Олег Борисов – Кобун (страница 27)

Пять минут Кавакубо и Симидзу обсуждают возможные варианты, затем обе кладут на развернутую бархатную тряпочку часики с изящным браслетом.

— Я считаю, что они сильно недооценены, Тэкеши-сама, — вздыхает хозяйка магазина. — Прекрасная вещь. Но производитель задрал цену процентов на двадцать выше оптимальной и поэтому многие отказываются приобрести их в подарок или себе на память. За такие же деньги смотрят что-то более массивное или с дополнительной инкрустацией и украшениями.

— Браслет регулируется?

— Разумеется. Но если понадобится, в любой ювелирной мастерской его подгонят по руке.

Взяв будущий подарок, застегиваю и оцениваю размер получившегося «кольца». Вроде то, что надо.

— Аригато гозаймасу, Кавакубо-сан. Аригато гозаймасу, Симидзу-сан. Вы мне очень помогли. С вашего позволения, я готов все покупки собрать вместе и посчитать цену.

Минус пятнадцать процентов от финальных цифр. Это мне такую скидку предоставили, с прицелом на будущее. Я даже еще не успел заикнуться еще раз, что обязательно их порекомендую, как мне уже все пересчитали и назвали окончательный вариант. Миллион четыреста семьдесят тысяч.

С одной стороны — это серьезные траты. Большая часть жителей Йокогамы подобного рода ценник себе позволить не может. Да и Токио тоже. С другой стороны — я думал вообще потерять сегодня вечером около двух миллионов. Так что — терпимо. Ну и — легко пришло, легко уходит.

С собой отложил школьный костюм, рубашку, ботинки и галстук. Остальное попросил упаковать и доставить домой завтра к девяти вечера. Продиктовал адрес и телефон для связи. Увидев задумчивые лица, хлопнул себя по лбу и еще раз извинился:

— Простите, совсем забыл. У меня ни карточки, ни чековой книжки… Наличные вы принимаете?

— Разумеется, — улыбается Кавакубо-сама. Я так понимаю, она уже примерно представляет, что последует дальше.

Подтаскиваю поближе тяжелую сумку и раскрываю молнию.

— Вот, мой кошелек на сегодня. Кто будет считать?

Ошарашенный вид у Симидзу абсолютно кавайный. Похоже, я в самом деле первый подобный клиент в их магазине.

Закончив кланяться, обе женщины стоят рядом с эскалатором и провожают взглядом уезжающего вниз подростка. Баул у него чуть похудел. Вместо большей части наличных там теперь коробка с обувью, часы и разная мелочевка. Школьный костюм в черном пластиковом чехле небрежно заброшен на плечо. Любой посторонний запросто посчитает, что курьера отправили доставлять заказ. Контраст между дэнди из примерочной и пацаном на эскалаторе — разительный.

Задумчиво потеребив выбившийся из прически локон, хозяйка магазина спрашивает у помощницы:

— Как там у тебя на личном фронте, Симидзу-сан? Все сложно?

— Если вы опять будете упрекать меня, что я слишком много времени провожу на работе, Кавакубо-сама…

— Нет, не буду. Просто присмотрись к мальчику. Который решает проблемы.

— Он же еще ребенок, — удивленно смотрит на начальницу Симидзу. — Ему еще даже двадцати нет!

— Сто лет назад в его возрасте уже штурмовали китайские окопы… Впиши его в раздел вип-клиентов. И попробуй аккуратно навести справки. Я бы не отказалась, чтобы его лицо появилось на рекламных билбордах на входе в плазу. Очень фактурный молодой человек. Я поначалу его за малолетнего хулигана приняла, но чутье говорит, что это не так… Эх, будь я лет на десять моложе…

Глава 8

Чаевничаем вечером с Аки-саном. Опекун справился о том, как дела в школе, получил стандартное «все нормально» и теперь раздумывает, что бы прихватить после ужина на посиделки у телевизора. Я по дороге домой успел заскочить в магазинчик неподалеку и набрал разных вкусняшек. Из задумчивости его выводит пухлый конверт, который кладу на стол между нами:

— Первое число, Аки-сан. Ваши тридцать тысяч.

Мужчина внимательно разглядывает меня, затем берет конверт и уточняет:

— Значит, никаких проблем с полицией? Или еще с кем-либо? Я правильно понимаю?

— Совершенно верно. Мне выплатили компенсацию за некорректное поведение одного из учеников в школе. Он пытался спровоцировать драку, я не поддался… Кстати, я себе еще и костюм купил, старый совсем заношенный.

— Отлично, — деньги исчезают в кармане. Похоже, Аки-сан окончательно договорился с покладистой совестью и больше не станет спрашивать, откуда берутся деньги в тумбочке. Его все устраивает.

— Да, завтра еще привезу кучу учебников, сразу донести просто не смог. Буду готовиться к годовым тестам. Директор и учителя считают, что у меня есть шансы исправить оценки. По математике вообще буду пересдавать все за первые триместры.

— Прекрасная новость! — опекун допивает чай и оставляет последнее слово за собой. — Если первый год закончишь успешно, это позволит легче получить кредит на следующий.

О том, что у меня уже отложено на следующий год, молчу. Зачем беспокоить человека. Лишние знания — лишние печали.

Попрощавшись, домываю посуду и ухожу к себе.

По дороге из магазина я заскочил на рынок Цукидзи — крупнейший рынок морепродуктов в Токио. Но не в центральные залы, где занимаются оптом, а пробежался по внешним магазинчикам. Взял пару разделочных ножей, новую доску для рыбы. Попутно прикупил свежих стейков для готовки и целую рыбу фугу. Старик-продавец на мою просьбу поморщился, но когда я выложил на прилавок толстую стопку йен, перетянутых резинкой, молча сунул нужное в пакет и отвел глаза.

Теперь мне нужно будет подготовиться к прогулке в гости. И начну я ее с того, что разложу на одеяле разную мелочевку. Благо, пока поднимался за одеждой, сумел по ходу дела приобрести все необходимое. Фотоаппарат полароидный, тональные кремы, пара париков и кисточки для визажистов. Зеркало ставлю перед собой и начинаю колдовать над второй личностью.

Через полчаса на меня смотрит пожилой японец. Делаю пять снимков с разных сторон, потом пару «портретных» — с надменным видом. Смываю грим и убираю парик. Убираю все в заранее приготовленный ящик. Сажусь за стол.

На очереди у нас документы. Бэйсад Марину обслуживает почтовый офис Нанбу. Оттуда доставляют письма и посылки. Отобрав нужные картинки, начинаю творить. Белый кусок картона, на него напечатанное вымышленное имя и разные реквизиты, как на официальных документах. Вырезаю цветной логотип почты из взятого заранее буклета, это пойдет на левый угол. Вправо — фотокарточка. Снизу — размытое подобие фиолетовой печати, выполненное со всем старанием. Даже язык высовывал, когда малевал. Теперь это все в термопленку и пройтись утюгом. Бэйджик готов. Конечно, настоящую проверку он не пройдет, но я не собираюсь оставлять пока электронные следы. На компьютерные местные сети у меня другие планы.

Следующее, что мне понадобится — это снять по фальшивым документам мелкий склад. Он будет использоваться для подготовки и проведения операции. Если платить наличными, никто особо проверять личность не станет. Документы добуду недалеко от метро в чужом районе. Пальчики я разрабатываю, кошелек нужно будет реквизировать. Подойдет любой мужчина лет тридцати-сорока. Я уже покрутил в руках документы Аки-сана, когда он спал. Никакой нормальной защиты на куске пластика нет. Переклеить свою рожу смогу так, что не подкопаешься.

Самое сложное — это аккуратно позаимствовать почтовый грузовичок с парковки. Я полазал по всей округе в системе наблюдения — есть один офис чуть дальше от порта, который вполне сгодится. Там единственная камера и по дороге еще одна. Плюс три в порту, причем одна выходит как раз на нужное мне место. Закольцую картинки на них, угоню машину и отработаю цель. Затем заеду на склад, сброшу добычу. Не верю, что у китайцев не найдется чего-нибудь полезного. Затем верну грузовик и домой. На все про все у меня будет не больше шести часов. Придется еще велосипед использовать, который как раз в сарае стоит, чтобы успеть. Кстати, еще в магазин «Все для вечеринок» зайти, костюм почтальона взять. Конечно — с настоящим он похож не на все сто процентов, но кто там ночью будет разбираться? Приехала рожа, привезла посылки, бейдж на груди болтается. Лучше помогите разгрузиться, лодыри.

И лучше всего это провернуть в ночь с пятницы на субботу. Как я успел заметить — именно в этот день недели клиент на яхте болтается. Вечеринки у него там, что ли? Но гостей особо вроде не видно.

Закончив приготовления, прибираю на столе и укладываюсь спать. Завтра у меня опять веселый день в школе.

Ближе к обеду успеваю разгрести накопившиеся хвосты и даже ни разу не сорвался при общении с учителями. Я очень покладистый, да. Складываю очередные книги, записываю рекомендации, киваю и тарабаню «Хай» на каждом шагу. Замечаю топтавшегося в нерешительности Широ Такаги. Несостоявшийся баскетболист явно что-то хотел сказать.

— Широ-сан, что у тебя случилось?

— Я хотел извиниться, Тэкеши-сама. За то, что получилось.

— Забудь, это дела прошлые. Просто вы на пару с Митио сломали хорошее, что между нами было. Поэтому я вряд ли смогу доверять вам также, как раньше. Но зла на тебя не держу.

Дылда мнется, но все же решается спросить:

— У меня день рождения на каникулах. Зайдешь?

Вот ведь настырный. Пытаюсь достучаться до него:

— Широ-сан, я не против прийти в гости. Но только ты хорошенько подумай, нужно ли тебе это. Я сильно изменился в последнее время. И вовсе не потому, что могу запускать огненных зайцев по округе. Глаза бы мои на эту гадость не смотрели… Нет, я просто знаю, чем буду заниматься. И чем уже занимаюсь. Боюсь, что через пару месяцев твои мама и папа очень не одобрят таких знакомых.