Олег Чупин – Карибы (страница 16)

Итогом похода стал разгром и сожжение внезапно напавшими на миссию «Санта Мария», с уничтожением большинства обитателей миссии, монахов-иезуитов, соседними индейцами из племен тимукуа и апалачи. Достаточно много оставленных на месте бойни следов, указывали на воинов этих племен, правда из каких родов были нападавшие, установить по следам было невозможно. А найти в многочисленных племенах, насчитывающих более сотни тысяч человек, совершивших это злодеяние воинов, практичности невозможно, да и кто даст конкистадорам искать нападавших среди воинов этих племен, во всяком случае не вожди индейцев. На том и успокоились испанцы. Правда поиски пропавшей пятерки монахов, в том числе и падре Себастьяна, главы миссии, не прекратили, продолжали искать в поселениях обеих племен, но так и не нашли.

Пока дон Педро Менендес де Авилес, будущий губернатор Флориды, искал пропавших отцов иезуитов в индейских поселениях, «моржи», в полном составе и пятьдесят семь их индейских союзника, с тремя трупами своих единоплеменников, уводили на север, почти вдоль побережья бушующего моря, «потеряшек» дона Педро, обходя деревушки местных индейцев. Поселения европейцев, в этот период на земле Флориды имелись только у французов — поселение Шарльфор, основанное Жаном Рибо в 1562 году в ходе экспедиции в Северную Флориду и Фор-Каролин, выстроенный в прошлом году Рене Гулен де Лодоньером, в который, после его строительства, начало переселятся население и гарнизон Шарльфора. Интересовались Флоридой и англичане, и даже направили, при поддержки королевы Елизаветы, экспедицию Томаса Стакли, для основания колонии. Но последний не пошел за океан, в неведомые земли, сочтя более выгодным для себя, занятие пиратством около побережья Ирландии, чем и занялся. Испанцы так и не смогли обосноваться на постоянной основе в этой земле, кроме миссии иезуитов и периодически то отстраиваемого, то покидаемого поселения в бухте Тампа, у испанской короны ни каких плацдармов на полуострове не было. Так, что нарваться на испанцев или иных европейцев в этих краях было почти невозможно. Однако, от шастающих по полуострову представителей многочисленных родов местных туземцев, приходилось постоянно скрываться, тормозя и так то не молниеносное движение.

В конце августа сводный отряд диверсантов вернулся в Порт-Иван, приведя пятерых «языков». И вскоре «гости» заговорили, в принципе, почти без принуждения, то есть без физического принуждения. Самой приятной неожиданность стало то, что падре Себастьян, заговорил первым и дал команду остальным своим подчинены отвечать на вопросы «принимающей стороны». Умный человек, просчитавший за время пути, что похитители все равно узнают у них все, что захотят, а при нужде и много больше. Так зачем из, в общем то открытой деятельности миссии, делать секрет. При этом причиняя лично себе огромные неудобства. Вот и начал говорить сразу, как стали спрашивать, о том, что монахи его миссии натравили соседних с русскими чероки на московитов, через родственных им апалачей, обещанием представителям обеих племен огромной и богатой добычи, по прямому распоряжению третьего по счету архиепископа Мексики Алонсо де Монтуфар, занимающего сей пост с 1554 года. По мнению главы миссии, архиепископ просто хотел выслужится и перед вице-королем и перед простым королем испанским, без приставки вице, изгнав руками краснокожих дикарей, дикарей белокожих. Ну что же де Монтуфар, Вы были у нас в гостях, теперь наша очередь идти к Вам в гости с визитом вежливости-решило руководство Заморской Руси.

«Гостей» иезуитов, после вежливого «потрошения», ликвидировать не стали, а перебросив, в начале следующего года в Порт-Росс, поместили в тюрьму, где и оставили на время в покое. Уж очень интересные связи, нарисовались у монахов, судя по их рассказам, среди колониальной администрации не только Новой Испании, но и вице-королевства Перу, и в аудиенсии Санто-Доминго, и в самой метрополии. Вот и приберегли до времени «ценный ресурс», попутно перепроверяя полученную от пленников информацию, а то и соврать ведь могут.

И если уж речь идет о Порт-Иване, то следует заодно упомянут и о событиях происшедших после указанных в заглавии главы дат. В середине октября провели первый спуск со стапелей на воду полноценного дивизиона тяжелых фрегатов. И тут же на освобожденных стапелях начали сваривать наборы следующей четверки кораблей этого вида. Спущенные фрегаты достроили на плаву, укомплектовали экипажами, провели ходовые испытания, стрельбы и 25 декабря ввели в строй флота «витязей» четыре новых тяжелых фрегата под именами: «Дружинник», «Воин», «Ратник», «Кмет».

Московское царство. Архангеломихаловск. Июнь-сентябрь по новому стилю 1565 года от РХ

Навигация в Архангеломихайловске началась с отбытия в русские анклавы в Америке рейсового клипера, загруженного разнообразными металлическими изделиями для кораблестроения. В начале июня у причалов верфи отшвартовалась прибывшая из Нового Света «Касатка», привезшая, помимо прочих даров американской землицы и «подарки» испанского монарха, в виде золота, серебра и драгоценных камней из весенней добычи прошлого года, с «охоты» на корабли серебряного конвоя.

Дня через четыре, после ухода «Белухи», порт покинули шесть галеонов, выведенных в прошлом году из боевого состава флота попаданцев и переданных в аренду, с правом выкупа, «Московской-Туркестанской торговой компании». Прибывшие в прошлом году, корабли разгрузили и облегчив по максимуму, вытащили на берег, где и провели за зимние месяцы полный ремонт, с заменой подгнившей обшивки, палуб, переборок, мачт и прочего рангоута. Заодно обновили и медную обшивку днищ, прибив на них новые листы меди. И как только Северная Двина освободилась, даже не до конца, от ледяного панциря, спустили на воду и до оснастили их, навесив паруса с такелажем, поставили с десяток мелких пушек для самообороны и нагрузили товарами для торговли в Европе. Дождавшись полной очистки речного русла от льда, торговая флотилия «Московской-Туркестанской торговой компании» вышла в свой первый рейс, благо купчие на корабли торговые партнеры тортуговцев из Ля-Рошеля оформили по всем правилам, проведя сделки через городские торговые книги. Да и остальные бумаги, начиная от судового журнала, разрешением на торговлю, до таких нововведений московитов, как грамотки-паспорта, для своих подданных, были в полном порядке. Одновременно со спуском торговых галеонов, спустили со стапелей и очередную четверку легких фрегатов. На освобожденных мощностях заложили пару легких и пару тяжелых фрегатов. Спущенный на воду дивизион легких фрегатов, как обычно доделали на воде, укомплектовали командами, провели все положенные испытания и введя в строй флота под именами «Гагат», «Гематит», «Гессонит», «Гранат», в сентябре отправили, под предводительством уходящей в Порт-Росс «Касатки», в главную базу флота «витязей» в Заморской Руси. На клипере ушли в Америку и вновь набранные черкасские казаки, для пополнения и замены в абордажной партии чайконосца. Прибывшая с Тортуги «Белуха» привезла большую часть казаков с «Гетман», вернувшихся по ротации в Россию и далее к себе домой на Днепр.

А до этого, весной, по высокой воде, вместе с иными металлическими изделиями, привезли из Сорска паровики для насосов в сухом доке. А так же локомобили на стапеля, для кузниц, дисковых, продольных пил, токарных, шлифовальных и иных станков. Применяемые приводы от воды, уже не устраивали Полуянова и его помощников. Зима очень уж долгая и с водными приводами сильно большие проблемы возникают при морозах. Вот и запросили паровики, которые этой весной и доставили. И уже к морозам попыхивали дымком локомобили, крутя и станки, и пилы лесопилок.

Заморская Русь. Ноябрь-декабрь по новому стилю 1565 года от РХ

Вот и закончился очередной период ненастья. Море угомонилось, солнце, практически не закрываемое тучами, весь день жарило, выпаривая с суши излишки влаги. Ожили и прибрежные поселения региона, в том числе и русские анклавы.

Выполнить в срок решения общего собрания флагманов и капитанов флота, о вводе в строй фортов, выстроенных на месте бывших песчаных кос, отделяющих гавань Порт-Росса от пролива Тафтя, не представилось возможным по ряду причин. И в первую очередь нехватки работников на строительстве, переброшены в Новгород-Испанский, для укрепления его периметра и прохода в порт. И вот теперь, после окончания штормов, ударными темпами заканчивали строительство. Уже к 11 ноября форты полностью вступили в строй, достроенные, вооруженные крупнокалиберными двух-одно-полупудовыми «единорогами» и укомплектованные гарнизонами, наглухо запечатав входы на рейд Порт-Росса любым враждебным кораблям.

К ноябрь построили на стапели в Десантной бухте вторую землечерпалку для Порт-Ивана, заложенную в шестьдесят третьем году и отправили её под конвоем пары галеонов в Порт-Иван, в компании с полутора десятками выстроенных на двух стапелях Новгорода-Испанского трехмачтовых барок-рудовозов, для перевозки с вновь открытых на севере месторождений меди и железа, до строящихся металлоплавильного и механического заводов в портивановском анклаве. Заодно переправили с ними и «отбракованный материал» «турецкой» эскадры, те шестьдесят человек из последнего привоза выкупленных невольников не прошедших контроль на благонадежность. В шахтах и карьерах на добыче руды пригодятся и они.