Олег Борисов – Вакагасира. Том 2 (страница 20)

— Где ты это взял, Тэкеши-сан?

— Нашли на континенте. Косоглазые уроды хотели использовать для пропаганды. Мы же выдернули все, что было, после чего архивы помножили на ноль. Китайцы старались, оцифровывали, остальное уничтожили во время большой реорганизации. А мы — добытое потом в силы самообороны передадим. Это же — тебе. В единственном экземпляре.

Шепотки вокруг стихают, народ пытается понять, что происходит. Отхлебнув воды, Кэйташи Симидзу аккуратно закрывает книгу, выходит из-за стола и подходит ко мне. Склоняется в максимально глубоком поклоне, затем выпрямляется.

— Домо аригато гозаймасу, Тэкеши-сан. Тебе и людям, кто помог это сделать. Для меня это очень важно… Вы пока без меня продолжайте, мне надо побыть одному.

Развернувшись, мужчина уходит подальше, там садится на пустой диван и начинает заново разглядывать содержимое подарка.

Налив минералки, объясняю притихшим окружающим:

— У Кэйташи-сан дед в конце второй мировой пропал. Когда русские Квантунскую армию разгромили, на границе с Кореей батальон Симидзу-сан был почти полностью уничтожен. Дед попал в концлагерь, куда китайцы остатки разбитых войск согнали. На самом деле, таких лагерей было штук пятьдесят. И только для части из них вели нормальную документацию… Вот я сумел это найти. Соседи там бумагу сжигали, оцифровывая все на будущее. Теперь личное дело Акио Симидзу есть только у его внука. Я так понимаю, он давно эту информацию искал. Просто доступа в нужные архивы ему никто не дал. Теперь хотя бы знает, чем все закончилось.

Глава 21

Перед тем, как домой в полночь поехать, Кэйташи меня обнял и тихо предупредил:

— Мои родители наверняка захотят тебя увидеть. Поэтому готовься заранее. Никаких отказов не потерплю.

— Тогда надо троих звать. Идея Кеико Кодзима, брат сумел придумать, как этот чертов архив добыть. Ну и я уже предложил там все удалить безвозвратно к чертовой матери, чтобы на костях умерших соседи больше не отплясывали.

— Значит — троих. В любом случае — еще раз спасибо. Это самый дорогой подарок, который у меня когда-либо был.

— Не заморачивайся, Кэйташи-сан. Ты же знаешь — я для тебя что угодно сделаю. Мы одна семья, один клан. Мы по-другому не можем.

Ткнув в плечо кулаком, мужчина загрузился в немецкий автопром и уехал. Я же потянулся, зевнул и пошел спать. Чумово отдохнули, но завтра очередной суматошный день, надо хоть чуть-чуть дыхание перевести.

***

Казалось бы — спи еще и спи, но вскочил в семь утра. Посидел на кровати и понял — фиг я снова засну. Энергия через край, настроение бодрое, шило в одном месте как пулемет шарашит. Ладно, пробежка, разминка, железом помахать и дальше будет видно.

Когда вышел в коридор, туда выглянул Масаюки. До сих пор не понимаю, каким образом телохранитель понимает, что я собираюсь куда-нибудь без него.

— Что-нибудь случилось, господин?

— Не, зарядку пойду делать. Если хочешь, давай со мной. Можешь даже на машине, пока я трусцой стану по тротуару скакать.

— Одну минуту, господин. Форму надену.

Вот так на пару и прогулялись. Не ставя дурацкие рекорды, просто кружок через несколько кварталов сделали, затем к себе вернулись, за катанами в комнаты сходили. И начали заниматься на заднем дворе — каждый своим комплексом. Через час в душ — и завтракать. Когда к половине девятого вниз сползла заспанная Тошико Ямада, у нас на плите уже тихо шкворчало и соблазнительно пахло. Набивший брюхо Бата нагло разгуливал по барной стойке, за что ему в другое время попало бы на орехи от Макото. Невообразимо важный Нобору Окамото восседал на стульчике и читал спортивный журнал. Местные водители поголовно фанаты спорта.

— Вы чего? Спят еще все, — удивилась девушка.

— Кто всем мешает? Пусть спят. Гости разъехались, не стали с ночевой оставаться. Половина банды тоже разбежалась. Остались самые стойкие… Чай будешь? И варенье вон, в вазочке стоит.

К девяти потихоньку вдоль стойки сгреблись все, кто в клубе ночевал. Макото неодобрительно покосился на рыжую мохнатую жопу, которая предусмотрительно перебралась подальше, но не стал возмущаться. Вместо этого навалил себе две миски: в одну яичницу с обжаренной колбасой, в другую салат из морепродуктов. Умяв все это, накапал безразмерную бадью кофе и поинтересовался:

— Кто сегодня с волонтерами?

— По домам престарелых Жина-сан, ей помогает Изаму-сан и парни из борекудан. Там на листочке написано, кто будет. Девочки-контролеры к десяти подойдут. К пожарникам Чихару-сан хотела заехать, у нее там кто-то из знакомых нашелся, хотят что-то попутно обсудить. На завтра я буду за старшую, у нас прогулка в парке, — ответила Тошико Ямада.

Поднимаю руку:

— На воскресенье мне Жину-сан оставь. Будем насчет фестиваля хвосты подбивать. Вроде все, что нужно согласовали, теперь перепроверить на сто раз, на неделе скататься на стадион, вживую посмотреть. И начнем закупать все необходимое. Шарики, ленты, чтобы участки разгораживать, палочки металлические. Потом бумажки из префектуры получить, по соседям еще раз созвониться, чтобы свое не замылили. Короче — будем играть в бухгалтеров.

— Могу я посидеть.

— Лучше ты в парк съезди, выглядишь, как привидение. Отдохни хоть чуть-чуть. И не съем я твою протеже, нормально мы с ней ладим…

Достав телефон, Изаму Исикава прочитал сообщение и посмотрел в мою сторону:

— Тэкеши-сан, нужный человек через десять минут будет.

— Отлично, на диване тогда посидим, еще чай погоняем. Я хоть остатки музыки из головы вытряхну. А то сплошной бум-бум где-то засел и бултыхается.

Утащив из-под носа Чихару последний кусочек торта, “Малыш” Эндо спросил:

— А чего с нами к бабушкам не едешь? Вроде авралов пока нет.

— Это у тебя почти нет, не считая того, что еще двадцать мотороллеров обещал за сегодня до ума довести. У меня же важное дело, я буду галстук выгуливать.

— Как это? — не понял дежурный клоун босодзоку.

— Это когда ты надеваешь новый, еще даже не распечатанный из целлофана галстук и топаешь на улицу. Здравствуй сосед, позволь представить тебе галстук. Галстук, познакомься с соседом…

Оставив балабола в задумчивости, беру кружку с горячим чаем и топаю поближе к игровым приставкам. На тех диванах я еще не сидел. Конечно — они одинаковые, но хочется на каждом отметиться. Совладелец я клуба или кто?

***

Приятель Изаму Исикава походил на него как брат. Такой же молчаливый, спокойный, уверенный в себе. Только возрастом постарше, где под двадцать восемь.

— Кеничи Такаки. Бывший гонщик клуба Хатори.

— Почему бывший, если не секрет?

— Женился, дочь родилась. Не мог столько времени спорту уделять.

— А по основной профессии кто?

— Механиком в порту был, сейчас на складе чернорабочим. Утренние смены, удобно. К шести закончил — могу из садика малышку забрать и дома весь вечер.

— И сколько дочери лет?

— Четыре недавно исполнилось.

Почесав затылок, объясняю, почему это для меня важно.

— Значит, через два года в школу… Проблема у нас маленькая выходит. Иногда тебя будут выдергивать по вечерам, если у руководства разные деловые мероприятия и водитель нужен. Надеюсь — будет очень редко, но все равно. Рабочий день фиксирован, с восьми до пяти, час на обед. Большую часть времени будешь в офисе дремать — пока еще народу в двух конторах не так много и в основном на рабочих местах сидят. В пять попрощался — и домой.

— Нормально.

— Водишь как на улицах? Опыт гонщика хорошо, всякое в жизни бывает. Но мне надо — чтобы аккуратно и без нервов людей из точки А в точку Б доставил.

— Хорошо вожу. Никогда не лихачил.

— Тогда можно оформляться и с понедельника выходить. За выходные посмотри, какая машина больше подойдет. Не нужно что-то супер-представительского класса, что-то обычное. Седан какой-нибудь. Минивэн в клубе есть, для конторы такой же автобус позже подберу, когда разрастемся. Зарплата двести тысяч в месяц, за переработки — отдельно. Медстраховку оплачиваем полностью, отпуск три недели рабочих, лучше все три сразу не брать.

Кивает. Я же развожу руками:

— Я знаю, что те же таксисты раза в два больше наколачивают, но пока ставка такая.

— Знаю, как они заколачивают и как здоровье гробят. Не пошел туда — это ни семью не видеть и дома не бывать.

— Как скажешь… Где-то через год, когда разрастаться начнем, подвешу на тебя еще погоны начальника всех водителей. Добирать однозначно будем. Тогда и плюшек станет побольше… Кстати, насчет садика. У меня знакомые хорошие в госпитале Йокомаши Нанбу. И там есть круглосуточный сад, для детей работников. Можно попытаться малышку туда устроить. Из плюсов — если даже вы с женой где задержитесь, девочку никто теребить не станет. У них там комнаты есть, некоторые прямо в них и ночуют. Еще — несколько нянечек и дежурный врач. Если кто засопливил или вообще приболел — тут же смотрят. В случае необходимости в детское отделение укладывают. И среди персонала много абэноши. Поэтому до неприятностей не доводят, врачуют как следует.

— Сколько это будет стоить?

— Тебе, как члену корпорации, бесплатно.

Похоже, проняло. Переглянулся с приятелем, уточнил:

— А нас точно возьмут? Мы же не из этого района?

— Не могу гарантировать на сто процентов, но девяносто девять, что я эту проблему решу. Очень важную вещь для госпиталя делаю, пойдут на уступки. Да, еще одно. Там группы маленькие, у большинства врачей дети уже постарше. И программа развивающая хорошая. Не скажу, что самая лучшая по Йокогаме, но и не сравнить с минимальным набором, который в муниципальных предлагают.