Олег Дмитриев – Другая охота (страница 11)

Мужчина и женщина самозабвенно танцевали под песни, которые под гитару пели туристы. Максим сказал:

– А вот, похоже, и наши хиппи. А раз они оба тут и придаются веселью, то нам нужно найти их дом и посмотреть, что в нем есть.

Охотники тихо отползли со своей позиции и отправились искать дом приютчиков, пытаясь ориентироваться по рассказам Кузьмича.

Дом, который построил приютчик, нашли быстро. Это был квадратный сруб примерно пять на пять метров под двускатной крышей с печной трубой. От самого приюта он находился примерно в ста метрах, стоял на самом берегу ручья. Внешне дом был опрятен и выглядел довольно приветливо.

– Ты его тоже видишь? – спросил Максим.

– Конечно, вижу, обычный дом, свежий, аккуратный, – ответила его спутница.

– Значит, морока на нем нет, я тоже ничего не чувствую.

Максим оставил Галину наблюдать за тропинкой, ведущей к приюту, а сам пошел осмотреть дом более детально. Сначала он обошел дом вокруг, заглянул в оба окна, которые нашел. Обстановка в доме была довольно обычной: большая кровать, длинный стол, три стула, стеллаж со всяким хламом, шкаф, печка-буржуйка, обложенная кирпичом, у входа стоял столик с раковиной и умывальником над ним. Через окна Максим не смог разглядеть ничего, что могло бы быть связано с объектом их поиска. Подойдя к двери, Максим потянул за ручку, но дверь не открылась, толкнул внутрь, дверь заперта. А вот это странно, в лесу дома редко закрывают, не от кого, хотя все может быть.

– Сейчас ты пойдешь к приютчикам и попросишься на ночлег, скажешь, что ты туристка, одна. Откуда и куда идешь, придумай. Ты знаешь эти места и придумать маршрут сможешь, поняла? – сказал Максим, когда вернулся.

– Зачем? А ты где будешь? – удивленно спросила Галя.

– Ты девушка, одиночка, старовата, конечно, но может они на тебя среагируют. Я буду рядом, наблюдать со стороны, – буднично сказал он.

– Ты задолбал меня оскорблять! Не буду я приманкой! – возмутилась девушка.

– Не ори, я же в шутку, – улыбаясь ответил ее учитель. – Не переживай, я буду рядом, еще осмотрюсь, послежу за ними. Ночью я приду к тебе в дом.

Гале эта затея решительно не нравилась. По спине у нее пробежал холодок. Снова оказаться один на один непонятно с кем, быть приманкой, которую, возможно, захотят убить, ей совершенно не хотелось. Но особого выбора у нее не было. Она сама не захотела возвращаться в город, а решила пойти до конца с охотником.

***

– Здравствуйте, – сказала Галя, подойдя к площадке, которая находилась в центре приюта.

Приют представлял собой три домика: сам приют – двухэтажное деревянное здание, баня и дом приютчика, который был совсем маленьким, как и говорил Кузьмич. Между домиками находилась площадка с костровищем в центре. Костер был окружен самодельными лавками из бревен. К моменту ее прихода группа туристов уже собрала вещи, закончив с обедом и песнями, видимо, они собирались уходить. Все туристы поздоровались в ответ и продолжили заниматься своими делами. Смотрители приюта тоже больше не танцевали. Поздоровавшись с Галей, к ней обратилась женщина:

– Ты к нам мимоходом или хочешь остановиться?

– Остановиться, переночевать хочу, путешествую налегке, без палатки, от приюта к приюту, – ответила Галя, при этом чувствуя, как предательски задрожали ноги.

– Отлично! У нас как раз все места свободны, и никто не будет мешать отдыху такой чудной девушки! – с восторгом в голосе сказала женщина, – Меня зовут Марина, а это мой муж, Петр. Сутки у нас стоят триста рублей, есть посуда, баня, она еще тысячу, дрова для печки в доме.

– Хорошо, меня все устраивает, – сказала Галина, – баню мне не надо.

Ей раньше уже приходилось бывать на этом приюте, лет шесть назад, если не больше. Тогда тут был другой приютчик, а сам приют выглядел похуже, более неряшливым. Видимо, новые хозяева хорошо следили за ним.

– Пойдем, я все тебе покажу, – сказала Марина и пригласила девушку за собой в дом.

Внутри приют особо не изменился, только стало чище. На первом этаже находилась общая комната, справа от входа был типа кухонный уголок, несколько разделочных столов от старого советского гарнитура, раковина с умывальником над ней и оцинкованным ведром под ней, длинный стол и две лавки вдоль него. У противоположной от входа стены были двухъярусные нары, на которых могло разместиться примерно шесть человек. В центре комнаты была большая печка-буржуйка. Слева от входа была лестница на второй этаж. Второй этаж был мансардным, вдоль длинной стены располагались двухъярусные нары, каждый ярус человек на пять-шесть. По центру комнаты торчала труба от печки с первого этажа и уходила через потолок на крышу.

Осмотрев дом, Галя отдала деньги Марине и стала располагаться. Точнее она просто положила рюкзак на верхний ярус нар и вышла на улицу, Максим просил ее быть больше на улице, чтобы он мог ее видеть. Солнце уже катилось к закату, Галя походила по территории приюта, осмотрелась, возле старого домика приютчика обнаружила собачью будку, но самой собаки не было видно. Рядом с будкой стояла миска с обглоданными, старыми костями. «Интересно, где они берут кости, если сами не едят мясо?» – подумала девушка. Петра не было видно весь день, он куда-то ушел почти сразу, как с приюта ушли туристы. Марину Галю видела несколько раз, та занималась какими-то делами по хозяйству.

– А где ваша собака? – спросила ее Галя, когда Марина проходила мимо костровища.

– Наверно, в лес убежала, она у нас охотится, птиц иногда приносит, один раз даже зайца принесла, она типа лайки, но не чистокровная, – ответила жена приютчика.

Через какое-то время Марина вернулась и села рядом с Галей.

– А ты не боишься одна в походы ходить? – спросила она.

Галю как будто окатили ледяной водой, а рука дернулась к поясу, где висел нож, она сразу вспомнила ночную поляну и ведьму, представившуюся Олесей, как она точно так же спрашивала ее и брата.

– Нет, – сказала Галя, пытаясь сдержать предательскую дрожь в голосе, – чего мне бояться? Я знаю лес и горы, с детства в походы хожу, – сама не понимая зачем, она ответила точно так же, как ответила тогда ведьме.

– Ну, мало ли кого можно встретить в лесу: медведи, волки, рыси, да и люди разные бывают, – продолжила Марина, глядя в глаза Гале, будто пытаясь увидеть ее реакцию.

Галю начало немного трясти, она почувствовала, как адреналин заставляет дрожать ее колени, она изо всех сил старалась взять себя в руки, но у нее это плохо получалось. Перед ее глазами стояла картина, увиденная ею почти два месяца назад, как ведьма задает ей и брату точно такие же вопросы, точно так же смотрит на них… Марина положила ладонь на плечо Гале и сказала:

– Девочка, ты чего так разволновалась? Я же просто из любопытства спросила, не хотела тебя напугать, – успокаивающе проговорила она и провела своей рукой по руке Гали, дойдя до ладони, она взяла кисть Гали в свои руки.

Дальше произошло то, что заставило Галю с облегчением выдохнуть. Марина, увидев кольцо на пальце девушки, взяла его, приподняла ладонь ближе к лицу рассматривая.

– Какое красивое! – сказала Марина. – Серебро?

– Да, серебро, – ответила Галя, чувствуя, как по всему телу разлилась волна облегчения, даже голова закружилась. Если Марина свободно прикасается к серебру, значит, она человек, не ведьма, по крайней мере, так ее учил Максим.

– А я люблю сама плести украшения из бисера и кожи, смотра какие, – Марина принялась показывать Гале серьги и браслеты, надетые на ней. Пояс у нее тоже был сплетен их кожи и украшен бисером.

От схлынувшего страха и напряжения в голове у Гали был туман, она рассматривала украшения, но невнимательно, больше для вида, из вежливости.

– Да что с тобой такое? – еще раз спросила Марина, заглядывая Гале в глаза. – Тебе плохо?

– Нет, все нормально, просто, видимо, устала за день, что-то голова немного закружилась, – ответила девушка.

– Я сейчас приду, сиди тут, снимем твою усталость! – бодро сказала Марина, встала с бревна и ушла в сторону своего дома.

Вернулась она минут через пятнадцать, в руках у нее была турка, две чашки и пакетик, из которого пахло очень ароматным кофе. Марина деловито развела небольшой костерок, и поставила на него турку, засыпав туда кофе. Кофе был сварен довольно быстро и, разлив его по кружкам, Марина предложила выпить за прошедший день и за предстоящую спокойную ночь. Кофе действительно взбодрил Галю, у нее поднялось настроение, а накопившаяся за день усталость отступила. Марина говорила и говорила, создавалось впечатление, что ей не хватает общения.

– Я слышала, тут девушки пропадают? – спросила Галя, вдруг вспомнив, где она и для чего здесь.

– Ну, говорят, что пропадают, но это же тайга, сама понимаешь, тут всякое бывает. Потому я тебя и спросила, не боишься ли ты одна ходить. Приезжали к нам и спасатели, и егеря искали девушек, но никого и ничего не нашли, – с грустью в голосе сказала Марина. – Знаешь, после таких пропаж я бы и сама отсюда уехала, тем более, в городе у нас квартира есть хорошая и жить есть на что, но вот Петя не хочет в город, ему лес, горы, свежий воздух нужен, говорит, что в городе он чахнет. Страшно иногда бывает, особенно если волки ночью начинают выть. Прошлый год сильно страшно было, а сейчас уже привыкла. Да и звери близко к приюту не подходят, видимо, чувствуют человека, дым. Да и наш Алтай, это пса мы так зовем, он их гоняет, но с людьми ласковый, а зверей не терпит.