокрушенно пробормотал сержант и с трудом подавил в себе желание пристрелить салагу. Помогло ему в этом отнюдь не человеколюбие, а опасение выдать противнику свое местонахождение.
— Жми! — хрипел Василий, скрутившись калачиком где-то под сиденьем.
Жалобно звякнуло ветровое стекло и на Рынду посыпались осколки. Это лучше всяких воплей побудило Самохина выжимать из машины все возможное. Он трясся на ухабах и от страха получить пулю в мозжечок. Почему-то именно эта область головы вызывала у него серьезные опасения, а также ассоциацию с неприятным глаголом «размозжить».
Будь на его месте Длинный, то наверняка непременно забрызгал бы своими мозгами лобовое стекло, когда шальная пуля прошуршала в волосах над макушкой Димки и пробила солнцезащитный козырек, но ведь жизнь человека зависит от мелочей…
Никто из них не видел космического корабля, внутри которого Тохиониус, ошарашенный такой громкой встречей, непонимающе разглядывал обзорные экраны. За минувшие годы, прожитые среди относительно добрых дикарей, он основательно отвык от сознания того факта, что цивилизованные люди хотят его смерти. Жизнь в племени здорово расслабила и вот опять на экранах метались тени с недружелюбными намерениями. Единственным утешением было то, что Василия среди них не было. Может быть, произошла ошибка со временем прибытия?
Пришелец посмотрел на хронометр. Тот показывал 2 сентября 1991 года.
— Черт побери! — совсем уж по земному ругнулся Тохиониус, а когда, пробитый пулей, погас один из экранов, сообразил, что встреча вряд ли состоится. Ему стало жалко отпрыска, оставшегося без крестного отца, но делать было нечего.
— Ожидание слепоте подобно! — поддержал вождь волевое решение. — Летим к звездам!
Головоног проделал конечностями несколько стандартных манипуляций, и корабль послушно взмыл вверх. Оказавшись в Пространстве, Фасилияс восхищенно крякнул.
— Звезды, я иду к вам! — прошептал довольный дух.
— Ха! Как мы их! — Помидор, дрожа от возбуждения, трясущейся рукой загнал в пистолет новую обойму.