Олег Борисов – Просто работа (страница 15)

— Я дам мешочек. Подвесите на шею, никаких проблем не будет.

Следом на скатерти появились пистолеты.

— Два «Гнева Его». Шестизарядные. И полсотня патронов к каждому.

Знакомая штука. Напоминает Кольт-1911 из моего мира. Разве что ствол чуть массивнее. И магазин не на девять зарядов, а только на шесть. Еще богатая инкрустация по бокам ствола и желтая от старости кость накладных щечек на рукояти. Безотказные машинки, я в свое время не купила по единственной причине — взяла револьвер в том же калибре. Шла на болото, а там пистолеты от воды и грязи клинит изредка. Барабанные механизмы куда надежнее для бултыхания в тине.

— Пули доработать можно? Мне повезло проверить крупный калибр с «ночной прохладой». Понравилось.

— Запретная магия. Если у вас найдут, может быть, и посмотрят сквозь пальцы, разве что конфискуют. Нам же — обе руки отрубят и на кол.

— Жаль. Вражескую защиту отлично дырявит.

— Могу предложить четыре доработанных патрона под «плакальщика». Там вся пуля — артефакт. При попадании в человека, причиняет ему сильную боль. Никакие амулеты не спасут. Действует безотказно. К сожалению, за каждый вынужден буду попросить по динару. В счет оплаты мастеру.

Не задумываясь, выгребаю из кошелька четыре тяжелых рубля, кладу рядом с «яйцами».

— Насколько сильно моему противнику не понравится?

— Полчаса не сможет разогнуться, если в живот прилетит.

— И такое официально можно использовать?

— Городская стража постоянно с собой носит. В их мастерских и покупаем потихоньку. Используют для того, чтобы слишком наглых гостей успокаивать.

Теперь понятно. Наверняка — ходоков или «пассажиров» потчуют. А что, идея здравая. Нелетальное оружие, способное любого крутого перца на жопу усадить с выпученными глазами. Пока будет пытаться продышаться — ободрать все опасное с тушки и в кандалы. Главное — никаких покойников. За трупы ходоки спрашивают. Злопамятные стервы, это каждый местный знает. Поэтому — раздеть, ценности в казну, провинившегося депортировать. Сплошной профит.

Ну а я поступлю проще. Подойду к бедолаге и в голове еще одну дырку организую. Из двухствольного пистолетика. Думаю, у меня на это храбрости хватит.

— Беру. Это очень щедро, почтенный.

— Рад, что вам понравилось. Портал в нужное место мои внучки смогут для вас открыть через час. Вы ведь не откажетесь со мной позавтракать? Плов почти готов.

Кто же от местного плова откажется? Я бы ради такого и до обеда подождала. Правда, тогда будет жарковато, но все равно.

— Почту за честь, атта. Хотя мне стыдно, что я пришла к вам в гости за стол с пустыми руками.

— Вы подарили нам воду. Это — намного дороже, чем любые сласти с Городского базара…

Ледяной Город — место самобытное. Я бы сказала, выбивается из всех остальных столиц.

Здесь кругом белизна. В любое время года. Снег, холод и метели за высокими стенами.

Аборигены обычно уходят добывать скальных червей за пару дней в ту или иную сторону. Пробираясь через пятиметровые торосы. Мимо глыб льда, закутавшись в теплую меховую одежду и нагрузив на сани прорву необходимого имущества. Волокут поклажу на себе, впрягаясь в лямки. Не используют никакие средства механизации. Добыча крайне не любит вибрацию. Даже собачья упряжка вызывает или немедленную атаку, или распугивает всю живность в округе. На людей твари реагируют намного спокойнее. Разумные умеют правильно двигаться, скользя по льду на мягких сапогах. Ну и разного рода машины здесь не в ходу. Это в степи на вонючих тачанках могут кататься. Здесь — только ножками.

Спрашивается, зачем столько мучений? Потому что с вытянутой на шесть-семь метров мохнатой злобной кишки можно добыть прорву полезного. Шкура идет на одежду. Сносу не будет. Зубы пользуются популярностью среди гостей Города. Мясо — считается деликатесом. Хотя я пробовала и мне что-то не очень понравилось. Слишком вкус специфический. Ну и все потроха хитрым образом маринуют и затем вытяжку продают алхимикам. Самые мощные «лечилки» получаются именно из этого экстракта. Одна команда охотников, забив единственного червя, может потом полгода курить бамбук и плевать с ближайшей колокольни на соседей. Но это — если совсем криворукие. Серьезные добытчики стараются выследить сразу стаю — трех или даже четырех монстров. Единственное — для этого место будущей эпичной битвы выбирают со всем тщанием и готовят пути отхода. Потому что в случае ошибки от всего отряда даже саней не останется. Сожрут. И пытаться отсидеться на глыбах не получится. Или пробурят изнутри и за пятую точку прихватят. Или просто засядут рядом, неторопливо кружа под толщей льда. Как задубеешь, и еда закончится — сам слезешь.

Что именно черви жрут — не знаю. Из объяснений в голове отложилось только то, что в местном снегу растет подобие магически измененного мха. Или еще какой заразы. Этим и питаются, вырастая до столь серьезных размеров. Другой крупной живности нет. Мыши, совы полярные, еще что-то крохотное вроде мелькает неподалеку от Города. И все. Снег, дубак, налетающая неожиданно метель почти каждую неделю.

Но благодаря бесперебойной поставке нужных соседям ингредиентов, местные очень неплохо устроились. В домах тепло, улицы чистят от наледи, на площадях каждый день заезжие менестрели дают представления. Ну и наших полным-полно, в ресторанчиках не протолкнуться. Единственное — на охоту не ходят. Навыков нужных нет. И монстров привычных тоже нет.

С последним могу поспорить. Это надо вдоль границы побродить. Там мешанина из вздыбленного льда и черви почти не встречаются. Из Города туда пыхтеть — тяжело. Пешком ведь, не на лошади или еще какой машинерии. Схарчат, не успеешь добраться. А на своих двоих с опаской, правильно переставляя ноги скользящим шагом — только местные способны бродить день за днем. Земляне взвоют через несколько часов. И пара «якорей» только за стенами, внутри защищенного периметра. Не попрыгаешь.

Но вот если правильно выйти в нужную точку и через границу продавиться, попадешь в очень интересное место. Лабиринт, как его аборигены называют. Бесконечные отполированные ветром ледяные стены. Ходы, по которым можно плутать годами. Холод и тишина.

Здесь можно нарваться и на трехметрового медведя. И на стаю мороженных гиен с белоснежной шкурой. И на игольчатых пауков. Крайне паршивые твари, кстати говоря. Умудряются из паутины мастерить подобие тонких замерзших копий и швыряются ими не раздумывая. А так как каждый такой снаряд залит магией под завязку, то прошибает большую часть дешевых амулетов. Паучок на полтора метра в холке. Плюс «иголочка» до метра длинной. Мечта поэта.

Почему сюда ходоки почти не забредают? Потому что скорее всего гробанешься и никто даже не найдет, где тебя прихлопнули. Местные же про свои тайные охотничьи угодья предпочитают не болтать зря. Все, что самые удачливые команды здесь добывают, уходит на черный рынок. И ценник там за каждую вещь — редко кто из королей может себе позволить покупку. Эксклюзив.

Я сидела в маленькой кафешке на западной окраине и грелась горячим какао. Только тут умеют его готовить правильно: в меру терпкий, сладкий, обжигающий. Делаешь глоточек и впадаешь в управляемую нирвану. Еще глоточек — и хочется радоваться жизни. Когда мне совсем паршиво, я стараюсь зайти именно сюда. Хотя бы на час. Погреться рядом с пылающим очагом. Послушать, как старый сказитель перебирает струны банджо. Посмотреть сквозь покрытые изморосью окна на круглую площадь. На весь Город их пять штук, где в центре есть каток для детворы. Поэтому можно просто любоваться бесконечной возней малышни, сбившейся в веселую кучу-малу.

— Добрый день, Шебутная Мария.

Кто бы сомневался. Пока добиралась, успела пару косых взглядов поймать. Да, явно моя последняя прогулка успела обрасти слухами, сплетнями и всем сопутствующим дерьмом.

— И тебе добрый, Наталья.

За глаза эту женщину называют Снулой Воблой. Худая до изнеможения, вечно в круглых очках и коротко постриженными седыми волосами. Вязанная кофта, длинная юбка, недовольная мина на бледном лице. Одна из немногих ходоков, кто большую часть свободного времени проводит на Конфе. Домой заглядывает только для того, чтобы организм взбодрить и снова сюда, крутить бесконечные махинации. Ростовщичество, поддержание прямых контактов между любыми криминальными группировками, торговля информацией и любыми артефактами, которые только удалось добыть. Человек с железными нервами и хваткой стального капкана. Если ты ей задолжала — можно считать, что выплачивать будешь с безумными процентами.

У Воблы есть единственный плюс, за который ее терпят другие «понаехавшие». Человек-функция люто ненавидит официальные власти и их представителей. Не знаю, чем те провинились, но если ты попал в жернова фальшивого правосудия, можно прикрыться ее авторитетом и заручиться поддержкой. Проштрафившихся шпионов и разного рода блатных от правительства с удовольствием уничтожает лично. Приводя одновременно в ужас и экстаз местных палачей.

— Мэрлин просит о встрече на нейтральной территории. Здесь, в Городе. Лучше — сегодня.

— Причина?

— Серьезные люди готовы выкатить в твой адрес претензии. Надо бы разобраться.

— Неужели Мэрлин забыла главное правило? В чужую бабскую драку не лезть. И я всегда отвечаю ударом на удар и не нападаю первой.