Олег Борисов – НекроХаник 2 (страница 44)

– Не, не видел. И медалей не видел. Зато собака у него – иностранная. Говорит – африканская. Гына зовут... Или не гына?.. Но зубастая – страсть! Морда – с половину меня будет! И пахнет от нее вкусно. Сергий сказал, что купать ее надо, очень любит в грязи валяться. Глаза – во! Как плошки. И нос теплый... Я ее испугался сначала, а она добрая. Если хозяин скажет... Можно я завтра еще в гости пойду?

– Дай человеку обустроиться сначала. А потом, если позовет, то почему бы и не сходить. Только сам не напрашивайся. Я тебя дома днями не вижу. Не хватает еще, если ты соседу надоесть сумеешь... Чего люди не придумают – африканскую собаку завести...

Поднялся Сергий рано утром. В доме было тепло, дров не пожалел и печку протопил как следует. Надо будет еще трубу в баньке поправить и вообще хорошо. Удачно он вчера с ашкенази встретился. Мыкался бы еще неделю по гостиницам, угол искал. Одному бы сдали, а вот с гиеной... Кусака сидела у ног и лениво потягивалась. Можно на улицу выбраться. Заодно место выгула определить.

– Слушай сюда, рожа мохнатая. Вон там слева – тебе. В других местах не гадить. Поняла?

Конечно поняла, между зверем и хозяином давно установилась прочная связь, можно даже вслух ничего не говорить, а транслировать образы и ощущения. Прекрасно все понимает. Не зря была вожаком стаи.

Забросив рубаху в сени, молодой человек босиком пробежал до баньки, заглянул внутрь. Нашел там одинокое ведро и с ним потопал уже к калитке в заборе. Открыл, осмотрелся. Отлично, летом вообще должно быть хорошо. По левую руку – заросший деревьями остров. По правую – детинец с его красными кирпичными стенами. Плотки в две доски шириной, можно или постирушку по теплу устроить, или воды набрать помыться. Например, как сейчас.

Зачерпнув полное ведро, парень прошел назад, прикрыв калитку. Сделал зарядку, задержал дыхание и вылил на себя ледяную воду.

– Етить тебя в коромысло! – в избе очутился буквально за долю секунды, настолько хорошо прихватило. Растерся докрасна старым полотенцем, которое привез с собой еще из Африки, переоделся и перевел дыхание. Бодро. Зато точно проснулся.

Кусака аккуратно носом приоткрыла дверь из сеней и с подозрением покосилась на хозяина. Не сдурел, часом?

– Не, тебе это не надо. Это я для себя. Все, давай доедать, что с поезда осталось и пойдем по делам.

Снежана собиралась накрывать на стол, когда услышала, как брякнула калитка у соседа. Нагнулась, посмотрела в окно. В самом деле, сын не врал, похож молодой парень на воевавшего. Жилистый, ни жиринки лишней. Шрамов мелких у него точно не сосчитать – вся грудь, плечи и спина в отметинах. Попрыгал, руками-ногами помахал и водой окатился. Судя по лицу, высказался нелицеприятно в свой адрес и удрал домой. Ну, так ведь ноябрь на улице, не май месяц. Хотя на окно надо будет занавесочки приделать. А то срамота – забор одно название. Скажут еще, что специально подглядывает, будто других дел нет.

– Евдоким, Настя, Павел! Вставайте, каша поспела!..

Старшему скоро в школу, младшие дома будут помогать по хозяйству. Главное, самого шустрого отловить, пока он в город не удрал. Иначе до позднего вечера не вернется.

До обеда Макаров успел разобраться с кучей дел. На рынке сразу направился в дальний правый угол. Там мастеровые товары выкладывали. У них и сторговался насчет стола, лавок и стульев. Стулья были готовые, четыре штуки купил и объяснил, куда отвезти. На остальное оставил мерки, обещали уже к трем часам все сладить. Материалы были, работа простая. Потом со старшим артели обсудил последнюю моду в городе, прошлись на пару по барским глупостям и свернули на обсуждение правильных кроватей. В итоге – еще и ее заказал. Шкаф и полки – надо было смотреть отдельно у соседей, в другом квартале. Уточнив адрес, Сергий оставил задаток и пошел дальше.

Через час уже щеголял в приталенном овчинном полушубке, теплой шапке с ушами на завязках и с большим мешком, куда уложил сменные брюки, две пары валенок, верхонки и меховые охотничьи рукавицы, пять пар вязаных носков и прочую мелочь. На левом плече покоилась свернутая рулоном тяжелая шуба. Уже когда, отдуваясь, выбирался с рынка, услышал рядом:

– Я же говорил! Вон, гына настоящая! Зубастая!

Знакомые все лица. Евдоким со товарищи, такими же пацанами. Но одеты уже по погоде – в обтрепанных курточках, штанах, ботинках и картузах на вихрастых головах.

– Не позорь зверя, сосед. Ее зовут ги-е-на. Услышал? Если трудно, можно по имени: Кусака... Так, вы здесь вроде как все углы-выходы знаете?

– Знаем, – гордо выпятил худую грудь вперед пацаненок.

– Тележку сможете найти? Или взять на время?

– Пятак за это просят. У зеленщиков есть.

– Тогда вот тебе пятак. За телегу. Тащите сюда. Потом я вам мешок отдам, в сени ко мне отвезете, там оставите. Телегу хозяевам вернете. За работу – с меня гривенник. Пряников или петушков купите на всех. Справитесь?

Пять копеек тут же поменяли хозяина и вся ватага наперегонки рванула в другой конец рынка.

– Пойдем, Кусака, передохнем. Что-то устал я с непривычки по городу шлындать.

На гиену, дремавшую рядом с лавкой, оглядывались. Но, полюбовавшись сонной мордой и куцым хвостом, шли дальше. Охота кому-то дома собаку-уродину держать, его дело. Главное – хозяин рядом, на зверем присматривает. Дожидаясь обратно пацанят, Сергий заметил еще одного старого знакомого, встал и поприветствовал первым:

– День добрый вам, Аристарх Гвидонович. Смотрю, вы все так же на службе пропадаете.

– Макаров? Глазам не верю... – Старший городовой радостно пожал протянутую ладонь. – А мы тебя уж похоронили. В газетах писали – всех на юге лютые твари сожрали.

– Попробовали, да подавились. Англичане много наших из роты побили, а потом монах сумел с божьей помощью колдунов опрокинуть, так мы подналегли чуток и справились. Все, нет больше нечисти там. Казаки станицы закладывают и немцы фермы ставят. Серьезно обустраиваются. Я, когда уезжал, уже даже пивом торговали. Не скажу – местное или привозное, но жизнь нормальная, с этим все серьезно.

– Отлично. Рад за тебя, что вернулся. Обязательно Федоту Тихоновичу сегодня расскажу. Он все сокрушался, что с тобой перед отъездом не поговорил.

– Вы от меня кланяйтесь, я обязательно на следующей неделе зайду, как с обустройством закончу.

– Где остановился?

– У вас рядом, – улыбнулся парень. – Как на Посольскую свернете, так до конца и последний дом по левую руку. С черепичной крышей. У ашкенази снял до лета.

– Знаю такой. И в самом деле, рядом... Чем заниматься хочешь?

– Надо бы с учебой разобраться. Мне после службы разрешено полгода бесплатно учиться, вот и схожу в университет, узнаю.

Городовой довольно кивнул:

– Студентом быть – хорошо придумал. И на работу потом проще устроиться.

Оглянувшись на топот ног, Макаров достал из кармана монетку и вручил запыхавшемуся Евдокиму.

– Справились? Молодцы. Если хочешь, можешь с ребятами послезавтра зайти, в субботу. В обед печник подъедет, будем баню смотреть, что там перекосило.

– Всем можно?

– Всем. Помогать станете, вдруг что потребуется. Я каши на рынке возьму на вечер, покормлю вас...

Отдав денежку, парень стал прощаться с жандармом:

– Побегу я, Аристарх Гвидонович. Дом снял, а он пустой. Еще кучу всего успеть за сегодня хочу. Значит, на следующей неделе обязательно в гости буду. Пряников прихвачу к чаю.

– Да можно и без них, просто так приходи. Медалями похвастаешь.

Услышав про награды, Сергий расхохотался:

– Какие медали, вы что! Если бы я в штабе сидел, тогда другое дело. Нас же только свинцом кормили, когда по барханам бегали. Так что нечем хвастать. Живой вернулся и ладно...

Заметив, что хозяин куда-то собирается, гиена поднялась, отряхнулась и пристроилась слева. Зверю все было интересно: новые запахи, множество людей, жмущиеся к стенам редкие собаки. Но вела себя смирно. Сказано – быть образцом для подражания, значит так и будет. Тем более, что вожак обещал вечером свежие кости, отметить переезд. Поэтому покосилась на остолбеневшего мужчину в серой шинели и потрусила следом за некромантом.

Прибрав на столе, Сергий решил готовиться ко сну. Дом пропитался теплом, стал жилым. Широкий стол, лавки, стулья на кухне. В спальне кровать с тюфяком, с застеленной поверх новой простыней. Пару сундуков и шкаф купит на выходных. То, что предлагали в лавке, парню не понравилось. Слишком аляписто. Ему нужна была простая мебель, без изысков. Чтобы вещи зря не пылились и ладно.

Гиену выгулял, дерьмо прикопал в уголочке. Завтра с утра посмотрит, с чего это сбоку забор чуть покосился и на встречу с горбуном. Если постараться, большую часть дел как раз за остаток месяца получится переделать, после чего надо заглянуть в университет. Может в самом деле получится на факультет какой для ведающих пристроиться. Накопленные практические знания, это хорошо. Но узнать больше не помешает. И с церковью как-то придется договариваться. Вряд ли ему позволят просто так по улицам без присмотра болтаться.

Подняв голову, Кусака недовольно еле слышно захрипела. Привыкла за время службы не шуметь.

– Кто там? – спросил Макаров, выйдя из комнаты и убирая револьвер за пояс сзади.

– Открывай! Полиция!

Глава 13

Когда пытаются вломиться с такими криками, люди с темной совестью пытаются убежать или начинают стрелять. Макаров же шагнул назад, поближе ко входу во вторую комнату и крикнул: