Олег Борисов – Каппа (страница 7)

– Куда этот урод подевался? И зачем ему, ко всем демонам моря, понадобилась наша лодка?!

Покачав головой, Ностро пригладил бороду и пошел докладывать капитану. Обычно по утру у того было как раз самое “прекрасное” настроение, чтобы выслушивать паршивые новости.

Боцман постучался раз, другой, но ответа так и не получил. Крепыш постоял секунду, а потом без лишний раздумий саданул по двери, вышибая замок. Вслед за Ностро в распахнутый проем сунулись еще несколько человек.

Когда Каппа заглянул через чужое плечо внутрь, он понял, что господину Анжо вряд ли понадобится завтрак. Впрочем, и как обед или ужин. Потому что капитан продолжал молча лежать на своей кровати с тесаком, пробившим ему грудь. И что почти не удивляло, так это пустой угол, в котором больше не было видно проклятого сундучка, ради которого Каппе пришлось рисковать собственной шкурой.

Глава 3

Попутный ветер легко нес маленький ялик вперед, все ближе и ближе к выступающей из морской пены стене города. Вон там, у характерного пятна ржавчины, должен быть пролом, который раньше использовали контрабандисты. Но уже какой год в этой части Лортано никто не живет. Да и с контрабандой стало куда как хуже. И причина вовсе не в активности городской стражи. Просто город медленно умирал, пожираемый снизу водой, а сверху бесконечными склоками и дрязгами жителей.

Но Сентадо на пропахший рыбой кусок железа было плевать. Какое ему дело до вонючих трущоб, обитателем которых он был? Какое ему дело до неудачников, которые не могут наскрести жемчуга даже на собственную лодку и место в гильдии рыбаков? Или охотников на морского зверя. Или просто на крохотный домик на верхних ярусах, продуваемых солеными ветрами. Хотя, еще вчера вечером худой невысокий матрос не мог похвастать даже постоянным углом в ночлежке. Но это было вчера.

Опустив парус, Сентадо взялся за весла. Медленное течение должно было само подтащить утлую скорлупку к пролому, а там уже не зевай. Несколько сильных гребков и вот ты у сваленных в кучу старых ящиков, зеленых от наросших водорослей. Зацепившись за осклизлые края, мужчина начал медленно продвигаться все глубже, стараясь не свалиться за невысокий борт. Последний раз подработать на разгрузке чужого груза удалось с полгода назад, мало ли что изменилось с той поры. Но если память не подводит, то за следующей ржавой железной колонной будет самодельный причал. То самое место, где можно выбраться на берег и вытащить добычу.

На “Золотой черепахе” царил траур. Пусть до порта осталось рукой подать, но догнать убийцу нечего было и думать. Ночь шли экономным ходом, а под парусом оставшееся расстояние даже криворукий моряк способен пройти еще до рассвета. А затеряться в толпе таких же оборванцев — плевое дело. Как и сбыть найденный груз за полцены. Даже за треть – все равно останется на долгую безбедную жизнь. А вот обобранному экипажу теперь не светит ни приличной премии, ни нового корабля, ни каких-либо серьезных перспектив. Богатсво поманило пальцем, блеснуло в глаза сиянием будущих перспектив – и сгинуло. Оставив после себя лишь забитый рыбой трюм. Обычный рейс. Обычные доходы.

Дождавшись, когда мрачные матросы разбредутся по своим местам, Каппа подобрал ведро с тряпкой и перебрался чуть ближе к боцману, пускавшему серые клубы дыма у борта. Похоже, Ностро теперь занял должность убитого капитана. Но главное было не в этом.

– Слушай, а беглец в самом деле камни утащил?

Боцман достал из широкого кармана ярко-желтых брезентовых штанов кисет, посмотрел на трубку и сунул табак обрано. Затем с деланным безраличием ответил:

— Да. Шкатулки нет, камней нет. Торговать с тритонами нечем.

Зеленые глаза с интересом разглядывали водяного. Странный улов все же экипажу “Золотой черепахи” достался. Крепкий телом моряк, хотя и многих элементарных вещей не знает. От работы не бежит, но и в друзья ни к кому не набивается. И вопросы задает такие, что и покойник может с того света вернуться, чтобы к беседе присоедениться.

– Просто я к чему веду... Вчера перед сном капитан приказал ведерко с водой притащить. Тряпку туда я сунул, как Анжо сказал, да и отдал ему. Дверь неплотно была прикрыта, видел, что ведро под стол ставил. Вот и думаю — зачем нашему капитану это понадобилось?

Ностро задумчиво потеребил узкую косичку, заложенную за ухо, затем развернулся и пошел к закрытой каюте. Жестом позвав одного из крутившихся рядом с рулевым матроса, распахнул двери и шагнул внутрь. Загремела мебель, зазвенели покатившиеся по дощатому полу бутылки. Каппа подошел поближе и стал с интересом разглядывать картину, ярко освещенную косыми лучами поднявшегося над горизонтом жаркого солнца: огромный стол, заваленный бумагами и корявое ведро, поставленное поверх. Кстати, посуду разных калибров и ведра здесь мастерили из каких-то хитрых широлистных водорослей, в которых после специальной обработки и сушки можно было держать хоть кипяток. Главное, на огонь не ставить. А на бумаги покойного капитана — это запросто. И теперь в это ведро уставились две пары выпученных глаз.

Брошенный ялик медленно покачивался на слабой волне, тыкаясь носом в неширокий причал. Размотав тряпки, Сентадо трясущимися руками поставил перед собой тяжелый сундучок и завертел головой. Крохотный навесной замок надо было чем-то сбить, а с собой не было ни ломика, ни даже какого-нибудь булыжника. Наконец взгляд уперся в сваленный в углу хлам. Точно, вон крышка от развалившегося сундука, как раз кусок доски с металлическим уголком подойдет. Замок-то больше для украшения, чтобы сундучок ненароком не распахнулся при переноске.

Пара ударов — и затаив дыхание убийца медленно открыл свое сокровище. Вот — его будущее. Его новый дом где-нибудь на материке. Его личный корабль. Слуги. И нормальная еда, а не чужие огрызки... Все — здесь. Под влажной тряпкой.

Через минуту в крохотной пещере в теле Лортано раздался протяжный вой. Так кричат клыкастые сивучи, получив гарпун в жирное брюхо: надрывно, ощущая приближение неизбежного конца...

– Ах он сукин сын! – заверещал радостно стоявший рядом с боцманом матрос и рванул обратно на палубу. — Парни! Анжо камни перепрятал! Этот придурок Сентадо уволок пустой ящик! А мы – при наваре остались! Все, все камушки на месте! Парни!

Скоро весь экипаж снова собрался рядом с капитанской каютой, приплясывая от нетерпения. Ностро выставил на общее обозрение ведро, в котором в намоченную тряпку было завернуто вновь обретенное сокровище. Убедившись, что каждый лично убедился в сохранности находки, боцман начал командовать:

-- Ящик сюда несите, который на камбузе для круп держим, он покрепче будет. Крупы – пусть кок пока в угол сложит... Водорослей сюда, смочить их. Поверх эту же ветошь пристроим и пусть лежит все вместе. И двоих рядом поставим в караул. Чтобы ненароком снова не оплошать. И сменять будем каждый час... Ну, чего ждем, чего кальмаров считаем?

Подхватив свое ведро и швабру, Каппа отправился на нос, подальше от возбужденной толпы. Похоже, это печальное приключение закончилось неожиданно удачно. А от работы его никто не освобождал. Поэтому – плеснуть морской водички в угол и щеткой начать драить угол рядом с люком в трюм. Как раз на этом месте прервался. Раз-два, и по новой. Потому как взгляд Ностро буравит спину, а сказать ему больше нечего. Да и смысла нет. Лучше уж делом заняться.

По переброшенным над узкой улице сходням гремели сапоги. Похожий на аиста-переростка мужчина быстро шел по пружинящим доскам, внимательно слушая при этом запыхавшегося помощника:

– Оценщик так у вас в кабинете и сидит, вместе с полицмейстером! Глазам своим поверить не может! Говорит, отличный улов, давно такого не было!

– А жабы что?

– Послали за ними уже! Сразу же, как экипаж с новостями в мерию пришел, так и послали!.. Это же надо, мы теперь сможем и стены подлатать и...

Кивнув бесконечной тираде про ремонт и будущие траты господин Тристан лишь прибавил ходу, спеша на свое рабочее место.

Семь лет тому назад торговые и рыбацкие гильдии выбрали для Лортано нового мэра. В целом – компромисную фигуру, чье слово ничего толком не значило. Бюджет у города был крохотным, деньги ходили между богатыми людьми, минуя дырявое казначейство. Да и мэр был больше нужен для проформы – на разных официальных приемах лицом торговать и изредка щеки пучить. Поэтому бывшего купца с крохотным пароходиком и выкликнули, пообещав ему радужные перспективы. Отслужи срок, обрасти полезными связями – и передай кресло сменщику, чтобы вернуться в бизнес. Чего еще проще?

Но потом неожиданно ушли тритоны, которых часто привлекали для ремонта подводной части города. Произошло несколько затоплений нижних уровней. И старый Лортано, стоявший на краю подводной гряды стал никому не нужен. Складов становилось все меньше, для подводных кораблей не удалось заманить хороших мастеров. Без тритонов захирела торговля морскими диковинками и добыча жемчуга. Все это наложилось друг на друга – и город начал стремительно погружаться в пучину проблем, подобно любимому “Кантагу”, хлебнувшему неожиданной пробоиной слишком много воды. Но если затонувший рядом с Лортано пароход удалось поднять, то вот как спасать дом, из которого начали сбегать последние жители – эту головолому мэр Тристан решить пока не мог. И плевать, что бывшие кукловоды из богатых кланов уже год как перебрались подальше и вся полнота власти в худых и сильных руках. Потому как власть без денег не стоит ничего. А денег в казне не было совсем.