Олег Бубела – Дракон (страница 31)

И тогда я вновь замедлил время, чувствуя, что силы организма на пределе, и стал лихорадочно переделывать плетение, добавляя в него силовой контур, который станет поддерживать его форму. Напоследок я решил еще больше увеличить площадь моих крыльев, снял со спины перевязь с мечами, разорвал ремни, удерживающие ножны вместе, и вновь активировал плетение. На сей раз мое сердце едва не остановилось от бешеных перегрузок, а в глазах потемнело, но плетение сработало, как нужно. Раскинув руки и изо всех сил стараясь удержать их в таком положении, я внимательно наблюдал за своими «магическими крыльями». Силовой каркас обеспечил значительное увеличение рабочей площади, а клинки добавили им необходимый размах. Однако края кокона все равно слегка задирались вверх, даже несмотря на силовые линии.

Когда же темнота ушла из глаз, а сердце вернуло нормальный ритм, я осознал, что лечу. Не падаю, а именно лечу, медленно снижаясь. Нагрузка на мои руки постепенно ослабла, и я смог почувствовать дикий восторг, вызванный полетом. Попробовав пошевелить мечами, я понял, что могу управлять движением, кренясь в разные стороны, а слегка изогнувшись, обнаружил, что способен регулировать даже высоту полета. Счастливо рассмеявшись, я взмыл ввысь, чувствуя себя, как рыба в воде. Совсем рядом я заметил дракона, который отчего-то решил снизиться вместе со мной и теперь удивленно наблюдал за моими выкрутасами. Лихо поднырнув под него, я пошевелил руками, инстинктивно понимая, как нужно действовать, а спустя секунду уже оказался рядом с ящерицей. Поглядев на ошеломленную морду рептилии, я весело крикнул:

– Вот так! Человек – птица гордая, пока не пнешь, не полетит!

С восторженным возгласом я вновь попытался набрать высоту, но скорость была явно недостаточной, поэтому уже не с таким восторженным криком, больше похожим на мат, я сорвался в штопор. Прижав руки к туловищу, я вскоре сумел прекратить вращение, определиться в пространстве, а потом вновь раскинуть свои крылья, поймав воздух. Больше я таких опытов не устраивал, да и земля оказалась слишком близко, поэтому пора было подумать о посадке.

Углядев невдалеке большую, слегка вытянутую поляну, я решил, что она послужит мне посадочной полосой. Так как у меня была всего одна попытка, я постарался вспомнить все, что когда-либо слышал о полетах на дельтапланах. Вроде бы во время приземления нужно стараться задирать повыше нос, гася таким способом инерцию. На этом мои знания исчерпывались. Ладно, попробуем! Достигнув поляны, я начал снижение, стараясь не упасть на брюхо раньше времени, вот только скорость полета оказалась великовата. Когда я это понял, то оказался уже на самой середине поляны, поэтому резко снизился, а потом попытался вновь набрать высоту, чувствуя, что мои ноги касаются земли. Поначалу мне это удалось, и я даже обрадовался, но потом ноги зацепились за траву, и я со всего размаху шлепнулся плашмя.

Сила инерции была большой, поэтому меня потащило дальше, подбрасывая и переворачивая. Ощутив, что с клинков слетели ножны, я тут же выпустил их от греха подальше, чтобы не отрезать себе что-нибудь в этих кульбитах. Сделав с десяток оборотов, я растянулся на спине, чувствуя тупую боль в отбитом теле и острую в правой руке выше локтя. Посмотрев на себя внутренним зрением, я увидел перелом двух костей, на руке и на ноге у самой лодыжки, а также трещину в ребре. Ну а про синяки и ушибы можно было вообще не упоминать.

Полминуты я ускоренно восстанавливался, заново переживая ощущения, которые доставил мне полет. Как же это было здорово! Никакой секс не сравнится с чувствами, испытываемыми в свободном падении. А если еще добавить ветер в лицо, выбивающий слезы из глаз, чувство власти над воздушной стихией, опьяняющее тебя, и непередаваемый восторг от скорости… Да, летать – это замечательно! Зажмурившись от наслаждения, я чувствовал, как уходит боль, как восстанавливается мое тело, и жалел, что все так быстро закончилось.

Рядом с собой я услышал хлопки крыльев, а потом и шумное приземление дракона. Открывать глаза было лень, поэтому я продолжал лежать с дурацкой улыбкой на лице. Дракон недолго оставался на месте. Сложив крылья, издавшие своеобразный шорох, он подошел ко мне, а потом потряс за плечо своей когтистой лапой.

– А в морду? – недовольно поинтересовался я, враз теряя все мечтательное настроение.

Дракон хмыкнул, убрал лапу и заявил:

– Да, человек, летать ты научился. Но над приземлением тебе еще работать и работать!

– Знаешь, прекращай называть меня человеком, это неправильно, а кроме того, у меня имя есть.

– Тогда я буду называть тебя эльфом, – сказал дракон. – Сойдет?

Недоумевая, почему же он задал этот вопрос, я мельком оглядел себя. Блин, я все-таки идиот. Мое плетение маскировки развеялось от соприкосновения с чешуей дракона, поэтому сейчас я находился в своем привычном облике. Интересно, почему же тогда ящерица так обращалась ко мне?

Дракон недовольно зарычал, видимо, обидевшись на «ящерицу», но ответил:

– Потому что, когда я обнаружил тебя в своем жилище, ты выглядел как человек.

– Ладно, понял, – сказал я, поднялся с травы и слегка покрутил корпусом, чтобы размяться после приземления. – Меня зовут Алекс, а у тебя имя есть?

Дракон помолчал немного и ответил:

– Ларрико.

– Вот и познакомились, – радостно подытожил я. – Слушай, а ты вообще самец или самка?

– Что?! – негодующе воскликнул дракон, одновременно издавая рычание.

– Ну, извини, если обидел, – поднял я вверх руки. – Просто я представителей вашей расы до этого никогда не встречал, поэтому испытываю понятные затруднения. Вот и имя у тебя странное, может подойти как дракону, так и драконше, а по твоему телу это определить невозможно. Про вторичные половые признаки у рептилий я не знаю, а у тебя и первичных-то не заметно.

– Я дракон! – гневно сказал Ларрико.

– То есть самец? – снова уточнил я, разглядывая собеседника.

При свете солнца я мог детально рассмотреть его чешую. В пещере она казалась серой, но сейчас я понял, что она зеленая, как молодая трава, и только на брюхе и груди приобретала оттенок капустного листа. Вся она слегка переливалась на солнце, придавая фигуре дракона необычайную красоту.

«А ведь вполне может оказаться и самкой», – подумал я, осматривая рептилию.

Особое внимание при осмотре я уделил области между задних ног ящера и опять никаких характерных признаков не обнаружил, хотя и понимал, что эта раса вполне может оказаться бесполой, если вообще почкованием не размножается.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.