Олег Голиков – Курьер номер Шесть (страница 37)

Подобно настоящим воинам-дикарям, легионеры все, как один, были одеты в туники пошитые из ткани на которую была пущена обычная повседневная одежда. На ногах у некоторых сандалии или ботинки, которые были защищены железными пластинами. Тела защищали кирасы, которые были выкованы из переплавленного металла. Эти кирасы покрывали их плечи, грудь и живот, видимо, в целях защиты от пуль, некоторые и впрямь были с отчетливо заметными вмятинами и царапинами. На руках грубые кожаные перчатки и нарукавники, у некоторых - с такими же стальными пластинами или шипами-гвоздями. Некоторые головы покрывали кожаные шлемы, некоторые мотоциклетные шлемы, некоторые и вовсе были ничем не покрыты. У многих из них в руках разнокалиберный огнестрел, у некоторых лишь мачете, чьи лезвия были перепачканы кровью.

Ничего в руках не было лишь у одного, что и вышел вперед, приближаясь к гостю. Его движения были резки, уверены, голову закрывала волчья шкура, а глаза скрывало что-то смутно похожее на мотоциклетные очки.

С каждым его шагом, снаряжение бренчало и лязгало приближающийся грозой.

Рэй перестал пятится. Всё равно это бесполезно. Захотят убить - убьют.

- Не волнуйся, пока я не собираюсь поднимать тебя на крест, как этих дегенератов - заговорил тот, что приблизился к нему. В четком, словно удары молота, голосе, явственно прослеживались торжествующие и холодные, высокомерные нотки - Очень хорошо, что ноги привели тебя сюда, курьер. Мне нужен свидетель судьбы, которая постигла Ниптон, очевидец, который запомнил бы все до мельчайших деталей. Ты спросишь: а зачем и что дальше? Твоя задача - рассказать об уроке, который преподал здесь Легион Цезаря, всем, кого встретишь. И главное, бойцам НКР.

- Какие «уроки» ты хотел преподать? - опустив ствол, спросил курьер, не скрывая своего презрения к этим чертовым фанатикам с масками холодного безразличия на своих мордах.

Гребаные дикари отбитые на оба полушария.

- С чего начать? Что вы слабы, а мы сильны? Это и так всем известно. Но какова глубина вашего морального разложения? Ниптон послужил идеальным примером для такого урока. Легион есть возрождение цивилизации. Наша культура основана на таких добродетелях, как стремление к физическому совершенству, верность и справедливость. У нас нет места плутократству и прочей грязи, что несет с собой запад. Придет время, и ты все узнаешь, если прислушаешься к этим словам и раньше не умрешь. Вскоре прибудет легат Ланий, он будет командовать войсками Цезаря в грядущей битве. Дамба падет, а за ней последует и погрязший в разврате запад.

- Ваша «цивилизация» больше похожа на свору грызущихся собак.

- И правда, наши собаки куда лучше друг к другу относятся, чем относились друг к другу жалкие обитатели этого городишки...

Глава 26 Осмотр ратуши

На этих пронизанных язвительной иронией словах, о собаках и местных обитателях, разговор был окончен. Один за другим легионеры, бросая на курьера короткие взгляды полные холодного пренебрежения, двинулись дальше, бренча своим снаряжением, вслед за своим предводителем покидая город, в сторону востока. В каждом их движении прослеживалась твердая решимость человека строго придерживающегося учения своего лидера и презренно отвергающего обычные человеческие слабости. Хадсон смотрел им вслед, до тех пор, пока они полностью не скрылись из виду за клубами уносящегося в безбрежную высь дыма. В голове отголосками фраз звучали слова: «свидетель судьбы», «Легат Ланий», «Дамба падет». Легионеры несли с собой жуткую смерть и эти слова казались её предвестниками, как хлесткие порывы ветра становятся предвестниками настоящей бури.

Что же получалось? Вот эта кучка дикарей, казалось сошедшая со страниц довоенных историй, смогла перебить целый город? но как? это просто не могло уложиться в голове. Что этот их главный там говорил про «глубину морального разложения?» не означало ли это, что он прав? В огне полыхающем позади, что-то хлопнуло выбрасывая сноп искр.

Рэй машинально вздрогнул, обернулся и встряхнув головой выкинул прочь непрошенные мысли. К черту легионеров, пусть НКР с ними разбираются. А раз ему фанатики сохранили жизнь, то он воспользуется этим даром сполна. Парень кинул взгляд в ту сторону, откуда пришел сюда. Вот она улица расстилалась перед ним - иди не хочу. И все таки, что-то еще удерживало его здесь, прямо напротив здания ратуши. И этим пресловутым чем-то, была жажда наживы. Легионеры покинули город налегке, он не увидел за их спинами тюков с вещами. Город пуст. Отвернувшись от улицы, курьер вновь взглянул на здание ратуши. Очередной язык пламени взметнувшийся ввысь, отразился в его глазах алчным огоньком...

Еще мгновение и уверенно пройдя вперед, он толкнул незапертую дверь здания. Кого будет волновать то, что собранные им на месте расправы вещи, по сути - грязное и пропитанное кровью добро? Его - едва ли не подыхающего от голода, жажды и палящих лучей солнца - точно нет.

За дверью, гостя встретило просторное фойе, ничуть не уступающее, а может даже переваливающее за площадь казино в Примме. Вечерний свет, с отблесками костров, проникал в помещение косыми ломанными линиями сквозь щели в заколоченных окнах выхватывая из полумрака разбросанные по полу довоенные книги, россыпь стрелянных гильз, опрокинутые стулья и столики ожидания.

Как и подавляющее большинство других зданий, ратуша являлась объектом довоенной постройки, это было очевидно не только визуально, но и по особому духу ветхости, что хранили в себе эти здания и который не могла перебить даже едкая вонь пылающих снаружи костров.

Видно, что интерьер здесь пытались облагородить. Облезлость стен закрывали дощатые панели, которые были изрешечены пулями, кое где виднелись картины в шикарных рамках с пейзажами довоенной эпохи, а на потолке ржавые но наверняка еще работающие лопасти вентилятора. Из столь же обветшалых люстр еще лился мягкий ровный свет.

Здесь была настоящая бойня, на что указывали несколько тех валявшихся на полу в лужах собственной, еще не успевшей остыть, крови, и не успевший выветрится терпкий запах горелого пороха.

Ближайшее ко входу тело принадлежало молодой женщине, местной, судя по поношенной повседневной одежде, в которой не двинешь через пустоши, если только в своем уме. Строя эти догадки, парень криво усмехнулся одновременно опустившись перед телом в поисках крышек или патронов. Как иронично, рассуждать о снаряжении для похода через пустошь, в то время как он сам и вовсе двинулся сюда без ничего. И как он только решился на это? Кажется та волевая мощь, которой обладала Призрак заразна.

Этот труп оказался пустым. Следующее тело, шагах в трех от девицы, походило на бродягу с пустоши, он лежал лицом в пол, пуля снесла ему половину черепа, а осколки стекла исказили лицо настолько, что покажи кто Хадсону это лицо до прихода легиона и после, то курьер не узнал бы его в этом трупе. А вот выражение жуткой боли отчетливо прослеживалось на лице. Он умер не сразу. Сначала его порезало осколками, а уже потом, возможно, добили. Судя по этому предположению и расположению тел, здесь и правда были выжившие, они пытались отбиться через окна, сгрудив здесь побольше мебели. Но ничего у них из этой затеи не вышло. Может быть, потому что легионеры действовали очень стремительно?

Размышляя об этом, курьер отнюдь не чувствовал, что зря теряет время. Если есть возможность проанализировать ситуацию и понять методы действия потенциального врага - не стоит ею пренебрегать и тогда, может быть, этот враг не застанет тебя врасплох, как вот этих несчастных.

Мужчина был в джинсах, кожаном жилете с двумя нагрудными и двумя боковыми карманами, одетом поверх классической рубахи из плотной клетчатой ткани.

А вот ни патрон, ни оружия и у него не наблюдалось. Только пустая плечевая кобура и разбросанные по полу гильзы.

Сначала жилет, а затем кобуру и рубаху, Рэй стянул с трупа - покойнику оно уже ни к чему, а ему еще пригодится.

Рубашку курьер пару раз встряхнул изо всей силы, в попытке избавить её от душка чужого пота и пыли долгих странствий, после чего надел на себя. Немного не его размерчик, слегка маловат, но ничего, сойдет до следующей обновки. Следом жилет. Довольно удобной оказался штукой, хоть и слегка обтягивающей тело, но не настолько, что вот-вот разойдется по швам. В одном из боковых карманов обнаружилась горстка из пяти крышек.

Кобура тоже оказалась удобной штукой, прочной с регулируемыми ремнями и кнопочной застежкой. Девятимиллиметровый в ней поместился как влитой.

В нескольких шагах впереди налево уходил теряющийся во мраке коридор с распахнутыми дверями по обе его стороны, а чуть дальше, прямо в дальнем конце фойе проглядывалась административная стойка.

Тело довольно зрелой женщины в строгом довоенном костюме с претензией на официальность, валялось поверх, как тряпочная кукла. Голова свешена вниз, глядя безразличием остекленевших глаз на приближающегося курьера. Струйка еще не подсохшей крови сочилась вдоль стойки сползая на пол, поблескивая в лучах заходящего солнца. Его внимание на сей раз привлек вовсе не труп, а два компьютерных терминала - электронные устройства, используемые для соединения с компьютерами, управляющими хранением данных, приведением в действие различных механизмов, дверных и сейфовых замков, турелей или роботов.