Олег Данильченко – Задача – выжить (страница 32)

– Так может, не ходить тогда? – осмелилась перебить я. – А грохнуть его можно позже. Куда ему деваться?

– Есть в твоих словах логика, не поспоришь. Вот только ты наших раскладов пока не знаешь. Тут ведь не война. На ней как раз всё просто. Есть враг, а есть свои. Так вот, Бирюк со своей кодлой – не враг. Конкурент? Да! Но не враг. Во всяком случае, пока. Потому существуют в нашей среде некие неписаные правила, которые необходимо соблюдать. Начнёшь на них плевать – обеспечишь себе проблемы. Приходится крутиться, чтобы и правила соблюсти, и самим не стать терпилами. Со временем разберёшься.

– Тогда почему идём таким маленьким составом? – интересуюсь я. – Взяли бы на встречу больше охраны.

– Нельзя. Правила есть правила. Только двое могут сопровождать переговорщика.

– Ладно, – говорю, – только всё равно не понимаю. Если есть правила, чего волноваться? Ден с…

Я замялась, потому что до сих пор не знаю, как зовут второго миньона.

– Мих его позывной, – понял мою заминку Учитель.

– Ден с Михом, что, не справятся с подручными Бирюка?

– С обычными – легко, – соглашается с моими доводами Учитель. – Но я не уверен, что сегодня Бирюк не приведёт на встречу кого-то, лучше подготовленного. Наша разведка разнюхала, что появились в его окружении левые ребятки, и уж больно они похожи на матёрых наёмников. А с такими шутки плохи. Сдаётся мне, наш Бирючок решил всё дно под себя подмять. Зачем оно ему надо, пока не знаю, но явно не просто так. Сам бы он до такого не додумался, мозгов не хватит. Что-то затевается наверху и чем может аукнуться впоследствии, одному богу известно. К тому же не факт, что он придёт всего с двумя, пусть и матёрыми бойцами, как заведено негласным регламентом.

– Тогда тем более глупо идти вот так.

Я аж привстала от удивления. Сегодня прямо день откровений. И правила дурацкие. Какой идиот их придумал? Ведь, по сути, получается, мы, как идиоты, сами в ловушку лезем? Так я подумала и щедро поделилась со всеми присутствующими своей «мудростью».

– Именно, Цыпа, в неё родимую, – радостно скалится Грол. – Понимаешь, есть некоторые условности, которые я обязан соблюдать. На нас же люди смотрят. Смотрят и делают выводы. Если не придём на стрелу, которую сами же и забили, подумают, что струсили. Завалимся туда всей гвардией, скажут: Грол нынче не тот стал, опасается даже Бирюка, размяк, мол, старик. И даже если мы там всех на ноль помножим, не исключено, что чуть позже кто-то ещё решит попробовать меня на зуб.

Я обязан поддерживать репутацию. Потому и идём именно таким составом. Пусть кому надо видит, что мы ничего не боимся, ведь идём мирно решать вопросы. Все должны понять, кто здесь беспредельщик. Гарантии в сто процентов, что меня решили устранить, дать не могу. Но интуиция подсказывает: это так. Значит, должен в первую очередь о своих людях думать.

Предположим, что я прав и нас ждут. Мы вваливаемся всей бригадой. Вернее, пытаемся. Нас ещё на подходе срисуют и адекватно встретят. Наша, может, и возьмёт в итоге, но сколько людей потеряем? Бирюка в таком разе точно упустим, он ведь тоже не совсем дурак и следит за округой. Ну и скажи: зачем мне лишняя кровь людей? Наших людей, обрати внимание. К тому же прослывём беспредельщиками. А если мирных зацепим в процессе…

– А так… – снова пытаюсь я встрять.

Ну не люблю я непонятки, ничего с этим поделать не могу. Странно ещё, что Учитель сегодня удивительно терпелив. Разжёвывает всё мягонько, облегчая мне мыслительный процесс. Раньше б давно уже рявкнул, чтобы глупые вопросы не задавала.

– А так, – договаривает он за меня, – это не мы в ловушку идём, а они в неё попадут. Сам приманкой буду. С кем бы ни пришёл наш Бирюк и сколько б людей в охранение периметра ни поставил, наши их всё равно порвут. Ты же, девочка, во всём этом играешь роль моего личного резерва. Дошло? Может, и не придётся встревать, без тебя справимся. Даже скорее всего справимся. Я просто перестраховываюсь.

Киваю. Чего тут непонятного? Шеф пойдёт на встречу с двумя подручными в виде, как он сам сказал, приманки. И, в отличие от того самого Бирюка, он уже имеет преимущество, потому что сам боец из лучших, чего не скажешь об оппоненте: тот давно уже обрюзг, отяжелел. Так что да. Против двух, возможно, отличных бойцов с их стороны на нашей будет сразу три. Меня пока в расчёт не берём, моя задача – контролировать тыл сверху. Если на стороне вероятного противника внезапно образуется не просчитанная Учителем подмога, должна буду вовремя вмешаться и спутать планы, а там уже и наши начнут действовать. Не исключаю, что операция гораздо глубже распланирована, а мне показали лишь часть, касающуюся моей зоны ответственности.

Ну Грол, ну жучара. Он ведь ещё вчера решил валить конкурента, стопудово в этом уверена. Даже когда говорил: мол, так не делается и поговорить бы сначала надо. А сам уже заранее настроился на бойню. Догадываюсь, что пойди в процессе беседы Бирюк на попятный, разговор всё рано повернётся так, что деваться тому будет тупо некуда. Вынудят напасть первым.

Хм. Выходит, бедолага уже вчера был трупом, просто ему никто ещё не сказал об этом, и он искренне верил, что жив покуда. А Учитель? А что он? Одним словом, псих. Идти практически в стопроцентную засаду и улыбаться при этом? Да только сама-то не лучше. Поймала себя на том, что с нетерпением жду драки. Не хочу отсидеться на шухере, в самую гущу мечтаю. Похоже, Гролу таки удалось вылепить из меня такого же психа, как он сам. Теперь, чтобы чувствовать себя живой, мне необходим адреналин. Море адреналина. Раньше-то мне этот гормон спарринги с шефом обеспечивали, а теперь учёба закончилась, и вот я уже по ней скучаю.

Высадили меня сильно заранее. До встречи ещё полтора часа оставалось. Ничего удивительного, мне ж добраться до места надо. Причём скрытно, то есть не попавшись на глаза наблюдателям противника. А потому обычные маршруты, которыми ходят не менее обычные люди, не годятся.

Пришлось искать альтернативные пути подхода. Сначала в саму башню, где на нижних этажах располагалась пивнушка Гнилого. Потом на крыше лифта забралась на пять жилых ярусов выше кабака. По принципу, что чем дальше от вероятной точки столкновения, тем меньше шанс нарваться на наблюдателей. Благо на ходу ничего придумывать не пришлось, маршрут за меня продумали и даже трёхмерную схему загрузили на комм, не забыв снабдить при этом универсальным ключом, который открывает любые двери и люки технических помещений. Эдакий вездеход. Надо будет позже обзавестись собственным, ну или забыть этот отдать. Посмотрим.

Вот только не всё так просто. Оно, конечно, схема и время на занятие позиции – дело нужное, спору нет. Но спуститься до необходимого мне технического этажа не было возможности. Я час убила, пытаясь пробраться. Хрена лысого. Везде, где можно было, отирались какие-то подозрительные личности. Подниматься ещё выше? Тогда не успеваю к контрольному сроку.

Доложилась шефу. Он только выматерился на это и дал отбой: мол, без тебя справимся, а ты вали домой. Тоже мне юморист. Уйти и пропустить всё веселье? Да вот фиг вам.

Подумала немного, но ничего лучше, чем спуститься по центральному пакету, не придумала. Через центральный пакет – это значит по скобтрапам, при помощи одних лишь ног и рук. Шпиль высотки устроен так: сначала ставится центральный пакет труб большого диаметра, который, по сути, и держит на себе всю конструкцию здания, и только потом вокруг него навешивается остальное, где и размещается полезное пространство. А внутренние пустоты самого несущего пакета почти не используются: нечего там делать. Ну разве что некоторые коммуникации проходят, та же дублирующая пожарная система, как обычная водяная, так и объёмная. Основные трубы с энергопроводами тоже там размещены.

Но главное, если кто и бывает там, то очень редко, поскольку ломаться там в принципе нечему. Никому нормальному и в голову не придёт там шастать. Даже такие, как я, избегают. Почему? Всё дело в воздухе. Он сухой. Очень сухой. Почти стопроцентная сухость. Ещё и атмосфера разряжена сильно, отчего влага испаряется быстрее обычного. Но и хрен бы с ним, не смертельно же. Можно было бы и потерпеть неудобства.

Так нет, в состав воздуха ещё какой-то газ добавлен для пущего эффекта консервации. Что за газ, не скажу, могу только последствия его вдыхания описать. Так-то он не смертельный, в смысле к мгновенной смерти не приводит. Однако хрен редьки не слаще. Короче, горло пересыхает и превращается в наждачную бумагу практически мгновенно. Может, и не пересыхает на самом деле, а просто этот самый хитрый газ таким образом влияет, но вот ощущения именно такие. Про легкие и говорить нечего. С глазами та же беда. Проскочить один ярус – ещё туда-сюда, а на больший подвиг необходим специальный защитный костюм.

Плюс ещё и температура повышена, градусов до восьмидесяти примерно. Может, больше или меньше, точно не скажу, не было с собой чем проверить. Скажу только, что добавляет, знаете ли, дополнительных эмоций. Вроде бы и звучит не страшно. Вон шеф как-то хвастался, что в сауне его никто из молодых пересидеть не может: едва выше сотни температура повышается, бегут соколики с «поля боя». Больше сотни! А тут какие-то восемьдесят или чуть выше. Вот только в бане они именно что сидят, а мне бегать ещё придётся, блин! Ну, или лазить по скобтрапам, разница-то не сильно большая. В общем, тот ещё аттракцион.