Олег Ефремов – Путешественник Книга 8 (страница 5)
Естественно, выкапывать три труппа этой ночью даже не собирался. А вот оставить записку, приколотую к лопате, вполне смог. Написал имена погребённых, фамильные драгоценности, что необходимо было достать, и сумму, что я им перечислю, как только драгоценности окажутся у родных. На это я копателям могил выделил лишь сутки, потом сумму за работу они не дождутся. Деньги на счету у меня были, тратить в этом мире мне было их некогда, поэтому драгоценности с большой долей вероятностью должны быть переданы. Адреса родственников в записке были указаны. Ну а что, за помощь нужно платить, даже если это бестелесные призраки. Все мы когда-нибудь можем попасть в такое же затруднительное положение, и кто-то должен нам будет в этом помочь.
Тепло попрощавшись с мертвыми, наконец-то, перестал бояться призраков, не такие уж они и страшные. Вызвал такси, дабы загрузить замотанное в полиэтилен тело в багажник. Таксисту заплатил с лихвой за молчание и за недоумение, читающиеся в глазах. Обычно трупы привозят на кладбище, дабы закопать сверху в могилу. А не наоборот, из могилы уже начинающее пахнуть тело доставляют в большую усадьбу. Хорошо, что объяснений от меня не потребовали, а то бы не знал, что на это ответить. Возможно, прикинулся бы начинающим некромантом. Вернувшись замерзший с кладбища, был несказанно рад, что хоть эту способность мне не нужно было прокачивать.
Закинув мёртвое тело в саркофаг, попытался проникнуть в дом, дабы прихватить тёплые вещи. У меня в смокинге зуб на зуб не попадал. В фамильном склепе отопления, к сожалению, не было, там я к утру мог превратиться в ещё один труп. Пришлось играть в грабителя собственной усадьбы, пытаясь обойти наёмную охрану. Отец был не в курсе, что я очнулся. Так было нужно. У Оркуса не должно возникнуть сомнений, что его закладка не сработала. На дверях и окнах усадьбы с недавнего времени стояла сигнализация. Переместиться можно было лишь трансгрессируя в свою комнату. На худой конец, можно было заглянуть к алконосту, там в теплице поддерживалась температура искусственно, но что-то меня не тянуло всю ночь слушать сладкоголосое пение. Пришлось усаживаться прямо на голой земле в позу лотоса и начать медитировать, дабы открыть первый узел, отвечающий в моём теле за телепортацию. На груди я оставил лишь подвеску-накопитель от матери, и он, на моё счастье, был заполнен по максимуму. Сейчас уже не требовались акупунктурные иглы, я прекрасно помнил расположение каждого узла в моём теле. На их месте остались шрамы, которые ещё предстояло регенерировать. Минут тридцать ушло лишь на то, чтобы место для предстоящего узла смогло окончательно исцелиться. Внутренние шрамы за неделю нахождения в коме стали значительно меньше, а где-то и вовсе пропали. Регенерирующие клетки даже в состоянии анабиоза продолжали замещать собой повреждённые. Ещё через час узелок телепортации зародился вновь, но до полного восстановления ему нужны были время и мана.
С трудом, но мне удалось трансгрессировать в свою комнату, где я с удовольствием полез под горячий душ. Ещё через час я спал уже беспробудным сном, выстроив предварительно баррикаду из мебели у своей двери. Это на тот случай, если кто-то захочет меня навестить или просто убраться в комнате. Таким образом, оставлял себе шанс успеть смыться, пока меня не заметили. Целый день провёл один в доме, не считая слуг, что разговаривали между собой шёпотом. Во всём доме царило уныние, ведь наследник поместья скончался, а отец куда-то уехал и вот уже несколько суток не объявлялся. Догадался, что батяня запил, пытаясь справиться с потерей наследника. Сильно ему сочувствовал, но так было нужно для сохранности его жизни. Сильно хотелось жрать, ведь неделю тело пролежало без пищи. Аккуратно телепортнулся на пустую кухню, ведь слугам готовить на членов семьи было уже не нужно. Настругал себе бутербродов и налил крепкого кофе, наслаждался последним днём домашнего комфорта. Этой ночью, как только оплачу услуги могилокопальщиков, сразу же рвану через портал в третье отражение. И раз у меня открылось ви́дение призраков, то не помешало бы заняться ритуалистикой. Для этого мне нужна будет в качестве учителя Торил и закрытая секция библиотеки. С ректором академии думаю найду общий язык, попрошу меня не отчислять и сохранить в тайне моё присутствие. Перемещаться по академии буду лишь телепортами, есть по ночам, спать в своей комнате. Для развития первого дара — ингредиенты уже не нужны. Трава погибели была лишь необходима для провокации комы, а фрукт жизни, чтобы из нее вернуться. Всё это должно было помочь начать видеть духов, уметь призывать демонов и инфернальные сущности. В итоге я должен был научиться рисовать пентаграммы, заключать контракт с духами и запомнить с десяток заклинаний призыва.
План был простым и понятным. Осталось лишь сохранить свою тайну, дабы никто, кроме ректора, не узнал о том, что я остался в живых. Перешёл порталом в третье отражение и переместился в свою личную комнату в академии. Я здесь давно не был, совершенно забросив уроки. На столе лежали закрытые учебники, в тетрадях не было ни строчки. Слишком много событий произошло за короткое время, что не давали мне шанса начать обучение. За меня сейчас отдувался Максимилиан, дабы после я мог нагнать всё упущенное. Перестав рефлексировать по поводу нехватки времени, нашёл ректора академии. Переговорив и немного поторговавшись, получил допуск в запретную секцию библиотеки. Теперь я был должен академии ещё одну портальную арку, что будет вести из учительского корпуса сразу к городу Загринску и в училище для шпионов. Ректору совсем не хотелось терять хорошего друга — собутыльника. Вопрос с обучением таким образом был улажен, ведь я всё равно получаю знания, пусть и не по программе второго курса магической академии.
Время ужина давно прошло. Я его пропустил, дабы не светиться на глазах у сокурсников. Но есть хотелось довольно сильно. Поэтому решил сгонять в пустую столовую и настругать себе бутербродов, как в прошлый раз, когда познакомился с демоном.
Переместился сразу к большому холодильнику, в секцию, где повара готовили нам еду. Осмотрелся по сторонам. Никого из обслуживающего персонала здесь уже не было, а вот на холодильнике теперь висел замок. Видно, не мне одному пришла идея стругать себе бутербродов по ночам. Тяжело вздохнул, понимая, что с едой мне придётся слегка обломаться, а дальше искать способ, кто будет носить завтраки, обеды и ужины ко мне непосредственно в комнату. Вариант был один, довериться Торил, лишь она одна могла хранить тайну. Да и с ритуалистикой смогла бы помочь, если вдруг мне будет что-то в ней непонятно. Уже было собрался покинуть столовую, как услыхал приглушённые голоса. Аккуратно выглянул из-за шкафа с посудой, дабы посмотреть, кому в академии до сих пор не спится. За общим столом собрались знакомые лица. Мои одногруппники обсуждали последние новости. Уйти, не узнав, о чём говорят ребята, уже просто не смог. Притаился, словно мышь за раздаточной стойкой, прислушался к голосам.
— Если честно, никто до сих пор не верит в нашем отряде в смерть Оболенского. Если ему это нужно, то мы дружно поддержим его игру. Вот только жаль алконоста, у птицы случился настоящий шок, когда она увидела под собой болтающийся в петле труп, — невесело рассмеялся Трубецкой. — Ей даже пришлось вызывать психолога по животным, дабы тот избавил её от травмы. Бедная птица почему считает, что Псих покончил с собой из-за нее, так как она своровала его артефакты.
Об этом я тоже как-то не подумал, не посчитав алконоста за разумное существо. А ведь ей теперь придётся с этим жить какое-то время. Надеюсь, она быстро поправится, ведь мозгов там немного. Хотя эти создания, слышал, отличаются злопамятностью. Похитив артефакты, она мне отомстила за то, что выбросил её из окна гостиницы. Так что быстро забыть о трагическом событии у неё навряд ли получится. Я ей тоже в какой-то мере отомстил, она каждый день доставала меня под окном своим пением. Надеюсь, теперь мы квиты. А вот мой план пошёл совсем не по плану. Ребята должны были сильно страдать, дабы у Оркуса не возникло сомнения в моей смерти. Иначе он лично захочет проверить мертвое тело на достоверность. Вот только изменить уже ничего не мог, лишь ускорить восстановление своих магических способностей.
Целыми днями я изучал ритуалистику. Запоминал пентаграммы призыва, учился их рисовать сначала на листке бумаги, а потом и на полу мелом. Здесь была важна точность в начертании рисунка и в произношение мантры призыва. Такая практика значительно улучшила мой навык рисования. Портреты мне стали даваться легко, пропорции тела строго теперь соблюдались, одежда прорисовывалась до самых мелких деталей. Последним штрихом к визуализации и создания реалистичного изображения было умение наложить правильно тени. Так, мне когда-то объясняла Фиалка. Когда изображение станет трёхмерным, и будет казаться живым, тогда можно его использовать в виде иллюзии, сохраняя все нюансы рисунка перед глазами. За неделю удалось увеличить узел телепортации, протянув от него несколько меридианов. А также зародить узелок ментальной магии. Накопитель маны каждый вечер полностью разряжался, а вот заполнять его было некому. Я всё же вышел на связь с Торил, что должна была послужить мне наставницей. Она совершенно не удивилась, когда посреди ночи постучал в её комнату.