Олег Буров – Мортус (страница 12)

За столом в небольшой комнате со стандартной офисной обстановкой сидел худощавый мужчина в очках, явно перешагнувший пятидесятилетний рубеж. На первый взгляд очкарик производил впечатление безобидного интеллигента-гуманитария, но когда через полихромные линзы на Леха глянули с прищуром жесткие недоверчивые глаза, он сразу догадался, что скорее всего имеет дело с бывшим сотрудником правоохранительных органов в немалом чине.

– Я начальник службы безопасности председателя комитета Госдумы Серова. Вы не могли б ответить на несколько вопросов? – спросил он, жестом предложив садиться.

– Постараюсь, – ответил подполковник, располагаясь напротив очкарика на стуле.

– Это вы обнаружили тело? – начал неофициальный допрос начальник охраны.

– Тело? Он что мертв? – изобразил скорбное удивление Лех.

– Да. Врачи констатировали летальный исход.

– Печально… Я, знаете ли, зашел в туалет, а там этот лежит. Когда приблизился, запах алкоголя ощутил. Решил, что перебрал мужчина и плохо ему стало. Вот и поспешил за помощью.

– А сами помочь не пытались?

– Нет, – отрицательно мотнул головой Горецкий.

– Почему?

– Я же не медработник. Да и он так неподвижно лежал… Подумалось, может это ненароком что-то криминальное. Ну, и на всякий случай близко не приближался.

– Других лиц в туалетной комнате не было? Кто-нибудь выходил из нее, перед тем, как вы зашли?

– Не заметил… – подполковник двинул глазами вправо и вверх, якобы припоминая. – А вы посмотрите записи с камер наблюдения, может они что-то покажут.

– К сожалению, системы видеонаблюдения были отключены.

– Ну да, конечно. Контингент приглашенных предполагает особые правила, – проявил понимание ситуации Лех.

– Вы его знали? – цепким взглядом очкарик попытался осторожно прощупать визави, почувствовав в нем ровню – человека, возможно имеющего отношение к одной из спецслужб.

– Лично нет. Впервые тут мельком в зале ресторана увидел. А что, есть признаки насильственной смерти? – поинтересовался Лех.

– Явных нет. Врач неотложки диагностировал инфаркт. Теперь дело за экспертизой, – уже более доверительно сообщил начальник охраны. И продолжил: – Есть, правда, один подозрительный аспект…

– Подозрительный? – несколько удивленно переспросил Горецкий.

– Да. На лице умершего осталась маска ужаса… Как будто перед смертью он увидел что-то смертельно его испугавшее…

– Такое иногда бывает, – после небольшой паузы с умным видом заметил Лех. – Особенно у сердечников и инсультников. Предсмертные галлюцинации, кошмарные видения…

– Видения?

– Ну да. Могли привидеться танатос, анубис, костлявая с косой, мортус и иже с ними.

– Кто? – недоуменно нахмурился очкарик.

– Боги смерти и их подручные, – без тени улыбки ответил подполковник.

– Может быть… – пристально глядя на визави, протянул очкарик. И добавил: – Вы мне свои данные оставьте, пожалуйста. Вас возможно, захочет допросить следователь.

– Да, конечно. Вот мое удостоверение, а это визитка, там есть номер мобильного.

Лех положил на стол бордовую книжечку с двуглавым орлом на обложке и скромную визитную карточку без указания должности и звания. Начальник взял в руки и раскрыл удостоверение.

– Служите в системе министерства обороны?

– Там же написано. У вас ко мне все? А то ночь уже на дворе,– проявил признаки нетерпения Лех.

– Да. Извините за беспокойство. Служба такая. Доброй ночи,– вернул удостоверение очкарик.

– Я понимаю. И вам тоже спокойной, – доброжелательно произнес Лех, приподнимаясь.

***

В салоне автомобиля звучала музыка. Под мажорные гитарные аккорды Вячеслав Бутусов меланхолично завывал:

«Я пытался уйти от любви,

Я брал острую бритву и правил себя,

Я укрылся в подвале я резал

Кожаные ремни, стянувшие слабую грудь.

Я хочу быть с тобой,

Я хочу быть с тобой.

Я так хочу быть с тобой,

Я хочу быть с тобой

И я буду с тобой…»

– Сделай потише, – перебил мелодию резковатый голос Наташи, сидящей с закрытыми глазами на пассажирском сидении рядом с Лехом. Он послушно убавил звук.

– А лучше, вообще выруби, – не открывая глаз, бросила жена.

– Тебе же раньше нравился Наутилус Помпилиус, – повернул к ней голову подполковник.

– Это раньше.

– Понятно… – Лех выключил стереосистему. – Устала? – В его голосе прозвучало сочувствие.

– Да. От тебя, – Наташа приоткрыла глаза, глянула искоса на мужа и продолжила: – Хотя, нужно отметить, что и от мортуса иногда бывает польза…

– Ты это о чем? – нахмурился Горецкий.

– Все о том же… – Наташа снова прикрыла глаза. – Езжай быстрее, в люлю хочется.

***

– Доброе утро.

– Утро доброе, – сидя у окна в компьютерном кресле, Виктор ответил на приветствие и с хитрым выражением на лице развернулся к вошедшему в кабинет Горецкому. – Когда добрый человек утром заходит… – Продолжил он, выделив интонационно прилагательное к слову человек.

– Добрый, добрый, не сомневайся, майор, – с усмешкой ответил Лех, подходя ближе и осторожно переступая через валяющиеся на полу части каких-то приборов.

– Пришел вернуть то, что брал… с довеском?

– Да. Все здесь, – подполковник поставил на стол рядом с Виктором пухлый полиэтиленовый пакет.

– Хеннесси! Как вы щедры, сэр! – радостно оскалился Виктор, проводя первичный осмотр содержимого тары.

– Я ведь обещал за ценой не постоять, – усмехнулся Лех. – Спасибо тебе.

– Которым что…? – плутовато прищурился майор.

– В пакете тщательнее пошуруй, там еще и закуска имеется. Так что сыт будешь, – улыбнулся Горецкий и добавил: – Но о причине моего визита распространяться не стоит.

– Само собой, – ухмыльнулся Виктор. – Находкой для шпиона быть не собираюсь! – Он шутливо ткнул указательным пальцем в сторону давно небеленой стены, где на блестящем гвоздике болтался на бечевке, растянутый двумя узкими деревянными рейками, выцветший плакат времен второй мировой войны: БОЛТУН – НАХОДКА ДЛЯ ШПИОНА!

– Это правильно! Это по-нашему! – одобрил шутку Лех. – Ну, будь здоров, – подполковник обменялся с майором коротким прощальным рукопожатием и, старясь ни на что не наступить, пробрался к двери.

***

Входящий звонок был с неизвестного номера. Лех, немного поколебавшись, все же решил ответить, предварительно снизив скорость автомобиля.