Олег Борисов – Кержак (страница 24)

Нет, речь не шла о том, чтобы закрепиться в местной иерархии повыше. Пусть дураки горбатятся год за годом. У любителя быстрых решений появился другой план. Рискованный, но вполне осуществимый. Особенно, если помнить, что сказал босс. А он прямым текстом озвучил, что Бакт “глаза и уши Тутси” в команде шаромыжников. И его слово весит куда больше, чем все сказанное другими. Поэтому – в случае несчастного случая при возвращении вряд ли будут предметно копать. Особенно, если добыча будет приличной. Поэтому – сдать основное, придурков в расход, а самое вкусное припрятать. Уж с этим он точно справится. Через месяц приходит балкер. Человек, крутившегося среди экипажей, всегда найдет каких-нибудь знакомцев. С кем летал, пил вместе по захолустью или отжигал в борделях. Такой человек сможет устроиться пассажиром на транспорт, особенно если в карманах будут шуршать купюры.

О том, что его “напарники” идут проверять медицинский центр, Бакт не верил. Ерунда полная, кто станет рыться в дохлых медкапсулах ради обуглившийся начинки? Нет – наверняка нашептали, где очередной сейф бывшие хозяева Шестерки припрятали. Богатенькие в чистых секторах любили такие кубышки с наличностью держать поближе к себе. Поэтому послушал мужчина истории про выпотрошенные остатки банковских хранилищ и сделал зарубку на будущее. Дайте только возможность, он своего не упустит. Тем более, что камеры в грузовом трюме шаттла нет, сняли за ненадобностью. Так что – его слова против четырех трупов. Такой расклад. И валить отсюда при первой возможности. Без вариантов.

Анатолий сумел упросить пилота, чтобы пустили на второе кресло в кабине. Теперь сидел неслышной мышкой, не веря выпавшему счастью. Паррэт, взявший подработку, тихонько про себя посмеивался, но парня не обижал. Не мешается, вопросами без разрешения не терроризирует, так пусть сидит. Тем более, что перелет простейший – выйти на разгонную прямую, на бустерах отработать стартовое ускорение и потом почти до самой Шестерки дремать. Первый этап сорок минут, затем десять часов и три минуты скуки, потом разворот, повторный буст на торможении и уже аккуратненько ползти к выбранному участку. Мусора рядом с погибшей станцией не так много, да и лобовой щит от мелочи защитит, но нарываться не стоит. На мягких лапах, как забавно сказал командир мародеров. Когда выбрались из дока и встали на стартовую глиссаду, здоровяк стоял позади и рассматривал безбрежную черноту космоса. Потом похлопал по плечу пацана и сказал, прежде чем вернуться в трюм:

– Теперь тебя понимаю. Красиво… С планеты совсем не так. Бархат и россыпь алмазов…

Перекличка: “номер такой-то к разгону готов”, ревун будущего ускорения и перегрузка, вдавившая в кресло. Пятнадцать минут неприятных ощущений и все, можно развлекаться, разглядывая ползущие цифры и графики на дисплеях. Смотреть на пустоту Паррэту было лень. Это мальчишке все вновь, а ему Пустота надоела хуже горькой редьки.

Убедившись, что пилот не особо занят, Анатолий открыл рот:

– Говорят, во время прыжка ничего не видно. И картинку на мониторы не гонят, как сейчас.

– Хочешь в дальнобои податься? Гонять железо в другие системы?

– Хочу.

– Тогда уже сейчас учить базы надо начинать. Математика, навигация, физика многомерного пространства. Когда стандартные пройдешь, будешь специализацию смотреть. Знаешь, как это все между собой связано?

– В общих чертах. Когда в Машинном жил, смотрел ролики о полетах.

– Похоже, ты больше меня знаешь. Я только по системе болтался. Не смог на тестах выдержать прыжок… Время у нас есть, могу основное рассказать. Может и пригодится… Базы по любой специальности делятся на “стандарт”, который включает основы и “классы”. “К-чипы” привязаны к конкретным типам кораблей. Садишься на патрульные или почтовые – одна база. На мелкие транспорты и среднетоннажники – другая. На монстров вроде колонизационных – третья. “Стандарты” спроектированы так, чтобы позволить тебе сформировать каркас будущих знаний в “маме”. Согласованы между любыми производителями железа и программ, оптимизированы для минимизации объема. Без “стандарта” ты ничего из “классов” разобрать не сможешь. Но и на универсальные базы любые обновления ставятся штатно.

– А как? Ведь если чип снимаем, данные теряются.

– Там хитро сделано. Фактически тебе в “маме” прописывают будущее дерево знаний, без которого доступ к деталям невозможен. Мало того, “стандарты” закладывают намного больше полезного, чем ты подцепишь затем для определенного типа корабля или того же дрона. Скажем так – учат тебя управлять любой техникой, а вот какую именно выберешь в будущем, это уже от кошелька зависит.

– Совсем нет разницы между легкими кораблями и тяжелыми монстрами?

– Есть. Но азы закладывают именно в универсальных наборах. Потом тройник и уже специализация. На малых скорлупках пилот навигацию вынужден брать, без этого никуда. В больших экипажах штурман отдельно трудится. У нас рядом со станциями все проще. Например, у меня база пилота маломерных судов, навигация и аналитика для ускорения расчетов траекторий, сопряжения с искином шаттла и оптимизации любых действий по доставке грузов, поддержке поисковых команд и прочего. Без навигации – всю телеметрию пришлось бы с диспетчеров брать, а это деньги. Ну и пилотаж без чипа практически невозможен, компьютер просто транслирует мои пожелания, сам не имеет возможности перехватывать управление.

– Разве нельзя дать ему чуть больше свободы?

– Дважды пытались. В итоге восставшие машины умудрились нанести ряд серьезных поражений объединенным флотам. Поэтому сейчас – никакого самосознания и запрет на любые независимые искины. Слуги, никак иначе.

– Понял, – кивнул мальчик. – Значит, начать простым пилотом здесь, потом вырасти до дальнобойщика. И увидеть космос с мостика собственного корабля.

– Ну и планы у тебя… Хотя, ты пока молод, поэтому можешь прорваться. Главное, не цепляйся за быт, не давай рутине сожрать идею. Я вот корнями врос, меня уже и не сковырнуть. Хотя тоже мечтал о других мирах. В итоге – туда только пассажиром. Не смог пересилить страх перед Пустотой.

Глава 11

Шаттл примостился на относительно ровном куске внешней обшивки рядом с дырами в носовые отсеки. Как прикинули по плану станции – это был один из оптимальных путей для того, чтобы пройти через остатки систем обеспечения выгоревшего оранжерейного комплекса. Минусы – дорога достаточно извилистая. Плюсы – большую часть пути не придется проламываться через искореженное железо. И основная работа начнется уже ближе к закрытому уровню.

Проверили еще раз все необходимое, надели шлемы, включили связь. Паррэт откачал атмосферу из трюма и распахнул боковую створку. Путешествие началось.

Первым двигался Чахлый. Он на удивление хорошо ориентировался в бесконечных провалах, коридорах, мешанине труб и грудах разнокалиберного хлама, забившего когда-то жилые помещение. За ним топал первый дрон, нагруженный разной мелочевкой. Вторым шагал Бакт, аккуратно придерживая объемный кофр с запасными батареями и инструментом. Третьим – Анатолий, затем второй дрон, на котором устроилась Лисса. Замыкал отряд Иван, который доставал с парившей за дроном привязанной коробки шарики ретрансляторов и цеплял на выступающем железе. Достучаться через громаду мертвой станции напрямую – невозможно. А так – связь с шаттлом есть, уже жить веселее. Не факт, что спасти смогут в случае реальных проблем, но хотя бы не сгинешь “пропав без вести”. Вопли пилот запишет, заказчикам потом прокрутит.

До первой намеченной точки добирались почти четыре часа. Наконец вся компания доползла по широкой балке до перекошенных остатков шахты вентиляции и сделала привал. В невесомости сидеть не было необходимости, поэтому просто кто-где закрепился магнитными подошвами и перекусил жидкой питательной пастой. Отходы жизнедеятельности – через моче- и калоприемники. Что тоже успели оттренировать еще в доках. И перед выходом особо брюхо не набивали.

– Чахлый, пока остальные отдыхают, давай взглянем, что там дальше по плану.

– Нам сюда.

Уровень выступал в черную пустоту закрытой переборкой, краска на которой под воздействием пламени встопорщилась хрупкими чешуйками.

– Видишь, пожар здесь был, но недолго. Поэтому шлюз можно попытаться открыть. Диагностом прощелкать, как там двигатели поживают, “таблетку” воткнуть в распределительную коробку и подергать. Вполне возможно, что сдвинем без плазменных резаков. И это – самый крупный гермозатвор. Дальше двери куда тоньше.

– Атмосферы внутри нет?

– Откуда? База поделена на крупные блоки, каждый из которых сделан как независимая единица на случай аварии. Проблема в том, что они все так или иначе цепляются на ось корабля, наиболее защищенную зону. И когда именно эту часть разнесло в клочья, то вся система выживания сдохла. Распылили пламегаситель, дали шанс кому-то нацепить респираторы. Но воздух по переломанной вентиляции все равно ушел, пусть не так быстро. Где-то – еще и огненный смерч поддержал. За сутки накрылись гравитационные колодцы, энергия и отопление. Ну и потом за пару месяцев под воздействием вакуума и холода сдохло все остальное.

– Как думаешь, трупов будет много?

Погладив тяжелую дверь, Чахлый предположил: